Лотерея

Как по волшебству воцарилась тишина. И еще до того, как кто-то опомнился, Эрик, осознав, что захватил инициативу (все внимание было приковано к нему), закричал:

— Посмотрите на себя! Кто вы?! На кого вы похожи?! Разве вы люди?! Нет, вы только внешне похожи на людей! На самом деле вы стадо трусливых вонючих животных! Вы даже не можете постоять за себя! Вы не можете защитить себя, имея для этого все необходимое: крепость и кучу оружия с кучей боеприпасов! Глядя на вас, никак нельзя сказать, что человек — звучит гордо. Глядя на вас можно сказать, что человек — звучит жалко. Трусы!

— Да кто ты такой, щенок?! — вспылил все же один из здоровенных мужиков, которому, похоже, не понравилось, что его обозвали трусом, такого большого и сильного.

— Я тот, кто добровольно пришел к вам, чтобы вместе с вами отразить нашествие «крыс» от вашего же модуля! Но если я щенок, то кто тогда ты, такой большой и грозный, но при этом оказавшийся в первых рядах трусливо бегущих?!

— Да я тебя!..

Махов вскинул винтовку и выстрелил в воздух. Это остановило громилу. После этого Эрик направил ствол на мужика, что заставило того вообще замереть статуей самому себе.

— Следующая пуля твоя. Лучше всю эту браваду, злость и решительность, что из тебя сейчас прямо-таки и прет, того и гляди лопнешь, направь на «крыс». Сделай с ними то, что ты хочешь сделать со мной. Порви их!

Громила спешно отступил назад.

— Теперь все отошли от машин. Ну!

Люди, еще ничего не понимая, как завороженные глядя на оружие, стали медленно отходить от десятка «круизеров», вылезать из кузовов пары «мулов» и выходить из салона единственного автобуса.

— Я сделаю из вас людей…

Частыми выстрелами Эрик начал дырявить колеса машин. Люди возмущенно закричали нечто вроде: «что ж ты делаешь, ирод?!», некоторые даже вновь бросились на него, но поспешно отскочили назад, как только пули засвистели у них под ногами, выбивая каменную крошку и пыль.

Махов дважды сменял магазин, но доделал работу до конца, продырявив как минимум по два колеса, как правило передние (учитывая, что транспорт шестиколесный, и повреждение одного колеса, тем более сзади, не фатально). Теперь ни одна машина не годилась для путешествий без ремонта.

— А теперь за работу! «Крысы» появятся здесь часа через четыре. Можете, конечно, бежать пешедралом и даже успеете добежать до моего сто семьдесят девятого модуля. Но клянусь богом, я добьюсь того, что никого из вас, трусливых вшей, там не примут, а до следующего модуля вам уже не добежать. Спечетесь. Да и не нужны вы там никому. Потому что там сидят точно такие трусливые, думающие только о себе уроды, как и вы.

Махова буравили очень злобными взглядами, обещающими очень много нехорошего. Но поскольку пути отступления оказались отрезаны, а на смену и починку шин уйдет уйма времени (и потом не факт, что этот псих их снова не продырявит), волей-неволей пришлось заняться мерами по обеспечению собственной безопасности.

— Тебе здесь после того, что ты тут натворил, оставаться нельзя, — сказала Элен, когда люди стали расходиться.

— Боишься, что пристукнут? — криво улыбнулся Эрик, потому как сам немного опасался подобного исхода и незаметно, но очень внимательно осматривался при любом удобном случае.

Девушка кивнула.

— Очень…

— Не боись. У них кишка тонка. Сейчас остынут и станут более покладистыми. И потом не забывай, я тоже некоторое время был «крысой», и меня просто так не возьмешь.

Но Элен такое объяснение не удовлетворило.

— Все будет нормально, — пообещал Махов, обняв ее за плечи. — А теперь лети и проверь, как там себя чувствуют «крысы». Не думаю я, что они станут так много времени тратить на переход. Должны обернуться быстрее. Только будь осторожнее, не подлетай слишком близко.

— А ты тем более.

— Обещаю, — кивнул Эрик и поцеловал Элен. — Лети.

Элен поспешила к вертолету, и вскоре он поднялся в воздух.

2

Работа шла медленно. Резка бойниц изрядно затянулась, даже несмотря на то, что их делали совсем крошечными, двадцать на двадцать сантиметров. Но это все же корпус спускаемого модуля, а не простой лист стали.

Вышла на связь Элен.

— Ты оказался прав, Эрик, «крысы» не двигаются единым потоком. Используя транспорт, они делают челночные рейсы и высаживают отряды в непосредственной близости от модуля, всего в четырех километрах.

— Так близко?! — ужаснулся Холидей и даже быстро осмотрелся по сторонам, но «крыс» не увидел, о чем и сказал: — Я их не вижу!

— Они за грядой холмов. Гряда низенькая, но достаточная, чтобы скрыть людей.

— Наверное, вон за тем валом, — указал на едва возвышающиеся бугорки холмов Эрик.

— О боже!

— Сколько их там примерно, Элен?

— Человек двести.

— Вооружены?

— Да.

— Спасибо, Элен. Конец связи.

— Конец связи.

— По-хорошему нужно нанести упреждающий удар, — предложил Махов. — Соотношение в нашу пользу. Мы успеем их перебить до того, как «крысы» привезут новую группу бойцов. Возможно, даже успеем захватить трофеи и оставим без оружия следующие отряды.

— Думаешь, удастся их воодушевить на такой подвиг? — усомнился Патрик Холидей.

— Сомневаюсь, — вздохнул Махов. — Более того. Я уверен, что за мной они после всего того, что я тут натворил, точно не пойдут. Вот что, мистер Холидей, найдите того громилу, который на меня пер, он вроде пользуется авторитетом, назначьте его командующим силами обороны сто восьмидесятого модуля и объясните ситуацию. Обо мне, в связи с моим предложением об упреждающей атаке, лучше вообще не упоминайте.

— Понимаю, — слабо усмехнулся Холидей.

Пока Холидей искал громилу, Эрик поспешил спрятаться. Лучше если этот придурок его вообще не увидит при разговоре с Патриком. Сам Махов имел возможность наблюдать за разговором, но, как он и опасался, мужества у громилы оказалось с гулькин нос. Он мог «наехать» на парня, но вот реально напасть на «крыс», имея серьезное преимущество в числе и вооружении, у него кишка оказалась тонка.

В то же время Эрик удивлялся самому себе, своему решению остаться и встретить противника с оружием в руках, хотя имел полное право плюнуть на все, и никто бы его в этом не упрекнул.