Ловушка для диггера
Шрифт:
– Да ты умник, Зубастик, – она рассмеялась и потянулась за бутылкой пива, которая стояла здесь же, на столике. Сделала несколько глотков и только потом ответила.
«Прикол. Я тоже знаю, чем ты сейчас занимаешься».
И для верности в конце послания добавила смайлик. Пусть знает, Зубастик, что с чувством юмора у нее все в порядке.
«Ты пьешь пиво», – пришло следующее сообщение.
– Тоже мне, телепат нашелся, – пробурчала София. Но руку, уже потянувшуюся к бутылке, одернула. – Называется, угадай с двух раз, что можно делать за ноутбуком, периодически отрываясь от клавиатуры.
«Да
Пусть знает наших. Тоже, своего рода игра в угадайку. Большинство мужчин ходят по дому голышом. К такому выводу пришла София давно. В то время, года два назад, ее роман с виртуальным миром только начинался, и поэтому вэб-камера вносила волнующее разнообразие в простой обмен сообщениями.
«Это предложение?»
На экране высветилось новое послание, и София улыбнулась.
– Да ты не так прост, дружок, как мне показалось вначале. С чувством юмора. Приятный подарок в час ночи.
«Нет, это утверждение, – отозвалась она. – Так я угадала?»
«Нет, не угадала. Я в смокинге. И на мне галстук-бабочка».
«Не жмет?»
«Что не жмет?»
«Галстук-бабочка, конечно!! Не жмет?»
«Я не чувствую боли».
«Вообще, или только сейчас?»
«Нельзя чувствовать боль, когда ты мертвый».
Вот черт, София поморщилась. Опять шизофреника на огонек занесло. Сейчас начнет развлекаться на тему «все самое интересное ждет нас после смерти».
«Слухай сюда, Зубастик. Мой тебе совет: сними смокинг, разденься до трусов… Нет, трусы тоже сними. Галстук-бабочку можешь оставить. Сходи в душ и тебе полегчает. По крайней мере, снова почувствуешь себя живым».
«София, ты живешь так, словно тебе осталось еще как минимум лет сто. Но самое интересное, ты продолжала бы сидеть в сети, даже если бы тебе оставалось жить всего месяц. Грустно, когда уходят из жизни молодые. Скучно – когда старые. Тебе не нужно скучать. Тебе придется грустить».
– Придурок, – София в сердцах отодвинула ноут.
Ее ник-нейм в виртуале был Кити-Кити. Однако тайное знание собеседником ее настоящего имени, не говорило ни о чем. Ни о чем плохом. Девушка далека была от мысли, что некто, называемый загадочным словом хакер, вскрыл ее почтовый ящик с тем, чтобы получить ни с чем не сравнимое удовольствие, копаясь в ее ноуте. А вот кто-нибудь из бывших друзей, зарегистрировавшись под новым ник-неймом, вполне мог позволить себе подобную выходку.
София бросила задумчивый взгляд на монитор. Стоило ли ради нескольких сомнительных угроз, от которых за версту разит каким-нибудь низкопробным фильмом ужасов, затевать все это?
Прежде чем навести курсор на заветное слово «игнорировать», она напечатала последнее сообщение.
«Бла-бла-бла. Самому-то не смешно все это строчить? Мне читать, например, смешно. И смени ник. Зубастик – звучит по-детски. В свои семнадцать, мальчик, продолжай заниматься онанизмом, под красивым названием «виртуальный секс» и не мешай взрослым людям нормально общаться в сети».
И совсем немного времени ей не хватило на то, чтобы выполнить задуманное. На черном поле краснели буквы, набранные готическим
шрифтом.«Если бы мне оставалось жить всего месяц, я бы оставил в покое сеть и постарался бы прожить это время в реале. Прощай. И до встречи. Оглянись – я стою у тебя за спиной».
Она действительно оглянулась, успев испугаться за долю секунды. Дыхание перехватило, сердце гулко толкнулось в ребра.
Разумеется, за спиной никого не было. За окном, в темноте, хозяйничала ночь. Ветром ворвалась в открытую форточку, рванула занавеску. Тонкая ткань надулась пузырем и опала. Это движение побудило безотчетный страх. Как будто в действительности кто-то незримый присутствовал за спиной и теперь исчез.
Чтобы успокоиться, София долго разглядывала темно-желтые шторы с зеленым узором, комнатные цветы на подоконнике, ковер на полу.
Собственная доверчивость разозлила ее настолько, что она выключила ноутбук, как будто он был во всем виноват. Потом решительно поднялась, закрыла окно и пошла в ванную комнату.
Каждый развлекается в Интернете как хочет. Половина пользователей заняты поиском партнеров для виртуального или реального секса. Процентов двадцать пять – желают просто поболтать, с тайной надеждой на то, что общение, в конце концов, закончится тем же самым.
И только оставшиеся – прекрасные собеседники, с чувством юмора и грамотностью, те, кто за словом в карман не лезет. Те, с кем хочется продолжить общение в реале. Те, о которых постоянно рассказывают подружки. Они есть. Их не может не быть…
Или это только Софии так не везет, и постоянно попадаются одни придурки?
Или все дело в другом? Как в старом анекдоте, когда дед приходит к сексопатологу и жалуется, что больше трех раз в неделю у него с женой не получается. Тот спрашивает, сколько деду лет. «Восемьдесят», – с гордостью отвечает тот. «Превосходно», – радуется доктор. «Чего ж хорошего? – хмурится дед. – А вот мой сосед говорит, что спит с женой ежедневно. А ведь ему девяносто!» «Так и вы говорите», – пожимает плечами доктор.
Может, и ей стоит выдумать сногсшибательный роман, чтобы подружки задохнулись от зависти? Если в жизни реальной похвастаться нечем.
Вот и сегодняшний вечер пятницы прошел бездарно. А на него возлагались такие надежды…
Нет, недостатка в мужском внимании София не испытывала. Стройная, с хорошей фигурой, с длинными черными волосами, локонами спускавшимися по плечам – ей ли жаловаться?
Утром позвонил Андрей, школьный приятель, с которым они время от времени встречались, но так и не смогли придти к выводу: как же им лучше – вместе или врозь? Другом, несмотря ни на что, он был отменным.
Если сравнивать с тем, каким он был любовником.
София согласилась бы только на дружеские отношения. Однако душа Андрея такой расклад не принимала. Поэтому приходилось иногда допускать его до собственного тела, чтобы совсем от рук не отбился. Нельзя сказать, чтобы процесс доставлял Софии неудовольствие. Тихо, по-семейному – ни тебе страстей, ни тебе сильных ощущений. И потом, эти бесконечные вопросы «как ты любишь – сверху или внизу», или «как тебе больше нравится»…
Как будто за восемь лет знакомства он так и не сделал для себя ни одного вывода: как она любит и как ей больше нравится.