Лукавый Шаолинь

– Люди, ну что вы, мы же любим эльфов, – негромко проговорила Маша.

– А вот мы вас – не очень, – усмехнулся светловолосый эльф в зеленом камзоле, в котором я узнала одного из лучших лучников Верены.

Нам связали руки и повели в Эльфятник, легонько подталкивая в спину. Пахнуло дымком костров, послышались возбужденные голоса, и вскоре мы предстали перед вожаком эльфов. Это был высокий, стройный молодой человек лет двадцати пяти, напоминавший Леголаса. Длинные светлые волосы, красный плащ, серебристые доспехи. Он мог быть музыкантом из рок-группы, но тогда мне это и в голову не пришло. Я лишь молча любовалась красивым парнем.

– Убейте их, – приказал повелитель.

– Стойте! Нет! Мы любим эльфов, – повторила я слова Маши. Захлебываясь и перебивая друг друга, мы рассказали, зачем искали Эльфятник.

– Развяжите их, – проговорил король, махнув рукой с перстнем-печаткой. – В вашем деле я не могу помочь. Но месть – это прекрасно и достойно. Месть возвышает. Предлагаю вам стать нашими шпионками или храбро погибнуть.

Эти слова светловолосого эльфа я запомнила на всю жизнь и в душе с ними согласилась. Месть – достойное и возвышенное качество. Вот о чем я думала, когда билась с тем, кого любила. И когда распыляла баллон с веселящим газом, который нес смерть целому городу.

Мы, не задумываясь, стали шпионами. Как же, новый поворот в игре! Убийца-полуэльф был забыт. Эльфы развязали нас, накормили супом и проводили почти до самого города. Теперь в наши обязанности входило ежедневно доносить вражескому лагерю обо всех планах командования людей, поджигать палатки и просто наблюдать.

Я оказалась плохим шпионом и была разоблачена начальником Реданской полиции Дийкстрой. Маша успела сбежать к эльфам. А мне он устроил сладкую жизнь. Допрос проходил в темном, душном дружиннике. Мне связали руки, и веревка неприятно натирала запястья. Хотелось есть и спать.

Дийкстра приставил к горлу холодный клинок меча из дюрали. И неотрывно смотрел мне в глаза. Я задыхалась, было страшно по-настоящему. Это уже не было игрой, я перенеслась в книгу Сапковского.

– Признаете ли вы себя эльфом и их пособницей? – стеклянным голосом спросил Дийкстра.

– Нет, я не эльф. Клянусь! – спазм сдавил горло. Затошнило.

Палач резким движением откинул капюшон и осторожно дотронулся до моего уха. Я отстранилась. Ухо горело. По законам Редании Дийкстра имел право применить ко мне пытку. Что он и сделал.

Меня ждала дыба…

Двое крепких молодых воинов из городской стражи держали перекладину, а я должна была висеть на ней одну минуту. Физподготовка никогда не относилась к числу моих достоинств, но пытку я вытерпела с честью. Адреналин бил через край.

После меня повели к городским воротам, чтобы отдать на съедение нечисти. Я взошла на мост, перекрестилась и с ужасом отшатнулась от грифонов, кикимор, брукс, лярв и вампиров. Визг, стоны, крики… Нечисть тянет ко мне свои ужасные лапы. Я сделала глубокий вздох, еще раз перекрестилась и прыгнула прямо в объятия чудищ.

Но меня не разорвали. Я даже не успела испугаться, как почувствовала теплую руку Грина и его ободряющий взгляд. И спокойно пошла прямо в логово нечисти, потому что Гриндерс был рядом и улыбался мне.

Прежде чем разорвать, чудища дали ложку и тарелку супа, за что я была им очень благодарна. Да просто Баба-Яга, которая сначала накормила доброго молодца, затем попарила в баньке и только потом съела. Но едва я успела пообедать, как кикиморы принялись забавляться со своей новой жертвой. Меня щекотали и щипали, крутили вокруг оси, поднимали на руки. Я понимала, что приговорена.

