Лорд

«Нет»

В связи с отсутствие необходимой специализации, доступ к управлению религиозной общиной будет ограничен.

Вам доступны:

Управление казной

Управление клиром

Управление внешней политикой

Ожидаемые ограничения, всё же для явления чудес необходимо быть жрецом, но даже так инструментов влияния у меня прибавится.

Закрыв окно извещения, я стал разбираться в новых консолях управления. Первым делом полез в казну, которая оказалась просто смехотворной. На данный момент, пожертвованиями и дарами прихожан, было собрано жалких три тысячи золотых, что едва хватает на текущие расходы двух приходов и четырёх жриц. Денег не хватает не то что бы на распространение влияния, а даже на наем и обучение новых жриц.

Чертыхнувшись, я перевёл из своих сбережений десять тысяч золотых в фонд голодающих жриц, за что закономерно получил бонусное расположение последователей. Логично, Кровавый на подобные мелочи, как презренный метал для его религии, не разменивается.

Из пополненного бюджета первым делом заказываю трёх послушниц. Создаю уже официально ордена, назначаю главами Илитару и Дай. Первая жрица, судя по параметрам отправляется к проповедницам. Вторая — к паладинам, нужен же кто-то, кто будет следить за алтарём. А вот над третьей я задумался, обладая средними по сравнению с первыми двумя послушницами статами, она была фанатичкой, что предполагает инквизицию, но вот её раса «Одержимая Духами» заставила меня задуматься. По сути это первая из жриц кровавого, которая произошла не от обычных людей.

Вышедшие из жилой части три послушницы подходили к алтарю, а я всё никак не мог решить судьбу необычной девушки. Наверное, заберу её к себе, как наиболее перспективную, тем более, что по старому договору, я, как Лорд замка имею возможность бесплатно получить к себе в армию семь жриц. которые будут не нейтральными союзниками, а полноценно моими воинами.

Подойдя ко мне, девушки склонились и молча застыли, ожидая моих слов.

— Ты отправишься к матерям, ты — к сёстрам, а ты пойдёшь со мной. Вопросы? — Девушки выровнялись и отрицательно мотнули головами. — Отлично, теперь каждая подходит прикасается к алтарю и клянётся в верности Кровавому.

Никакого особого ритуала не потребовалось. Простого прикосновения к камню и короткого обещания хватило, чтобы на лбу девушек вспыхнул символ жречества. Для Послушниц это всего лишь красная метка в виде капли крови.

— Пока настоятельницы не прибудут в замок, на вас двоих ложится обслуживание алтаря. — сказал я тем послушницам, что останутся в ордене, после чего вернулся к управлению религией.

Выделив, находящийся у меня в замке, алтарь, указал его Главенство, установив за собой все права по управлению, и временно делегировав их одной из послушниц. В дальнейшем надо будет выбрать одну из жриц и назначить её своим замом. Так же задал улучшение окружающей обстановки, затратив тысячу золотых, активировал отстройку невысокой, символической изгороди по периметру. Никакой функциональной роли она не несёт, выполняя всего лишь эстетическую функцию. Затем в очередь попали изменение земли вокруг алтаря и, в конце концов, два стола для подношений. Лезть в дипломатию пока не стал, лишь выделив 15 % от недельного бюджета на распространение веры.

Покончив с обязанностями религиозного сановника, я пошёл к таверне, где по традиции должны были находиться мастера гильдии воров в этот час. Последовавшая за мной жрица привлекла моё внимание. останавливаться я не стал, и на ходу стал расспрашивать её об особенностях.

Послушница пока не имела, каких-либо личных особых навыков кроме духа хранителя. Немного умела обращаться с копьём и лёгкими доспехами, немного владела луком, знакома с жизнью в лесу, и, пожалуй, что всё. В принципе и так стоит благодарить провидение, которое надоумило меня в самом начале всячески способствовать обучению своих подданных, потому-как владения луком и знания леса никак не предполагались для общей массы крестьян, откуда и происходила жрица. Конечно, в нашем случае они останутся мало применимы, всё же жрице не столько придётся сражаться, сколько лечить и усиливать, но любые знания на горбу не носишь, пусть будут. Из открывшихся ей при посвящении навыков, жрица получила слабенькое исцеление и какое-никакое усиление. Более существенные благословения станут ей доступны при поднятии личного уровня и продвижении в клире, что в условиях её службы под моим руководством обещают быть весьма скорыми.

Спросив про её дух хранителя, я получил в ответ короткую историю, о том, что дух в прошлой жизни был деревенской ведьмой. Хотелось бы сказать, что простой деревенской ведьмы, но к сожалению, или к радости, не совсем. Будучи ещё молодой девчонкой её угораздило влюбиться в молодого местного пацана. Парень не будь дураком, влюблённостью молодой, симпатичной дурёхи воспользовался сполна. «Любовь», а по сути простые плотские утехи молодых ребят, продлилась почти год, как раз к совершеннолетию остолопа, когда выяснилось, что у парня есть неплохая предрасположенность к свету, и предстоял ему проторенный путь в святую инквизицию. Само собой, в новоявленном пути к счастью, места деревенской давалке не нашлось.

Оставшаяся в деревне, девушка познала всю суть такого явления, как ничейная пользованная девка. Единственной отрадой для неё стала, жившая на отшибе, старуха, которая не попрекала её и не пыталась затащить её на сеновал, а просто ставшая учить несчастную всяким жизненным мелочам и премудростям.

Через пару лет обучения, когда ведьмочка уверилась в собственной силе, в деревни стали происходить всякие непотребства. То корова у самой красивой крестьянки вдруг сдохнет, то муж запьёт, и налево ходить станет. Потом у старосты, постыдная болячка выскочила, за что он был нещадно бит женой, дочкой кузнеца. И подобные несчастья, словно зараза, стали по всей округе распространяться. Так ещё и молодые ребята сохнуть стали.

День ото дня их силы буквально таяли, словно их кто-то выпивал. Ни один ответить внятно ничего не мог, лишь хрипели и выпученными глазами вращали на все вопросы.

Само собой, виной всему была ведьма, что набралась сил и стала возвращать должки своим соседям и не просто так, а сторицей. Там проклясть, здесь порошочка подсыпать, там заезжую потаскушку, под напоенного старосту подложить. В лучших традициях ведьминой культуры, девушка стравливала всех со всеми, находясь вне подозрений.

Но все эти мелочи были лишь отдушиной, основной же местью стал навод на всех молодых парней деревни. Чары обеспечили, что молодые люди поголовно стали сохнуть по ведьме. Каждую ночь, ещё молодая женщина проводила верхом на очередном деревенском простачке, не хуже некоторых суккуб, выкачивая из них жизненные силы. Дабы стадо не тратило их попусту, ведьма накладывала на каждого жеребца парочку дополнительных проклятий. Первое, на невозможность признаться о причинах болячки, второе же, на пропадание интереса к другим селянкам, акромя ведьмочки.

Деревня мало-помалу чахла, то там, то там, молодцы не справлялись с нагрузками и лезли в петлю, или просто подыхали. Навадившиеся с проверками инквизиторы с завидным постоянством находили очередную виновную и сжигали её на костре. Ситуация улучшалась на пару месяцев, а потом вновь всё возвращалось на круги свои.

Всё закончилось, когда очередным братом-очистителем оказался бросивший ведьму парень. Не найдя в себе силы отказаться от мести, ведьма на славу потрудилась, проклиная его, чем себя и выдала.