Маг 15

– Отлично, первый день проходит, я уже смог убедить недоверчивых людей в горкоме. Завтра мои слова и тот же паспорт дойдут до кого нужно. Скорее всего, послезавтра меня повезут в Тбилиси.

С этими мыслями я уснул, за окном уже темно и в гостинице тихо.

Сквозь сон я услышал, как дверь в номер подперли стулом. Дверь не закрывают на ключ, чтобы иметь возможность меня проверять, что и делают несколько раз за ночь. Милиционер на дежурстве тоже собирается вздремнуть на паре-тройке составленных стульев.

– Ну и пусть спокойно спит, – подумал я и сам уснул.

Глава 4

Утром меня разбудили к завтраку, еще с самого раннего времени постоянно заглядывая в номер и проверяя мое наличие.

Я хорошо разоспался, а чего не поспать с чистой совестью, какое-никакое напряжение покинуло меня, теперь я уверен, что все будет хорошо со мной. И всей теперь большой стране я помогу очень здорово своим знанием.

Какими людьми в личном плане не оказались бы высшие партийные чиновники СССР, они не упустят потрясающую возможность обыграть соперников на мировой арене. Особенно зная все их ходы наперед.

И меньше будут лезть в другие страны, если в этом не окажется никакого особого смысла. Как его по итогу и так не оказалось в большинстве случаев, одни только бесконечные казенные проблемы и пиковый интерес.

После завтрака я попросил принести мне газет, получил их и принялся вникать в содержание местной жизни, однако довольно быстро оставил это занятие. Не восьмидесятые годы на дворе, все только по социалистическо-коммунистической направленности статьи выкладываются.

Ничего особо интересного нет, всех этих бытовых объявлений о продажах, житейских ситуациях и прочих мещанских радостях.

Пришлось проскучать до обеда, просто посматривая в окно, потом снова сытно перекусить и поспать еще часок, пока кто-то не пробежал, гулко бухая сапогами, по коридору гостиницы. Тогда я понял, что движуха вокруг меня началась и сейчас что-то произойдет.

Впрочем я к этому давно готов и даже как-то на нее рассчитываю.

– Наверно, Гедеванович с самого утра махнул в столицу, быстро попал куда нужно и теперь по телефону поступил какой-то приказ оставшимся на месте партначальникам.

Интересно, расстрелять сразу или все же организовать вывоз в столицу?

Оказалось все-таки, что ехать куда-то точно придется, мы довольно срочно выезжаем.

– На сборы пара минут, – сурово рявкнул кто-то из часовых в дверь, после чего ее не стали закрывать.

Фраза такая, что и не понять, правда это или уже нет, насчет выезда. Может просто в КПЗ местное переезжаем.

Вообще даже толика выданной мной информации вместе с паспортом из далекого социалистического времени должны произвести именно такое впечатление на начальство товарища Цховребашвили.

Если просто попадут к неглупому человеку на просмотр. И еще смело называемое имя официального хозяина республики, после чего уже нельзя не отреагировать на такой факт должным образом.

– Интересно, как еще повезут? Под суровым конвоем в наручниках? Или уже как важную личность? В мягком вагоне? Желательно еще пломбированном, как товарищ Ульянов-Ленин. Впрочем это знание сейчас очень непопулярно и сильно наказуемо. Что наша героическая революция солидной своей частью за немецкие марки случилась.

Я быстро собрался и вышел из комнаты, проследив, чтобы мой мешок со всем содержимым отправился за мной следом. А то еще сдуру его забудут-потеряют от испуга рядовые сотрудники и что тогда делать?

Внизу всех выгнали из гостиницы, даже дежурную. Похоже, что меры уже полной секретности весьма конкретно вокруг вашего покорного слуги начались. Ну, они и должны были так начаться после изъявления монаршей воли нового грузинского царя, это мне понятно. Если первый секретарь Сталинири именно до него добрался.

Ему в принципе это не так далеко ехать, чтобы переговорить с товарищем Берией по одному щекотливому вопросу наедине. По телефону такие дела не делаются, да и передать личное впечатление от странного человека с вызывающе непонятным документом товарищ Гедеонович может только так.

Есть в моем внезапном появлении такие скользкие моменты, что и верному сподвижнику товарища Сталина нужно себя правильно повести.

Ведь во многом знании имеется много печалей и про это не стоит забывать даже первому секретарю Грузинской ССР.

Меня вывели из гостиницы через задний вход, когда машина, обычная черная такая, на которой еще Штирлиц в кино ездил, подъехала прямо вплотную к дверям. Запихнули мою тушку назад, с двух сторон плотно поджали крепкими телами оперативники по гражданке, впереди водитель в форме и пассажир тоже. Судя по синей эмали на ромбах на его петлицах и важному виду – кто-то из высокого начальства местной милиции. Наверно, что сам начальник сталиниринского НКВД.

Грузинский такой мужчина с шикарными усами и проницательным взглядом.

Машину сразу же вырулила от гостиницы и довольно быстро поехала на выезд из города. Однако около какого-то зеленого забора мы остановились и ждали пять минут, пока оттуда выедет такая же полуторка, на которой я поехал сюда.

В полуторке сидят в кузове с десяток военных с винтовками, она сразу же пристроилась вслед нашей машине.

Ага, такого уже нужного человека даже с конвоем или охраной везут, статус мой резко пошел вверх согласно прилагаемым властью усилиям.

Явно пришла команда обеспечить надежную доставку ценного свидетеля, поэтому даже военных привлекли.

– Товарищи, давайте я вперед выдвинусь, а то тесно сидеть. Машинка то узкая весьма, – доброжелательно я сказал соседям.

Они прижались молча к дверям и повернулись в пол оборота, чтобы нам оказалось удобнее сидеть, а им меня видеть. Начальник с переднего сидения тоже повернулся, оценивая наше размещение. Еще наверно прикидывает, не получится ли у меня выпрыгнуть на полном ходу. Еще у него под ногами мой мешок лежит.

– Ага, от своего-то счастья да еще через лобовое стекло выйти. Это только если мы в кого-то врежемся, тогда я наружу именно через него полечу, – демонстрирую я себе знание кинематики после просмотренных краш-тестов, только про себя конечно.