– Хочу, чтобы это сделал ты, – попросила я Грина.

– Как скажешь, – улыбнулся мой тренер. Кроме мастерских обязанностей у него еще была роль грифона.

Убили меня красиво. На голову мне надели капюшон, кикиморы плясали, вампир бил в бубен, грифоны кричали. Будто были умирающими чайками, а не сказочными персонажами. Я вздрогнула. Почудилось, что рядом стоит ужас моего детства – человек без лица. Я напряглась и дотронулась до бедра, где висел нож.

Но тут Грин подошел ко мне почти вплотную. На секунду показалось, что сейчас он меня поцелует… Но грифон нежно провел когтем по моему лицу и шепнул: «Прощай!».

Я упала замертво.

Очнулась я от того, что нежить пожимала мне руку. Кикиморы оказались обычными симпатичными девушками, вампиры – реконструкторами из дружественного нам клуба, а жуткий грифон – моим тренером Гриндерсом. Я подумала, что переиграла – падать в обморок было совсем не обязательно. Ролевики помогли подняться. Они еще долго пожимали мне руку, а я тепло обнимала их всех. Грин смотрел на меня с нескрываемой нежностью, а я едва удерживалась, чтоб не кинуться ему на шею.

Мне предстояло провести четыре часа в Мертвятнике – в раю, а может, в аду для погибших ролевиков. Там же я встретила Машу, которая погибла от отравленного яблока. Ее шпионаж в пользу эльфов не смогли доказать и просто подослали наемного убийцу. Мы вместе отправились в Реданию.

На воротах стоял недовольный Грин.

– Игра закончилась слишком рано, – объяснил он. – Маша, тебя искал Хантер. А ты, Эль, не хочешь прогуляться по лесу? Есть примета, что тот, кто взойдет на Заповедные горы с чистым сердцем, может загадать любое желание. И оно сбудется.

– А разве я человек с чистым сердцем?

Гриндерс не ответил. Он подал мне руку, и мы двинулись на гору. Маша смотрела на нас с беспокойством.

Через минуту она догнала меня и вручила меч из дюраля. Затем, шатаясь, как пьяная, побрела в сторону города.

Подниматься было тяжеловато, ведь высота Двойных гор достигала двести шестьдесят метров над уровнем моря. Но я не могла оторвать взгляд от открывшейся красоты. Склоны покрывали цветущие желтые хохлатки и сиреневые зубянки. Кое-где встречались гладиолусы и тюльпаны Биберштейна. Грин продолжал сжимать мою руку.

И я осмелилась спросить, почему Маша так истерит.

– Призраков боится, наверное, – усмехнулся тренер. – В одна тысяча девятьсот пятом году здесь казнили двенадцать крестьян, которые разорили и сожгли памятник культуры – усадьбу Звягинцевых. Даже семнадцатилетнего подростка Колю не пощадили. И здесь же их похоронили. Еще целы старинные могилы, заросшие мохом. А в Советское время на этом месте установили памятник. Тогда вандалов чуть ли не героями посчитали. Говорят, стела сохранилась, но вокруг бродят привидения.

– И это правда? – я поежилась.

– Нет, конечно. Лес действительно никто не посещает, но вовсе не из-за призраков, а из-за змей и поваленных деревьев.

– Почему же здесь нет лесника?

– А где его найдешь? Одни пьяницы да наркоманы, – поморщился Грин.

Я остановилась.

– Слышишь шорох? За нами кто-то наблюдает.

– Всего лишь барсук, – усмехнулся тренер. – Здесь их целая колония. Лучше подумай о желании, которое загадаешь.

Вскоре мы взошли на вершину одной из гор. Внизу простиралась Верена, сияя серебряными куполами. Склон был усыпан цветами. И я поняла, что мое сердце вот-вот разорвется от такой красоты. Желаний не было.