Ловцы душ

— А через три месяца, еду придется добывать самим? — обратилась к Свенсену Куди.

— Точно. Исключение составляют только дети до четырнадцати лет, беременные женщины и тот, кто получил увечье на общественных работах

— Строго.

— А вы как думали. Выживаем, как можем, так что до всеобщего благоденствия еще далеко.

— Вы сказали, что инопланетяне живут отдельно, их много?

— Не очень. Вы будете двенадцатой.

— Вот как. А с чего это они отделились?

— Я же сказал, не сошлись характером. Извиняюсь, но, как говорится, гонора много, вот и отделились.

Наступила пауза, которую нарушила Елена Степановна.

— Если я правильно поняла, основной ликбез закончен, и мы можем отправляться осматривать местные достопримечательности, вставать на учет и все такое прочее.

— Слушайте, вы положительно догадливая дамочка. Могу поинтересоваться, откуда вы?

— Из России.

— А ваш спутник?

— Оттуда же.

— Понятно.

— И что же вам понятно, если не секрет?

— Да так, ничего.

— И все же?

— У нас тут есть несколько человек из вашей страны. Весьма предприимчивые ребята. Первым делом умудрились наладить производство самогонки. Продукт конечно важный, но не всегда благотворно сказывается на поведении в колонии.

— Что делать. Мы действительно находчивые. Жизнь научила выживать в разных ситуациях. Раз вы из Швеции, то вам сложно будет понять, каково было жить в СССР. Когда денег мало получали, то икру можно было хоть бочками покупать, а как стали зарабатывать, то порой за туалетной бумагой в очереди стояли, а под конец и вовсе талоны на водку стали давать. Вот и приходилось крутиться, чтобы где-то что-то достать, как мы тогда говорили.

— А вот тут вы ошибаетесь. Я в колонии уже десять лет. А до этого в восьмидесятые годы часто бывал в командировках в вашей стране. Так что имею некоторые представления.

— Ах, вот оно что. Понятно. В таком случае, куда нам сейчас идти?

— Пойдемте, я сам вас провожу в "общий" дом.

Все поднялись из-за стола и последовали на улицу за Свенсеном. Погода стояла на редкость теплая, и хотя время давно перевалило за полдень, солнце пригревало, и несколько скрашивало мрачные мысли.

— Эх, хорош денек, — произнес Свенсен, — не то что зимой.

— Надо полагать, зимой смертность большая? — неожиданно спросила Елена Степановна.

— Зиму пережить труднее всего. Пытаемся не потерять никого в колонии, но редко когда получается. Что делать, такова жизнь, к тому же, регулярно новые люди прибывают, да и семейных достаточно много, так что последние несколько лет, все время, численность колонии стабильная. А вы что, врач?

— В каком-то смысле, — уклончиво ответила она, и недвусмысленно посмотрела на Михаила. Однако тот сразу понял её взгляд, который означал, то даже в этих условиях, не стоит говорить, что она сотрудник разведки.

— Простите, господин Свенсен, а почему нельзя было тронуться всей колонией на юг, в теплые края? Климат мягче, почва более плодородная, на мой взгляд, самое разумное решение. За лето можно было бы далеко на юг продвинуться?

— Вы верно мыслите, только не все так просто, как кажется. Немного обживетесь, сами многое поймете.

— И все же, вы как-то отклонились от прямого ответа?

— Не так легко покинуть насиженные места, а кроме того…. — он вдруг замолчал, словно хотел что-то сказать, но в последнюю минуту раздумал. К тому же, все четверо подошли к дому, который, по всей видимости, и был "общий" дом.

— Заходите, — и Свенсен открыл дверь.

Михаил, Елена Степановна и Куди прошли внутрь. Посреди земляного пола горел костер, вокруг которого сидело четверо. Остальная площадь была разделена перегородками на импровизированные комнаты, которые располагались по периметру. Сколько человек здесь жило, сказать было трудно.

