Лотэр
Шрифт:
«Ладно, проехали…»
— Мы не друзья, — сказал Лотэр и нахмурился. От этих слов его горло обожгло, словно он солгал.
Как такое возможно? Тадеуш был полной противоположностью Лотэра: добрый и благопристойный девственник, преданный своим родным и друзьям. Единственное, что их объединяло, — это невероятно привлекательная внешность. Хотя Лотэр, конечно, и тут был вне конкуренции. Во всём остальном трудно было бы отыскать настолько разных мужчин.
— Должен сказать, Реджин всё ещё реально в бешенстве и жутко злится на вас за то, что вы всех нас кинули, —
Реджин Лучезарная — одна из самых воинственных валькирий. Реджин, Лотэр, Тадеуш и Чейз объединили силы и отнюдь не дружной и весёлой компанией выбирались с острова-тюрьмы. Лотэр спас им всем жизни в обмен на клятвы Чейза.
«Если Меченосец выживет, отправится прямиком в мою книгу должников».
Всего беглецов тогда было шестеро, и они провели в бегах неделю, плечом к плечу сражаясь с общими врагами. Пока Лотэр не заключил сделку с неприятелем, чтобы в последний момент обмануть всех и оставить врагов с носом.
— Я увидел открывшуюся возможность и использовал её, — задумчиво проговорил Лотэр. — Ну, а Чейзу Реджин простила его прегрешения?
Прежде чем Чейз вспомнил, что был влюблён в валькирию в прошлой жизни, он, следуя приказам Веба, пытал Реджин. Глядя прямо в глаза своей женщине, Меченосец ввёл ей яд, вызывающий адскую боль.
Впоследствии он горько сожалел о случившемся, его поглотило чувство вины.
— Реджин всегда знала, что Дейз в глубине души не был злом, — заметил Тадеуш. — А вот насчёт вас она уверена в обратном.
Лицемерка. Сама наверняка убила тысячи бессмертных Ллора за свою долгую жизнь. И её за это боготворят. А Лотэр? Лотэра за то же самое мешают с грязью.
— Надеюсь, фокус с вашей кровью всё же сработает в случае с Дейзом, — продолжил Тадеуш. — Если вы спасёте ему жизнь, они будут вынуждены вас простить, ведь так?
— Знаешь, твоя наивность меня убивает, — пробурчал Лотэр.
К тому же, далеко не каждый мог пережить обращение.
Тадеуш мрачно кивнул.
— Наслышан я о вас, мистер Лотэр. И хоть бы кто слово хорошее сказал. Я каждый раз за вас заступаюсь, но почему-то добрая половина бессмертных о вас действительно скверного мнения.
— Справедливости ради, я бы установил соотношение ближе к девяноста процентам. И их мнение обо мне вполне соответствует действительности. — Лотэр благополучно насолил большинству из них самым предосудительным образом. — Заступаясь за меня, ты только выставляешь себя совершенно несведущим или откровенно глупым…
Вампир умолк и отвлёкся, некстати подумав о доме.
«Как же тянет обратно, к Невесте».
Эта мысль повлекла за собой другую. Почему сейчас Лотэр чувствует себя настолько привязанным к своей женщине? Раньше он с лёгкостью держался вдалеке от неё. Теперь же сходит с ума, расставшись с ней на сущие мгновения.
«Проклятье».
— А ещё, Реджин сказала, ваши красные глаза означают, что вы сходите с ума.
— Несомненно, она выразилась намного красноречивее.
Реджин была ещё той хабалкой, которая вечно дерёт глотку, где ни попадя, считая себя донельзя остроумной.
Тадеуш
провел рукой по тыльной стороне шеи.— Если дословно, она сказала: «Ой, только посмотрите на меня, я — Лотэр, я — весь из себя такой мужик, чистое зло, упасть-не-встать». Или что-то вроде того. Она ещё сказала, что вы станете ещё более чокнутым, чем Никс. Это правда?
Всезнающая Никс, валькирия-прорицательница. Его заклятый враг на протяжении тысячелетия, она расстроила больше планов вампиров, чем предсказатели всех остальных фракций вместе взятые.
— Никто не может быть безумнее Никс. — Она была совсем плоха, гораздо хуже Лотэра. Оставалось лишь гадать, не увидела ли она в своих видениях его Саройю. Единственное, что радовало: Никс уже настолько тронулась, что часто просто забывала о своих видениях.
А если она всё-таки помнила? Может, в эту самую минуту Никс плетёт против него тайный заговор?
«Белая королева на шахматной доске, вплотную приближающаяся к чёрному королю…»
— У вас глаза меняются каждую секунду, — пробормотал Тадеуш. — Они выглядят хуже, чем раньше.
«Мне неспокойно, когда приходится оставлять Невесту одну».
За ним постоянно охотились наёмные солдаты и убийцы из всех фракций. Каждый из его кровных должников рано или поздно посылал своих лучших воинов за головой Лотэра.
— Издержки профессии. Зато сколько преимуществ, ты себе не представляешь.
— Я не понял, мистер Лотэр.
Да, теперь они точно нацелятся на его Невесту. Он напомнил себе, что фактически Саройю нельзя убить.
«Но я хочу, чтобы она осталась в привлекательном теле Элизабет». Думая о её серых глазах, сексуальном изгибе рта и поражающей воображение фигуре, он в который раз решил, что в высшей степени важно завладеть именно этим телом для Саройи.
Что уж говорить о её восхитительной крови.
«Она на вкус, словно мёд и вино…» — как и говорил отец. Даже сейчас клыки Лотэра заострились.
— А что с вином и мёдом? — спросил Тадеуш. — Не понимаю. Вы говорите загадками.
«Я сказал это вслух?»
Лотэр сильно тряхнул головой, словно хотел прогнать воспоминания, и случайно заступил за охраняемую призраками границу.
— Осторожно! — крикнул Тадеуш.
Лотэр тут же переместился назад, но духи успели полоснуть его когтями, оставляя на лице вампира кровавые борозды.
— Вы в порядке, мистер Лотэр?
Боль. Нельзя терять ясность ума.
«Не проявляй слабость, не обнаруживай безумие».
Когда кровь потекла по губам, язык стремительно снял пробу. Легкий привкус крови Элизабет, перемешавшейся с его собственной кровью, принёс вампиру успокоение.
Духи замедлились, и их предводительница обратила на Лотэра своё призрачное лицо.
— Я единственный в мире знаю, как тебя уничтожить, — сквозь зубы процедил Лотэр. — Только попробуй тронуть меня ещё раз.
Она завизжала. Лотэр ухмыльнулся.
— А я ведь знал тебя, когда ты ещё была хорошенькой.
На мгновенье лицо духа преобразилось, явив прежний прекрасный лик древнемакедонской воительницы.