Люди в черном

Кара, вооруженный, как и остальные дозорные, автоматом «АК-74» со спаренными магазинами, выполнил приказ Тимура.

Тимур же отполз за каменный утес, вызвал по рации Алтан-Юрт.

— Хозяин? Передовой пост на связи.

— Что у вас?

— Этот наемник обнаружил себя!

— Да? Хорошо! Он один?

— Али видел его одного, тот метнулся за валун, там затаился!

— Хорошо! — повторил Хозяин и продолжил: — Сделаем так. Ты с Карой незаметно отойдешь за изгиб, он сзади вас, видишь?

— Вижу, Хозяин!

— Там устроишь засаду, там удобно! С большого камня, сверху, Кара пусть обстреляет его, но бьет по земле, рядом с ногами, самого не задевая. Ты же из расщелины напротив бери его на прицел. Заставь разоружиться и сдаться! Огрызнется, не послушает, валите, но не насмерть, бейте по ногам. Он мне живой нужен, Тимур, понял?

— Понял! А Али что делать?

— Али пусть пропустит наемника и продолжает наблюдать за ущельем! «Гость» вполне может прийти с компанией. Вот эту компанию он и должен, в случае чего, задержать. Я снимаю два поста с хребтов и направляю к вам! Мало ли чего? А за профессионалом этим сраным я Палача пришлю. Все ясно?

— Ясно!

— Выполняй! И не дай тебе Аллах упустить его!

— Я все понял, Хозяин! Выполняю!

Этот разговор услышал по прослушке вышедший первым на левый хребет полковник Галкин.

Он передал по внутренней связи приказ:

— Всем стой! — И продолжил, объясняя обстановку: — Так, ребята, Егора засекли. Валить не собираются, будут брать живым.

— Как раз то, что надо, — вклинился Буш.

— С каких это пор, Турчин, ты перебиваешь командира? — оборвал его Галкин. — Молчи и слушай!

— Есть!

— Некий Хозяин, так боевики называют своего главаря, снимает сверху два поста. Я думаю, ближайшие к месту действия, а значит, и к нам. Он же, этот Хозяин, и направляет людей с хребтов в ущелье, туда же высылает какого-то Палача за Егором! Пост внизу, судя по всему, остается, даже усиленный. Хозяин считает, что Егор мог прийти не один.

— А он не дурак, — вновь вставил реплику Буш.

— Тебе же сказали, Буш, помолчи, — на этот раз сделал замечание старшему лейтенанту начальник разведки, — ну что ты в самом деле?

Но Турчин, вместо того чтобы послушать руководство, продолжил развивать свою тему:

— А может, снимем этот пост к ядреной матери, как подполковника уведут, да и двинем следом за этим Палачом с Егором?

— Я кому сказал, молчать? Еще успеешь навоеваться! Все! Остаемся здесь! Я продолжаю слушать, вы находитесь на своих местах! Конец связи!

Егор, еще перед тем как совершить лишний для него имитационный бросок к валуну, заметил засаду. Ее выдал легкий, еле уловимый запах анаши. Кто-то где-то рядом и совсем недавно побаловался травкой! А этим кем-то мог быть только враг. Астафьев с прежней позиции между двух камней через узкое пространство стал внимательно рассматривать ущелье впереди. Ему потребовалось минут двадцать, пока один из кустов немного вздрогнул. Вздрогнул, словно кто-то неосторожно повернулся, задев за ветви. Следовательно, оттуда, из кустов, по правой стороне велось наблюдение. Но полной уверенности в этом не было, и Астафьев продолжил следить за растительностью и немного открытым участком за ней. И увидел-таки мелькнувший на долю секунды, от скалы к кустарнику, силуэт человека. Затем, через пару минут, обратное движение. Вот теперь все встало на свои места! Там. Почти у изгиба, уводящего ущелье вправо, и находится передовой пост бандитов.

Пришла очередь показать боевикам себя!

Егор посмотрел влево, увидел большой валун, плотно прилегающий к скале, с густой растительностью наверху, способной скрыть его.

Расстояние до глыбы — метров пятнадцать, через речку, по гальке. Хорошо, что еще камней не было, тогда преодолеть это ничтожное пространство было бы сложнее, и времени отняло бы больше. А ему не хотелось стать статической мишенью. Только показать себя, не дав снайперу возможности сбить его на лету. Но, с другой стороны, в случае открытия по нему неприцельного, но беглого огня на открытом пространстве и спрятаться было негде. А вот камни могли бы создать препятствие для пуль. Да что гадать? В любом случае ему надо преодолевать эти пятнадцать метров! Надо, чтобы абреки засекли его! Надо!

Егор сгруппировался, метнулся к валуну, слегка пригнувшись. Не увидеть его не могли! Но не стреляли!

Оказавшись за валуном, Астафьев тут же поднялся по нему в кусты, откуда и рассмотрел засаду. Бандитов было трое. Один — непосредственный наблюдатель, двое других — его смена. Егор видел, как наблюдатель вызвал к себе одного от скалы. Значит, заметили! Разговаривают между собой, подзывают третьего. Взоры врага обращены на валун. Хорошо! Один, скорее всего старший, пополз назад и скрылся за изгибом. Наверняка для выхода на связь со своим командиром. Двое других продолжали следить за валуном.

Старший вернулся, что-то говорит своим бойцам. Так! Взял с собой одного, поползли за изгиб. Третий, оставшийся на позиции, через несколько минут покинул ее, скрывшись где-то в скале. Где именно, Егору не было видно.

Понятно!

Его засекли, связались с главарем, тот приказал брать наемника живым, поэтому пост сняли, пропуская его дальше. Туда, за изгиб, где, скорее всего, и планируют захват. Третий оставлен как прикрытие с тыла и в целях продолжения наблюдения за ущельем.

Ну и ладно! Подождем немного, пусть подготовятся!

Через десять минут Астафьев, спустившись с валуна, рванулся туда, где ранее находилась позиция передового поста. Не выходя на нее, залег. Нужно играть роль правдиво, действовать так, как бы он действовал, идя в одиночку. А значит, мелкими бросками, от укрытия к укрытию, постоянно осматривая местность.

Выдержав паузу, Егор рванулся дальше, мимо поста, за изгиб.

Он выскочил на довольно широкую площадку и хотел уже залечь за большую глыбу, как сверху, с этой самой глыбы, ударила автоматная очередь, выбившая фонтанчики мелкого камня у самых ног Егора, и приказ справа:

— Стоять! Оружие на землю!

Астафьев, как бы от неожиданности, замер, не торопясь выполнять поступивший приказ.

Голос справа, из расщелины вновь приказал, уже повысив тон:

— Что неясно? Ты под прицелом! Брось оружие в сторону, иначе открываем огонь на поражение.

Астафьев, грязно выругавшись, отбросил свой «АК-74» в сторону.

Голос продолжил:

— Теперь все остальное!

Егор к автомату швырнул пистолет и нож, запасной магазин, крикнул:

— Больше ничего нет!

— Раздевайся до трусов!

— Чего? А может, еще и раком встать?

— Выполняй, сука, а то я поставлю тебя раком, и не только поставлю, ты у меня сейчас от боли как юла завертишься! Ну?

Егор в ненаигранной раздраженности стал снимать с себя камуфляж. Остался в одних плавках. Его тут же окутал холод, и он пытался сдержать дрожь, что ему не удавалось.

— Отойди в сторону! Кара! — позвал напарника голос из трещины. — Спустись, осмотри одежду.

Вскоре его костюм был тщательно осмотрен.