Лорем
Шрифт:
— Он погиб, да? — одними губами спросила Аштанар.
— Нам очень жаль, Клин. Прости, что ты устал от наших расспросов.
— Слушайте. Инквизиторы поймали его, допрашивали, заточили. Я, я был глупым, я был гораздо более рисковым, чем сейчас, я попытался вытащить его оттуда.
— Ты любил его, Клин. Каждый на твоем месте поступил бы так же.
— Но он умер! Там повсюду стража! На окнах решетки!
Аштанар утешала его. Зэбор сказал.
— Жаль, мне так понравилось, как ты проводишь допросы, что я понадеялся, что ты сходишь и все выведаешь.
— Я наверное могу.
— И речи
— И думать не смей об этом, — сказал Ян.
— В этом есть смысл, — сказал Зэбор.
— Вот видишь, — кивнул Ян.
— Я имею в виду, есть смысл в том, чтобы приманкой была Аштанар. Ян, я помогу тебе быть незаметным, Клин знает план крепости, и ты можешь ходить внутри стен.
— Раз такой умный, растолкуй мне все на месте и иди с нею.
— Тоже верно. Тогда ты согласен?
Операция с инквизиторами прошла, как по маслу. Кроме того, что Зэбора с Аштанар все же бросили в подвалы, потому что не бывает у господних слуг таких глаз.
Ян их вытащил. Он очень боялся за Аштанар и долго жалел, но та была в порядке.
Выбравшись с территории, занятой армией инквизиторов, они снова стали думать. Слов было много, Зэбор заключил:
— Мы пришли в Генрих и нашли вещи, которых прежде не предполагали и не знаем их причин. Людей слишком много, это большая армия, и непонятна ее цель. И эта армия не видна на карте мира, как мы узнали от Озори Фонны. И эта армия против магов. Вы согласны? — Возражений не было, — Церковь Девяти Богов чувствует себя хорошо, и даже слишком. Вы все видели, что там сосредоточены большие силы. И все это под боком Сеадетта, который как будто ничего не замечает.
— Нужно аккуратно выяснить, угроза ли они для столицы. Знают ли в Сеадетте, что происходит под самым их носом. Ян, сможешь передать Глэну так, чтобы можно было затем предугадать последствия?
— Думаю нет. Я подумаю, что еще можно сделать. В конце концов, мы можем просто сами пойти в столицу.
— Не можем, Ян. Возможно это в столице планируют все это. Нас просто убьют за то, что узнали слишком много.
Они не успели ничего обсудить, потому что показались инквизиторы.
Они стали убегать.
Инквизиторы гонялись за ними повсюду.
Они растворились и бежали на северо-запад. Здесь правила Валерия, у которой были свои порядки, и инквизиторы не имели права преступать ее границ без объявления войны.
— Они были как гудящий улей, — заметил Клин однажды.
— Что?
— Они нас боялись, слишком много сил гонялось за нами. Как тот лагерь, как Стебиндес, они чувствовали угрозу.
— Откуда-то они поняли, что во всём деле участвовал сильный маг, — хмуро произнес Ян, — Я не знаю, по какой еще причине они могли бросить на это такие силы.
— Как они могли понять это, Ян? — встревожился Зэбор.
Либо потому что везде видят магию и подозрительны, примерно как ты, следопыт, либо знали, как определить мага.
— Ян, там есть маги?
— Я не знаю, я не видел. Но если есть, это не просто маги. Аштанар не умеет видеть ауры, Глэн не умеет, я могу.
Третий лад, не меньше.Они пришли в отчаяние.
Очень нужно было рассказать все это, но они не понимали, кому.
Нимов не было там, где им следовало быть.
Сильные маги оказывались там, где их быть не должно.
И они продолжили поиски.
Трое из них.
Ян отправился в столицу, он просто не мог молчать о том, что происходит. Первая башня, вторая, седьмая — какая разница, он обойдет их все, но найдет того, кто решит их проблему.
Аштанар клятвенно заверила, что не будет рисковать.
Зэбор и Клин обещали защищать ее.
И Ян покинул их и отправился туда, где нимы просто не могли быть в безопасности. В место, откуда правили всем миром.
Они затаились на территории графства Валерии, Зэбор ежедневно спрашивал, что происходит, через сокола.
От Яна вестей не было.
Поток молчал о нем.
Однажды Клин сказал:
— Помните мы встретили караван?
— В котором нашли специи, картошку и какую-то металлическую штуку с зубчиками, и вы сказали, что это был караван торговцев с воздушными племенами? Да, я его помню.
— Я не про то. Я все думал…
— О так ты начал думать.
— О, так ты начал шутить.
— Мальчики, хватит бодаться. Клин, что ты понял?
— В общем я заметил, что мне что-то не нравится в происшедшем. Ни свидетелей, ни потерь со стороны нападавших. Неизвестно кто это сделал и зачем. В общем я понял, есть какая-то новая сила. Раз ни вы, ни кто-то еще не узнает почерк, может быть, это просто что-то новое. Идеальное преступление, понимаете?
— Ты хочешь сказать, что за всем, что мы ищем, может стоять не Нарилия, не Сеадетт, не какая-то конкретная страна, а сила, которая пока неизвестна?
Клин ухмылялся. Аштанар стало не до смеха.
— Ребята, я только сейчас поняла. Ян сказал, помните, третий лад, не меньше. Но выше третьего лада…
— Выше третьего лада те, кто сроднился со стихией, Аштанар. Они странные, но не опасные.
— Да, но вот что я думаю. Меня не допрашивали. Вспомни, Зэбор, нас вежливо приняли, как гостей, а потом сразу подвалы.
— Нас хотели допросить позднее.
— Но что если, предположим, что если им и не нужно было меня допрашивать.
— Выше третьего лада, не нужно допрашивать… Аштанар, ты намекаешь на то, что сильные маги леса могут читать людей?! Никто из лесных не стал бы участвовать в подобном!
— Если только Клин не прав и не появилась новая сила, которой мы не знаем. Сильные маги, следы которых мы находим…
— Слушайте, можем пока попробовать разузнать, есть ли здесь тоже маги.
— Но как? Ян ушел, он нам не скажет.
— Я немного знакома с Валерией. Может быть можем попросить ее о помощи в этом.
— Графиня недавно умерла, забыл сказать, я получил это с сегодняшним соколом…
Аштанар охнула.
— Она была такой хорошей…
— Это что, разные соколы? — спросил Клин. Аштанар обижено посмотрела на него, тот словно не заметил.
— Одна птица. Прилетела сегодня.
— Ясненько. А эта птица меня помнит?
— Клин, да откуда мне знать, что там помнит птица.
— Я думал вы вроде как зверей читаете. Людей вот оказывается тоже…