Лунный путь

— Им работу предложили, — влезший в разговор Мьоллен махнул рукой в сторону оставшихся трех друзей. Сам алед кратковременной работе по найму предпочитал постоянную должность ученого-исследователя, пускай часто и составлял мне компанию в путешествиях. — И они почти согласились. Но там требуется вызывать духов, а платить наемному Призывающему не слишком хочется, вот и хотят тебя попросить.

— Так что? — оборотень выжидательно посмотрел на меня. Придется его разочаровать.

— Ребят, нет, — я отрицательно покачала головой. — Не могу, я израсходовала почти весь ресурс свободной силы, так что не хочу снова много ее тратить.

И в самом деле, вызывание духов требует отдачи громадного количества сил, и я сейчас держалась только за счет того, что хоть немного поспала и уже привыкла к такому распорядку. Подвигнуть меня на работу сейчас могло только что-то крайне важное.

По-моему, друзья меня поняли. Во всяком случае, покивали и исчезли, чуть не забыв попрощаться — они очень спешили, и минутное опоздание могло дорогого стоить. Мьоллен, который никуда не торопился, подошел ко мне. Крыльев у него я не заметила — видимо, убрал, хотя в Долине мог спокойно этого и не делать. Откинув со лба прядь, он внимательно посмотрел на меня изумрудно-зелеными, с золотой паутинкой глазами. Зрачок дрогнул, из вытянутого превращаясь в обычный.

— Ты сейчас куда? — поинтересовался он.

— Я сегодня еще не завтракала, так что путь ясен, — я кивнула на яркую вывеску, нарисованную на светлой доске. Под красноречивой картинкой плющом вились буквы.

В кофейне, наполненной ароматами свежесваренного кофе было столько народу, что у меня зарябило в глазах. Кого тут только не было… и в меньшинстве остались почему-то люди. Впрочем, прислушавшись, я поняла, откуда здесь только нелюдей.

И когда только Алвиэль начал играть на публику? Конечно, я не была против — пел слепой действительно волшебно и завораживающе, но, насколько я знаю, раньше он не слишком часто выступал с концертами. А уж чтобы в кофейне…

Я окинула столики унылым взглядом. Ни одного свободного, даже в центре зала… я уже намеревалась развернуться и уйти, но Мьоллен удержал меня за руку, покачав головой. Перед тем как идти в кофейню, он натянул на себя маску человека — чтобы не привлекать к себе нездорового внимания туристов, и сейчас его за человека и принимали.

— Свободный столик сейчас будет, — обнадежил он меня, а затем просто чуть шевельнул пальцами, стягивая с себя магическую «маску». В черных волосах, рассыпавшихся по плечам, появились характерные ярко-золотые пряди, темно-зеленые глаза пронизала золотая сетка.

Не узнать аледа сейчас мог только полный болван. К счастью, их среди сидевших в кофейне не было. Впрочем, нелюди не обратили на Мьоллена никакого внимания, даже головы не повернули. Ну, зашел алед… ну и что? А вот люди, особенно те, кто сидел недалеко от нас, как-то сразу притихли. Никто не хотел уходить из милого заведения, но никто и не хотел заставлять представителя старейшей расы, почти бога, ждать. Хотя нет, явление аледа поразило далеко не всех. Маги, как и представители других рас, метнули на аледа лишь пару взглядов, да и продолжили заниматься своими делами, не собираясь уступать какому-то богоравному созданию нагретое место. К тому же в глазах магов Мьоллен был вовсе даже и не богоравным.

Я едва удержалась от смеха, взглянув на выражения лиц людей, сидящих за тремя ближайшими к нам столиками. Сразу ясно — туристы, все свои давно уже к такому привыкли и перестали обращать на Мьоллена внимание.

Самые непросвещенные уступили нам место в течение пары секунд, ретировавшись на улицу с глупыми улыбками на лице, и мы опустились за вожделенный стол, столешница которого была уже отполирована до блеска. Понятливый служка мигом убрал с него все тарелки и принес меню, положив перед нами карточки с витиеватыми буквами.

— Знаешь, а все-таки удобно иметь тебя в друзьях, — философски заметила я через несколько минут, с удовольствием накидываясь на тушеные грибы. — Красивый спутник, умный собеседник, да и все место уступают… приятно.

— Открываю для себя новое свойство характера Серебряных Детей — крайняя корыстность, — усмехнулся Мьоллен, делая глоток кофе из чашки, покрытой чеканкой и росписями.

— Вот спасибо, — фыркнула я, отбрасывая за спину назойливую прядь. — Но если бы не ты, мне бы пришлось искать другое место для того, чтобы перекусить.

— Не ворчи, — Мьоллен налил себе из высокого кофейника уже третью чашку. — Кстати, надолго ты останешься в Долине?

И почему мне постоянно задают именно этот вопрос? Причем все подряд — начиная от мастера и заканчивая лучшим другом. Мне уже начинает это надоедать.

Я покачала головой, отодвигая пустую уже тарелку и ощущая сытость в животе. Как же мало все-таки надо человеку (ну или почти человеку) для счастья. Впрочем, в полной мере я поняла это, когда сделала глоток из чашки с кофе. Во рту разлился ни с чем не сравнимый вкус.

— Я завтра утром уезжаю.

— Куда на этот раз?

— Не знаю, — я неопределенно пожала плечами. — Как получится. Может быть, на несколько дней заскочу домой. А потом путешествовать, вновь на разбитые дороги. Есть еще достаточно много мест, где мне нужно побывать и куда просто хочется приехать.

— Странствия и путешествия… — задумчиво проговорил Мьоллен, крутя в тонких и длинных пальцах изящную серебряную ложечку. — А когда ты будешь жить? Нормальной жизнью, я имею в виду.

— А я живу, — я внимательно посмотрела на него. — И та жизнь, которой я живу сейчас — единственная нормальная для меня. Мне очень трудно представить себя чьей-то женой или матерью, долго живущей на одном месте. Степенной, присматривающей за слугами, посещающей пафосные приемы и балы. Нет, это не для меня. И никогда не будет для меня. Я дитя свободы, и тебе ли этого не понимать.

— Но ты же не сможешь скитаться вечно, — резонно заметил мужчина. — Когда-нибудь возраст все-таки возьмет свое, и ты уже не сможешь, как в молодости, странствовать.

— Ты кое-что забываешь, — я взглянула ему прямо в необычные, немного нереальные, но очень красивые глаза, и продолжила, — я не человек, а ты судишь меня их мерками. Да и наш род тоже… не совсем человеческий, хотя Серебряных Детей в нем и не было. Мы живем раза в полтора дольше обычных людей и очень поздно стареем, так что к тому времени, когда на дороги меня не пустит здоровье, я вполне успею обойти весь мир.

— И неужели тебе действительно нравится такая жизнь?

— Тебе ведь она тоже нравится, так зачем спрашивать?

— Я просто в жизни не встречал женщины или девушки, которая так страстно мечтала бы о странствиях.

— Значит, ты не искал. А насчет того, нравится ли… иногда я ругаю себя за то, что до сих пор не завела семью, но в странствиях я свободна. И я люблю это ощущение. К тому же… путешествуя, я по-новому познаю этот мир.

Я замолчала, слушая пение Алвиэля, и откинулась на резную спинку стула. В голове крутились так и не высказанные вслух мысли. Конечно, все мои аргументы правдивы, но есть еще один, который, словно козырь, бьет все остальные. Ни один мужчина, заинтересованный в продолжение рода, никогда по своей воле не захочет связать свою жизнь с Серебряным Ребенком.