Мальчик и облако

– Тащи сюда Фэна, ну кого-нибудь из их рода, кто там руководил. И поаккуратнее, не поломайте его по дороге.

– Их же нет, я сказал.

– А где они?

– Никто не знает. Уехали куда-то. Неожиданно снялись, просто исчезли. Все уехали. Их дома проданы, они здесь кучно селились, своим районом, и теперь в их домах живут новые люди.

– Отправь кого-нибудь в Ичан, они оттуда чай получали; там у Фэн несколько посёлков, наверняка они туда сбежали. А лучше езжай туда сам, мы их землю в округе Ичана выкупили, предупреди, что сбор урожая закончился, им пора выметаться. И старшего от Фэн привези – лучше того, кто был главным на чаеразвесочной фабрике и потом её продавал, я с ним сам поговорю.

Глава 23

Китай. Пекин. Гостиница.

Давно Цзин Шугуан не прилетал в таком плохом настроении в Пекин. Точнее, никогда; кроме одного раза много-много лет назад. Тогда, ещё по молодости, он поддался эмоциям… как дядя на него орал! Стыдно вспомнить. Но, ведь – сколько? Пятнадцать лет прошло? Или больше? А та глупая девчонка… нет её давно. А после того случая он стал осторожнее, ни разу не оступился, преданность клану доказал многократно. Дядя его выделяет, не забывает продвигать, да и премиями не обижает.

С панорамной лоджии его номера в гостинице в Пекине; а он всегда останавливался именно в этом номере; открывался изумительно красивый вид на комплекс зданий Министерства национальной обороны, где работал его дядя. И Цзин рассчитывал, что вот-вот, ещё немного поднажать, и он окажется в мягком кресле одного из кабинетов «Здания Первого августа» *.

Но не сейчас. И не в ближайшее время. Сейчас он сплоховал, гораздо меньше, чем все остальные, но всё равно на некоторое время осадок у дяди останется. Когда его помощник Джао прибыл из Шаяна в Ичан, то и там никого из клана Фэн не оказалось – большая часть домов в посёлках Фэн была продана, а часть жилья пустовала и была просто брошена. Но гораздо хуже было то, что чайные плантации превратились в обычную землю – Фэн выкопали почти все чайные кусты, и или увезли их с собой, или продали кому-то. И за это варварство им ничего невозможно было предъявить – по документам клан Шугуан купил у них именно «землю», а не чайные насаждения.

Услышав доклад Джао, Цзин Шугуан пришёл в ужас, представляя реакцию дяди. В ужас пришёл, но рассудок не потерял – а позвонил «своим людям», работающим у других членов клана и задал им вопросы о том, как у них решаются дела с собственностью Фэн. Оказалось, везде примерно одинаково – клан Фэн спрятался. Но остальные «шугуанцы» на это внимания пока не обратили. Цзин сразу же позвонил дяде и повинился в своей промашке. И он был первым, кто сообщил дяде о возникшей проблеме. И на срочно собранной видеоконференции дядя его даже отметил «за бдительность» и приказал всем срочно собраться в Пекин. И такой сбор мог означать только одно – через несколько дней у клана Фэн возникнут громадные проблемы, потому что от дяди спрятаться невозможно. И масштаб этих проблем будет таким, что и врагу не пожелаешь. Хотя, врагу-то как раз и пожелаешь!

Москва. Представительство семьи Фэн.

Иван Чжанович Фениксов, он же – бывший Ван Фэн, стремительно вошёл в комнату, которую окрестили «ситуационным центром эвакуации». Здесь, постоянно сменяя друг друга, дежурило несколько человек, отслеживая, как идёт выезд семьи Фэн с территории Китая.

Старший сын – Вэй, недавно получивший русский паспорт и ставший Вадимом, в это время наносил какие-то значки на карты и сортировал таблицы.

– Что у вас? – по напряжённой сосредоточенности Иван Чжанович понял, что что-то произошло.

– С раннего утра поступают сообщения о том, что члены рода, находящиеся в Китае, перестают выходить на связь. Пока таких сообщений девять.

– Думаю, руководство клана Шугуан поняло, что мы не пошли на сделку и стали набирать заложников.

Иван Чжанович поглядел на старшего сына – в принципе, права руководства кланом он ему передал, формально всё главенство и вся ответственность – на нём.

