Люди до

– У тебя очень красивое и странное имя, у Вероники тоже (поправляюсь я). Ваши имена настолько длинные, что произнося их, я чувствую, как они звучат. Имя Вероники похоже на песню с колокольчиками, а твое звучит как скрипка.

– Можешь звать меня Тим, тебе так будет удобнее.

– Может.
– Снова тишина. На этот раз он начинает говорить:

– Я не знаю, кто украл твою подругу, но у меня есть свои подозрения. Мне нужно многое проверить, чтобы высказывать их на общее рассмотрение.

– А мне ты можешь сказать? Я совершенно посторонний человек и не выдам тебя никому. Мне нужна хоть какая-то информация, кроме той, что я навыдумывала в своей голове. Я больше не могу гадать, что происходит. Расскажешь?

Снова тишина в ответ. Только темнота стала немного рассеиваться, и я вижу очертания фигуры Тимофея. Он совсем не двигается, сидит, как статуя. Я уже хотела протянуть руку, чтобы проверить все ли с ним в порядке, но он начал говорить. Хоть, я ждала его ответа, все равно вздрогнула.

– С тех пор, как я себя помню, могу сказать, что в Коммуне не было пришлых людей, до недавнего времени. Практически еженедельно мы вылавливаем из реки девушек, но вот только, вы - первые, кого мы спасли. Все остальные не выжили, от полученных травм. Еще есть несколько человек, пришедших к нам добровольно, сбежавших из ваших городов. Мы созвали собрания и ходили по семьям с расспросами, но никто, ничего не мог ответить на наши вопросы. Я предложил выставить посты, на подходе к стене, чтобы контролировать ситуацию и понимать, что происходит. Ведь девушки, которые оказались здесь добровольно, узнали в каждой из утонувших своих бывших знакомых, виденных ранее в городе. Они сказали, что все утонувшие примерно одного возраста восемнадцати лет, а значит «аттестованные, для прохождения процедуры воспроизводства», кстати, всегда хотел спросить, что это значит?
– Он прервал свой рассказ и вопросительно смотрит на меня, ждет ответа.

– Ну, это когда, ты достигаешь возраста восемнадцати лет и тебя, после прохождения тестов на здоровье и экзамена отправляют в соседний город, для экстракорпорального оплодотворения.
– Как можно быстрее и в общих чертах объяснила я, но увидев на лице Тимофея чуть ли не открытый от удивления рот, решила вернуть тему разговора в правильное русло.
– Так что там с постами у стены?

– Подожди, так это правда? Слухи, что ходят у нас в Коммуне не врут? Вы и вправду делаете себе операции для воспроизводства? То есть, как это?
– Тимофей явно запутался в своих вопросах и сейчас просто говорит не связную речь, высказывая свои ощущения. А я не могу понять, что могло удивить его в столь простых вещах.

– Да, это естественный процесс. Чтобы иметь здоровое потомство Совет отбирает для нас подходящие пары.

– И у тебя тоже есть пара?
– Перебивает Тим.

– Да, конечно, она определена уже давно, но перед тем, как попасть сюда, я увидела его впервые.
– Сама не знаю зачем, рассказываю ему.

– И как он тебе, понравился?
– Он задает совсем личный вопрос и я смущаясь, не желаю больше продолжать этот разговор.

– Ты что-то говорил о постах у стены.
– Снова поправляю его.

– Да, прости.
– Он замялся на несколько минут, но все же продолжил.
– На голосовании, было решено, что мы не можем рисковать своими людьми и, в общем, тема была закрыта. Только тела продолжали появляться. Тогда, я стал самостоятельно выслеживать, дежурить у стены, но только пару раз слышал удаляющийся в ночи звук мотора и видел корпус большой машины. А в ту ночь, когда появились вы, я впервые не пошел к стене, посчитав это, действительно, тратой времени.

– Он закончил рассказывать, но я хотела знать больше.

– Ты сказал, что у тебя есть свои подозрения, но не рассказал какие.

– Да, совсем забыл, что ты не в курсе здешней жизни и думал, поймешь сама. Дело в том, что в нашей Коммуне нет таких автомобилей, наши средства передвижения просты. А такие машины есть только у Общества.

– Выходит, что это Общество, но зачем?

– Я не думаю, что все так просто. Я тоже хочу разобраться, но пока не могу придумать как. Не думал, что такие проблемы могут коснуться Нового мира.

– Как ты сказал?
– В голове мелькнуло воспоминание.
– «Новый мир», что это?

– Так называется наша Коммуна, мы создаем Новый мир, без ошибок старого, без неправильных решений людей до катастрофы.

«Новый мир», еще раз прожевала я слово, и в голове вспыхнуло воспоминание:

«Лин. Не ищи, будут неприятности. Я выбрала свой путь. Прости, что не сообщила заранее. Может быть, еще встретимся в новом мире. Прощай. Су.»

Глава 7.

Я проснулась от того, что в комнату, резко распахнув дверь, вбежала Вероника, с диким криком «Где Тимофей!». Оглянувшись по сторонам, я поняла, почему мне так тесно и не комфортно. На моей и без того маленькой кроватке спал Тим, чуть ли не свернувшись в клубок, у меня в ногах. Он тоже проснулся, потянулся, размял руки и ноги, и встал с кровати.

– Ты что кричишь? Здесь я.
– отозвался Тимофей и направился к выходу.

Я, снова красная от подступившей неловкости, уставилась невинными глазами на Веронику. Та, лишь крикнула Тиму, чтобы предупреждал, в следующий раз, а то она волнуется.

– В следующий раз? Да это случайно вышло, мы просто болтали.
– Начала оправдываться я, а Вероника, просто махнула рукой и начала другую тему, подробности этой, ей были не интересны.

– Я принесла тебе поесть и немного лекарства. И еще, твою одежду. Ее вычистили, просушили, можешь наряжаться.

– Мы сегодня выйдем из комнаты?
– В надежде спрашиваю, а сама уже хватаю чашку с «супом» и ложку в руки.

– Хотя бы попробуем, если ты снова не упадешь, значит - сможем пройтись. С Тимофеем, конечно, он тебя поддержит.
– Вероника так широко улыбнулась, что я могла бы пересчитать практически все ее зубы, но вместо этого, уткнулась в чашку и начала торопливо есть поданное блюдо. Вкус, снова меня ошеломил, и я решила поинтересоваться, а заодно - сменить тему разговора.

– Скажи, что это за ингредиенты в супе, никак не могу разобрать, вкус совсем не тот, к которому я привыкла.

– Конечно не тот. В вашей еде абсолютно отсутствуют приправы, соль и сахар.

– А что это?
– Странные названия меня смутили, я не хотела показаться глупой, но любопытство победило.

– А это и есть, добавки, которые придают разнообразный вкус пище. Ваша еда совершенно безвкусна, но вы, не зная другой пищи, привыкли к ней. Теперь, эта вам кажется неестественно пряной. Даже не спрашивай - зачем и почему, - увидев вопрос на моем лице, поспешно отнекивается Вероника, - я не в курсе.