Локи Лаки

Решив, что дежурить останемся сегодня я и Руслан, вся остальная компания расползлась кто куда.

Маришка со Стасом отправились на черничник, положив в ведро для ягоды одеяло 'на всякий случай', понятно, что до обеда их можно было не ждать. Локи налаживал спиннинг. Ромка и Влад возились с лодкой. Алиса, вымыв посуду, залезла обратно в палатку прихорашиваться. А мы с Русом приступили к нарезке овощей для борща.

Когда все, что нужно, было аккуратно порезано - мной, и жестоко раскромсано - Русланом, тот отправился на мостки, чтобы сполоснуть посуду и ножи. Вернулся парень с непередаваемым выражением на лице.

– Леха, Карман! Бегите!

– Куда? Зачем? Что случилось?
– посыпался на него град вопросов.

– Там бобры плывут, - Рус кивнул в сторону озера.

– И что?

– Как что? Разбираться! Сейчас за плотину морды бить будут!

Если бы я не сидела, то упала бы точно. Смеялись все до боли в животе, едва не катаясь по траве.

А по озеру, действительно плыли два бобра. Один, заметив суету, поднырнул под берег слева от нас, другой же, не обращая внимания на шум, демонстративно, как крейсер на смотре вооружений, проплыл мимо стоянки, и только потом скрылся из виду.

Дальше, день пошел по накатанной: парни разбрелись по рыбным местам, Алиса читала книжку, сидя на лавочке на мостках, мы с Русом варганили обед и играли в нарды. Когда борщ был готов, и я оставила его томиться на едва заметном огне, парень достал из палатки гитару.

– Что тебе сыграть, Лерунь?

– Сыграй что-нибудь знакомое. Душа песни просит.

Он кивнул, и я услышала мелодию 'песни всех костров' - 'Солнышко лесное'.

– Банально, - сморщила нос.

– Для распевки пойдет, - Рус улыбнулся и запел первые слова куплета.

Я решила не выпендриваться и присоединилась.

Мы успели спеть несколько песен, и даже замахнулись на 'Марусю', но слов толком никто из нас не знал, поэтому пришлось выдумывать самим, так что, под конец концерта, я опять смеялась до слез.

Первыми на обед пришли, как ни странно, Маришка со Стасом. Счастливые, но без ягод.

– И над чем вы тут так животики надорвали?
– подруга села рядом со мной, пока ее супруг, приподняв крышку, принюхивался к нашему шедевру кулинарного искусства.

– Это нужно было слышать, - ответил Рус за нас двоих и уже обращаясь к Стасу.
– Не боись, не отравим.

– Я не боюсь, я предвкушаю в нетерпении.

Мариша, увидев, что к лагерю подходят Лешка и Влад, встала с лавочки и полезла в короб за хлебом. Я тоже поднялась, и потянулась за посудой, когда с озера донесся вопль Романа:

– Лерка, танцуй!

– Йехоу! Сколько?
– я едва ли не вприпрыжку помчалась к вылезавшему из лодки парню.

– Три линя, два леща, - гордо заявил рыбак.

– Коптим?

– Конечно, иначе ты нас живьем съешь.

Коптить рыбу мы приспособились в прошлом году. Маришка притащила с работы сломанный бикс. Что там было не так, я не поняла, но для наших целей он подходил идеально.

Итак, в бикс насыпается немного сухой осиновой стружки, сверху ставится решетка от микроволновки (это та, которая для гриля предназначена), на нее укладывается вымоченная в соли рыба. Затем, все это плотно закрывается и ставится на костер, примерно сорок минут, и рыба горячего копчения готова.

Ничего вкусней копченых на костре линей я в жизни не ела.

– Ромочка! Я тебя прям лублу-лублу! Дай почелую!
– я от души чмокнула улыбающегося парня в щеку.

– И с чего ты вдруг такая любвеобильная стала?
– от ехидства, звучащего в Лешкиных словах, по спине пробежали мурашки, но ничего не могло испортить в этот момент моего настроения.

День удался!

После обеда все почему-то остались в лагере, и каждый развлекался, как мог. Парни перетягивали друг у друга гитары, мы с Маришкой резались в карты, подпевая, если слышали знакомую песню. Алиса оккупировала Локи, изливая на него все свое женское обаяние. Лешка сопротивлялся, что меня очень радовало, но Патрикевна не сдавалась.

С ужином решили не заморачиваться и отварить макароны, что я благополучно спихнула на Руса, а сама занялась рыбой - помимо той, что была на копчение, парни приволокли много красноперки в жарку.

Между собой, готовку у костра мы называем горячим цехом. И не просто так. Хорошо торчать у костра, когда на улице холодно. А если стоит тридцатиградусная жара, а возможности отойти от противня, на котором что-то жарится, почти нет, потому что нужно то переворачивать, то следить чтобы огонь горел равномерно, это сродни пытке. Поэтому, приготовив довольно большую кучку рыбки, я отползла в тенек, а потом, немного остыв, решила пойти поплавать. За мной увязался Рус, который тоже провел много времени у костра, и мы, как раненные бойцы, поддерживая друг друга, но больше играя на публику, чем действительно спотыкаясь, побрели на пляж. Не успели войти в воду, как там же нарисовался Локи, который, между прочим, купался не далее, чем десять минут назад.

– Ты решил стать ихтиандром?- а Рус-то с чего такой недовольный?

– Нет, скорее, русалем, - решив не обращать на парней внимания, я быстро вошла в прохладу озера и проплыла несколько метров под водой. Вынырнув, обнаружила недалеко от себя две недовольные мужские моськи.

'И как это понимать?'

Спокойно поплавать мне не дали. Со стороны это все выглядело, наверно, забавно: я нарезаю круги по озеру, а за мной и немного в стороне два парня в качестве эскорта. И тишина...

'Блин, как утка с двумя утятами!'

Только крякать мне пока не хотелось, а вот выругаться - очень.

Решив прекратить это издевательство над моими нервами, я, даже не доплыв до пляжа, вылезла на мостках. Следом за мной рыпнулся Лешка, но я столкнула его обратно.

– Эй, чего ты?

– Я чего? Я ничего! На пляж плыви. Там вещи остались, - Локи, не став спорить, пожал плечами и, оттолкнувшись ногами от бревен, нырнул.