Лорд Грешник
Шрифт:
Дрожь удовольствия пробежала по ее спине от таких сладостных слов. Она обвила руками его шею и еще сильнее прижалась к нему, тихо выдохнув:
— Йэн…
Он вздохнул, лаская сильными длинными пальцами ее тело, вызывая восхитительное покалывание кожи, затем обхватил ее бедра и крепко и в то же время нежно прижал к себе еще сильнее. Мэри почувствовала его возбуждение и задохнулась, когда жаркая волна окатила ее бедра.
Йэн положил руки на ее плечи, обвел потемневшим взглядом ее лицо. Мэри ослабела и закрыла глаза, боясь потерять сознание.
Йэн осторожно потянул пояс ее пеньюара,
В следующий момент она почувствовала, как ласковые пальцы берут ее под подбородок, повелительно поднимая ей голову, и осмелилась посмотреть в глаза Йэна.
— Никогда не стыдись своих реакций на мой взгляд, мое прикосновение, мои поцелуи. Они доставляют мне удовольствие. Ты доставляешь мне наслаждение, Мэри Синклер.
Долго-долго не могла она оторваться от его глаз, словно проникающих в самую ее душу. Не отводя взгляда, Мэри скинула сорочку с плеч на пол и переступила через нее, прижавшись к нему телом, губами, не в состоянии облечь в слова все те чувства, что он заставил ее ощутить.
Йэн подхватил ее на руки и отнес на кровать, осторожно опустил, склонившись над ней, покрывая поцелуями ее шею, и Мэри откинула назад голову, вздыхая от наслаждения. Она закрыла глаза и вновь открыла их, только когда его губы оторвались от нее.
Йэн скинул сюртук, затем батистовую сорочку, и Мэри увидела его обнаженную грудь, покрытую темными волосами. Как же он прекрасен, как мужествен! Но, ошеломленная неведомыми чувствами, она будто лишилась голоса и смогла лишь протянуть руки, застонав, когда Йэн вернулся к ней.
Его жаркие губы приникли к ее груди, его язык лизнул один затвердевший сосок, его ладонь сомкнулась на второй груди, и новая волна захлестнула ее. Йэн ласкал большим пальцем один сосок и нежно сосал другой, пробуждая ее желание. С каждой лаской тело Мэри становилось все напряженнее, а душа смягчалась — словно ее плоть знала что-то, чего не знала она сама.
Мэри чуть не задохнулась, когда Йэн положил ладонь на ее дрожащий живот. Его пальцы скользнули ниже, лаская ее бедра, и глубже… и сменились его губами. Мэри вскрикнула и вцепилась в его волосы, и они заскользили сквозь ее пальцы.
— Йэн, о, Йэн!
И он начал ласкать ее бархатистым, чуть шершавым языком, и она уже не знала, где кончается Йэн и начинается Мэри. Его тело стало частью ее тела, от его ласк острое наслаждение уводило ее все выше — к цели, названия которой она не знала. И когда подъем вдруг прервался, она замерла и растворилась в бурлящих волнах наслаждения, захлестнувшего и пронзившего ее.
Когда Мэри медленно пришла в себя, то обнаружила, что Йэн крепко обнимает ее, нежно гладя по волосам. Она вздохнула и открыла глаза. Он смотрел на нее, но она уже не смущалась, не испытывала неловкости, ибо в его глазах не было ничего, кроме нежности.
Йэн коснулся ее лица.
— Как же ты прекрасна, как светятся твои глаза. Я знал, что так будет…
— Йэн, ты заставил меня почувствовать… Я не знала, что так может быть…
Он приложил палец к
ее губам.— Дорогая, это далеко не все. Я только подготовил твое тело.
— Что ты хочешь этим сказать? Как я смогу вынести?..
Он наклонился и поцеловал ее в губы.
— Я научу тебя.
Его поцелуй из нежного стал страстным, и Мэри с изумлением и восторгом поняла, что пожар в ее теле разгорается заново. Через считанные мгновения она уже задыхалась от страсти, готовая к избавлению, подобному тому, какое только что испытала. Дыхание Йэна тоже участилось, глаза его потемнели, он приподнялся над ней, и Мэри инстинктивно раздвинула ноги, чтобы принять его. Она смутно представляла, что ее ждет боль, но Йэн скользнул в ее тело, почти не причинив неудобства. Он застыл над ней. Это стоило ему таких усилий, что капельки пота выступили над его верхней губой.
— Как ты?
Мэри приподняла голову, чтобы поцеловать его.
— Прекрасно, Йэн. Иди ко мне скорее.
И он уже двигался внутри ее, и скоро она подхватила ритм этого древнего как сама жизнь танца. И, казалось, всего через несколько мгновений тело Мэри словно взорвалось, ослепив ее вспыхнувшим наслаждением. Йэн замер над ней, и она услышала его стон.
Мэри открыла глаза, когда он чуть обмяк, удерживая на весу тяжесть своего тела. Она хотела обнять его и притянуть на свою обнаженную грудь, но Йэн перекатился в сторону.
В следующий раз она обязательно скажет, чтобы он не боялся задавить ее, пообещала себе Мэри. Йэн всегда будет рядом с ней, будет заботиться о ней и доставлять ей наслаждение.
Она счастливо вздохнула, когда он притянул ее к себе, и положила голову на его грудь, слушая, как быстро бьется его сердце под ее щекой. Йэн потянулся и положил ее ногу на свое бедро, ласково поглаживая атласную кожу. Пальцы Мэри запутались в его шелковистых волосах, и эти прикосновения показались ей почему-то еще более интимными, чем то, что они только что испытали вместе.
Теперь она настоящая жена Йэна и имеет право так касаться его!
От этой мысли новая сладкая боль пронзила ее грудь. И с этой сладкой болью, согревающей ее изнутри, Мэри закрыла глаза и заснула.
Глава шестая
Когда на следующее утро она проснулась, Йэна не было в постели, но воспоминание о прошедшей ночи оставалось ошеломляюще ясным. Быть рядом с ним, иметь право касаться его, испытывать радость от его ласк всю оставшуюся жизнь — эта мысль наполняла ее счастьем.
Мэри как раз завязывала ленты шляпки, когда в дверь постучали. Сердце ее затрепетало.
— Йэн?
— Мэри, могу я войти?
Она удивилась его официальности, но застенчиво отозвалась:
— Пожалуйста.
Дверь открылась, и Йэн нерешительно остановился на пороге.
— Хозяин накрыл завтрак в маленькой столовой. Если ты готова, мы можем спуститься.
Он вел себя так сдержанно, что ей стало немного не по себе. Она внимательнее вгляделась в мужа, но не смогла определить, что же ее встревожило. Его темные глаза смотрели на нее спокойно, однако Мэри не могла избавиться от ощущения, что что-то случилось.