— Принимайте новое пополнение, — произнес Свенсен.

— Сколько? — раздался чей-то голос.

— Трое. Две женщины, одна из которых инопланетянка, и мужчина.

— Ясно. Скажу Лорану, чтобы поставил их на довольствие.

— Вот и хорошо. И еще, введи их для начала в курс дела, где что, а то в сортир приспичит, и будут тыркаться, как малые дети.

Послышался приглушенный смех.

— Понятное дело.

— И еще, завтра отведи их к Арджи, пусть побеседует с ними, а если будет желание, своди к инопланетянам. Может быть, дамочка захочет сразу к своим присоединиться.

— Все ясно.

— Раз ясно, тогда я пошел.

— Ну что же, господа, моя миссия на сегодня исчерпана. Так что присаживайтесь к костру, знакомьтесь и начинайте обживаться. Коли господь Бог или кто там его замещающий распорядился, чтобы вы остаток дней своих провели здесь, стало быть, так кому-то было угодно, — Свенсен повернулся, и, не прощаясь, вышел из помещения.

— Что стоите, присаживайтесь, поговорим, — произнес чей-то голос одного из сидящих возле костра.

Все трое подошли и уселись рядом на циновки из веток. В бликах костра Михаил попытался рассмотреть лица сидящих людей, но лишь в контурах фигур смог угадать, что двое из сидящих, были женщины, а двое — мужчины.

* * *

— Стало быть, попали в аварию, и остались живы? — раздался женский голос

— Угадали. Самолет потерпел аварию, мы вдвоем спаслись, а Куди с инопланетного корабля, который разбился в Арктике.

Женщина, задавшая вопрос, подбросила в костер несколько поленьев, и неожиданно произнесла.

— Лучше бы мы все погибли, чем остаток дней провести здесь.

— Молчи, они только первый день здесь, пусть хоть немного осмотрятся, и сами решат, какового здесь и что лучше, сразу умереть, или учиться выживать в новых условиях, — произнес мужчина, сидящий возле неё, давайте лучше знакомиться. Меня зовут Соан Бу Ли, можно просто Соан. Я из Вьетнама.

— Меня зовут Рита Вейс, я из Англии, но вообще-то немка.

— Рун Вандерхаген, из Голландии.

— А я Ассаах Марибунда из Франции, по национальности непалец, а вы?

Михаил, Елена Степановна и Куди представились.

— Может быть, расскажете, как вы здесь живете? — произнесла Елена Степановна.

— Все как в кино из сериала, где люди попали на необитаемый остров и пытаются выжить, — неожиданно произнес мужчина, который представился Руном, — Целый день чем-то занят, а когда ложишься спать, то закрываешь глаза и думаешь, что все это сон. Утром проснешься, и удивишься, что приснилась такая ерунда. И так каждый день. Потом начинаешь потихоньку привыкать, и понимаешь, что ничего не изменится, и ты никогда не увидишь родных и близких, которые наверняка думают, что ты погиб. Живешь, или точнее выживаешь, потому что все совсем не так, как в кинофильмах о робинзонах, или разных шоу на эту тему. Те, которые здесь уже много лет, видимо, привыкли, а мы, которые всего пару месяцев,… — он неожиданно замолчал. Возможно воспоминания о прошлой жизни, заставили это сделать, или он просто не хотел нагнетать атмосферу мрачных мыслей дальше.

Михаил обернулся и осмотрелся по сторонам. Дом был построен наподобие большой юрты. Это позволяло в центре разводить костер, а дым уходил вверх в отверстие. Судя по размеру, здесь проживало человек десять.

— А вас здесь четверо, или кто-то еще есть?

— Нет, только мы. Теперь с вами будет семеро. Но я скоро ухожу, мне осталось две недели, и закончатся мои три месяца.

— И куда же вы пойдете?

— В другой дом, что-то вроде общественной гостиницы. Но это тоже на какое-то время, а потом придется думать, что делать дальше.