Луна-16

– А я ведь теперь тоже журналист,-сказала она, подмигнув Бабочкину.- Надоело во внешнеторговой фирме бумажки перекладывать. Один мой приятель, бывший ухажер, устроил меня в телевизионную редакцию научных новостей- "Сайнс ньюс". Эфир, правда, только в интернете, но передачи делают солидные. Я и ведущая и корреспондент и комментатор.

– Так в дрянных телекомпаниях и бывает,- съязвил Феликс.- Один за всех и все на одного. Каждый в редакции должен заниматься своим делом, тогда будет толк. Телевидение-дело коллективное, а так- это просто кухонная самодеятельность.

Но Алиса почему-то пропустила колкие, но справедливые слова Бабочкина мимо ушей.

– Первое время трудно пришлось,-продолжала Бурцева.- Я нашла выход- стала делать сюжеты на твои темы, в том числе и космические. И в декабре записала интервью с конструктором лунной буровой установки Поликарпом Матвеевичем Миловидовым.

Феликс напрягся. Это что еще за новости, куда это Алиса клонит? А Бурцева отхлебнула пива из банки, облизала пухлые, розовые губы. Поправила пшеничную челку на несколько выпуклом лбу, потрогала пальцем маленькую родинку на

щеке, будто собиралась её стряхнуть. В прозрачных её глазах плескалось море эмоций и информации, которые она собиралась выплеснуть на Бабочкина.

– В апреле Поликарп Матвеевич мне позвонил и предложил срочно встретиться.

– Та-ак,- вырвалось у Феликса.

– Не стони, -фыркнула Алиса,- дальше тебе будет еще интереснее. Он пригласил меня в кафе у Технологического института, кажется "Комарик".

– Мотылек,-подсказал Феликс.

– Именно. Сказал, что скоро его космический корабль...

– Сойдет с орбиты,-не выдержал Феликс,- и подарил тебе осколок лунного камня. Так?

– Разумеется. Точно такой же как и тебе.

– Откуда ты знаешь?

– Дурак бы догадался по твоим воплям. Только я знаю гораздо больше, чем ты думаешь.

Алиса расстегнула красную сумочку, выложила на стол коробочку от запонок, внутри которой находился черный, блестящий осколок в виде Скандинавского полуострова, но без Финляндии.

– Не может быть,- протянул Бабочкин.- Это просто какой-то абсурд.

Он вынул из своего портфеля точно такую же коробочку с антрацитовым камушком внутри.

– Ничего не понимаю,-взъерошил волосы Феликс.- Профессор что, нас разыграл? Подожди, но ведь другой осколок ильменита находится у дочери инженера Керна, который по словам профессора, первым похитил камень из капсулы, а вторую его часть положил в карман Миловидова. Вернее, находился у Анны Петровны.

– Знаю, ты только что от неё. Ну как немолодое, но страстное тело?- Алиса посмотрела с вызовом на Бабочкина.

– Не твое дело - какое тело!

Феликс открыл свою банку, выпил половину. Только теперь он понял как хотел пить после утреннего сухого вина Анны Петровны и ее страстных объятий.

– Но как ты узнала, что я от неё?

– Глупый, от тебя до сих пор пахнет её ужасными пасленовыми духами. Была у неё после встречи с профессором. Хорошо запомнила этот чудовищный аромат. Таких тошнотворных духов больше никогда ни у кого не встречала.

– Чепуха, это не повод делать конкретные выводы. Она тебе позвонила и сказала, что я у неё.

Феликс вспомнил долгое отсутствие Керн. Если Алиса была у нее, наверняка оставила свой телефон.

– Верно,-сразу согласилась Бурцева.- Все же журналистская профессия иногда приносит пользу даже таким тугодумам как ты. Ха-ха. Не обижайся, это я любя. Ты бы хоть душ принял, Бабочкин, вижу хорошо тебя Анна Петровна помяла. Ха-ха.

На этот раз в её голосе послышалось ревнивое раздражение. Все женщины одинаковы, рассматривают мужчин, даже брошенных ими, как свою собственность.

– Не твое дело,- повторил Феликс.

– Фу, какой грубиян, совсем одичал без меня.

– Что ты думаешь о выходке профессора и куда пропал ильменит Анны Петровны?

– Не знаю,- сделалась вполне серьезной Алиса.
– Вообще, я считала подарок Миловидова старческой глупостью. Ну да, решил покаяться на склоне лет, дрожит за свою репутацию. Поехала к Керн. Анна Петровна рассказала мне историю про родителей, которые поругались из-за камня, а потом умерли друг за другом.

– Тоже самое она поведала и мне. Она показала тебе свой осколок?

– Нет, сказала, что хранит его в банковской ячейке, продавать же категорически отказывалась.

– Даже за 20 тысяч долларов?

– Профессор называл сумму в тридцать пять.

– Вот как, Поликарп Матвеевич интерпретировал. Значит, ты ей предлагала 35 тысяч? А если она бы согласилась?

– Не глупи, Бабочкин. Я назвала сумму чисто умозрительно, хотела узнать ее реакцию. Но Анна Петровна сказал категорично- "нет". При этом заявила, что очень боится этого камня и возможно когда-нибудь, она отдаст мне его просто так.

– Кстати, а ты не проверяла свой камень?- спросил Феликс, взяв коробочку бывшей подруги в руки,- Один в один, как с 3D принтера. Ну, профессор.

– Да, Миловидов, мне сказал, чтобы я особо не доверяла лунному осколку, особенно в полнолуние. Ну достала я его из коробки, когда Луна была полностью круглой.

– И что? Ничего не услышала?

– Нет, конечно. А ты, разумеется, услышал.

– Да!-крикнул на всю квартиру Феликс.- Услышал! И не надо делать из меня дурака, Бурцева, как это ты делала всегда.

– Успокойся, Бабочкин, хлебни пивка. Верю тебе, верю. Что же ты услышал?

Феликс несколько секунд раздумывал-говорить Алисе про цифры и ее звонок или нет? Опять психом назовет. А-а, решил он, в ее глазах я все равно никогда не поумнею, а история вырисовывается забавная. Пусть знает всё. И рассказал про "Русское лото", и про то что голос из камня предупредил о её телефонном звонке.

– А ты не пил накануне?- спросила Алиса.- Я тебе всегда говорила, что много алкоголя тебе вредно.