– Мы думаем так же. И готовились рассылать смс «Алая пелена».

Иван Чжанович согласно кивнул: – Думаю, правильное решение. Чтобы не опоздать.

– Рассылаем, – ответил сын и сам взял в руки смартфон. Минут пять в штабе эвакуации царила сосредоточения тишина – все присутствующие отправляли смс-сообщения; затем тишину нарушили уведомления о получении и шифрованные подтверждения от адресатов.

Иван Фэн с сожалением думал, что им не хватило двух недель, а может даже и десяти дней, чтобы организованно завершить перемещение клана. Команда «Алая пелена» означала, что все члены семьи Фэн и дружественных родов, пожелавшие выехать, должны были в течение получаса покинуть свои дома, взяв только документы и самое необходимое в дороге, и сразу двигаться к границам, чтобы как можно быстрее переместиться за границы Китая.

– Мы не ожидали такой масштаб переселения. Мы готовились к тому, что Китай захотят покинуть от пятидесяти пяти до шестидесяти пяти тысяч человек. К концу сентября вывезли почти шестьдесят тысяч, большую часть разместили в строящихся посёлках, часть перевозим, и полагали, что дальше желающих будет немного. А их оказалось гораздо больше. Это хорошо, но это создаёт для нас на ближайший год много дополнительных вызовов. С начала октября границы Китая пересекло около двадцати пяти тысяч человек, и цифра каждый день растёт...

– Наш клан вместе с дружественными и вассальными кланами никогда не имел больше девяноста тысяч человек. Откуда столько переселенцев? – задал вопрос Иван Чжанович.

– Принимают решения в последние недели или дни. Когда мы весной пытались подсчитать число готовых к переезду, многие семьи надеялись, что клан Шугуан их не тронет. Но за прошедшее время они убедились, что им тоже придётся расстаться с землёй и собственностью, отдав всё за бесценок. Присоединяются не только вассальные, но и другие дружественные рода. Клан, занимающийся для нас транспортными перевозками, перебирается в Благовещенск и во Вьетнам в полном составе, а это больше пяти тысяч человек. Шелководы, которые Шугуан пока не интересны, тоже решили разделить судьбу нашего клана и самостоятельно перемещают своих людей, а это почти семь тысяч человек. Если девушка замужем за парнем из нашего клана, и у её родителей больше никого нет, она просит забрать и своих отца с матерью. Около двухсот юношей срочно женились и везут с собой жён. Юн и Вэйго на границах организуют встречу наших людей, их размещение и снабжают билетами на самолёты и поезда, нанимают автобусы. Пока, благодаря тому, что основной поток переселенцев прошёл, они справляются. Хотя всем трудно.

– У нас подготовлено жильё примерно для шестидесяти тысяч человек. Немного можно потесниться, но это проблему не решит. На юге России нужно на весь холодный период бронировать гостиницы, санатории и дома отдыха – зимой они пустуют. А к весне мы жильё построим. Через неделю все, кто смогут уехать, будут за пределами Китая. И тогда мы будем точно знать число переселенцев. И ещё: уже сегодня начать, и в течение нескольких дней всем нужно переместиться из этого комплекса, чтобы его работа вернулась к стандартной активности – Шугуан будут искать, где находится руководство нашего клана и нужно подумать над тем, чтобы в Индии или Малайзии создать имитацию работы основной администрации нашей семьи. Хотя бы на короткий срок введём их в заблуждение, – резюмировал ИванФениксов.

Подмосковье. Закрытый посёлок Александровка.

– Гутн таг, герр Хайнц!

– Гутн таг, герр Гефт! Искренне рад Вас видеть, Николай Артурович! – бывший капитан немецкой разведки Фриц Хайнц, а ныне соискатель политического убежища, встал и слегка наклонил голову, приветствуя вошедшего в кабинет Гефта.

Николай Артурович шагнул навстречу, протянул ему руку и крепко пожал ладонь, протянутую Хайнцем. Хайнц истолковал это как хороший знак.

– Думаю, Вы читали всё, что я написал в отчёте. Я готовился к побегу почти пять лет; когда возник замысел, старшему сыну ещё десяти не было. Сложно было незаметно исчезнуть и требовалось что-то придумать. Размышлял над маршрутом, искал точку перехода, накапливал наличные, а деньги на счётах превращал в дорогие украшения.