Марадона, Марадона...

Я бывал на многих стадионах мира, но не помню более уютной и красивой футбольной арены, чем «Ацтека». На ней и будничные матчи выглядят празднично. Крутые склоны разноцветных многоярусных трибун украшены яркими щитами реклам, полотнищами транспарантов. Ряды подходят почти к самому краю поля. Поверхность поля неровная. Сверху это незаметно. Архитектор, пытаясь избавить травяной газон от затопления тропическими ливнями, сконструировал поле, приподняв его на метр по осевой. Края, там, где линия «аута», немного опущены. Я не раз бродил по полю и видел, как оно горбится на середине. Футболистам, однако, это ничуть не мешает подавать угловые, делать навесы с краев на вратарскую, пробиваться к воротам, чуть в гору, к голу.

«Ацтека» — один из самых высокогорных стадионов мира. Расположен он на высоте 2350 метров над уровнем моря. Здесь более разреженный воздух, чем в долинах. Специалисты по футболу утверждают, что на этой высоте мяч летит быстрее и преградить ему путь в ворота намного труднее.

Ликуют, предвкушая предстоящее удовольствие от футбольной игры, зрители «Ацтеки», единственного пока стадиона мира, где во второй раз проводится финал мирового первенства по футболу. Да и публика хороша! Мексиканец идет на стадион, как на праздник, нередко со всем семейством. По этому случаю тщательно умыты и причесаны дети, нарядны, как королевы, одетые в белые, красные, лиловые платья жены. Женские лица сияют персиковым цветом макияжа. Шары, хлопушки, флажки, гирлянды, воздушные змеи — все это реет, парит, играет над толпой.

Сегодня финал! Всенародный футбольный праздник! И 114 тысяч зрителей — мексиканцев и туристов из других стран — с нескрываемым удовольствием в нем участвуют.

«Два с половиной миллиона зрителей побывало на пятидесяти двух матчах мексиканского чемпионата», — не без гордости оповещает трибуны диктор. На испанском чемпионате число зрителей составило лишь 1 миллион 800 тысяч. Мексиканец рад, что сегодня он участник, организатор и творец прекрасного футбольного празднества.

Рев трибун нарастает. На поле выходят футболисты. Они жестами приветствуют публику, и та отвечает им громом рукоплесканий. Оркестры усиливают трубные звуки. Разминку проводит пока лишь одна западногерманская команда. Аргентинцы, верные своему правилу, разогреваются в манеже под трибунами. Они выйдут за пару минут до начала игры.

Ход матча описывался великое множество раз, на десятках языков мира. Я наблюдал за ним по телевизору в тихом номере сочинского санатория. Вышло так, что, проработав несколько лет в Мексике, сделав для редакций телевидения и радио СССР немало материалов о подготовке к чемпионату мира, организовав ряд прямых трансляций на нашу страну, я был вынужден закончить командировку за три недели до начала мирового футбольного праздника и возвратиться в Москву. Бывают и у нас, журналистов, такие казусы.

Итак, я в одноместном номере один на один с телевизором. Мысленно, конечно, там, на бушующем страстями «Ацтеке». Под рукой портативный диктофон. На столике раскрытый блокнот, авторучка. Все готово для работы. Цель — не только увидеть, но и запечатлеть для книги все важное и неожиданное, что случится на поле, захронометрировать основные эпизоды игры.

Внимательно наблюдаю за Марадоной. Аргентинцы только что появились на поле. Внешне абсолютно спокойны. Каждый охотно позирует фотографам, телеоператорам, беседует с репортерами. Создается впечатление, что группа спортсменов в бело-голубых полосатых футболках вышла на поле не бороться за золотой Кубок мира, а так, пробежаться по зеленой лужайке «Ацтеки». У аргентинцев даже нет своего мяча.

Билардо что-то говорит Марадоне. Диего передают бело-голубой вымпел — для вручения западногерманской команде. Марадона поправляет красную повязку капитана. Телекамера показывает его с очень близкого расстояния. Все те же нахмуренные брови, колючий взгляд. Ворот футболки темный от пота. Разминка была полноценная. Наконец судьи жестами выпроваживают репортеров и тренеров с поля и приглашают футболистов в центр. Сейчас начнется финальная игра. Представляю, как в эти мгновения бьются сердца спортсменов...

Каждый матч имеет свою философию, свою задачу и логику. Посмотрите, как борются за победу команды, исчерпавшие лимит ничьих. Ничья для них равносильна поражению. Стратегия в этом случае исключает ничейный счет.

Много лет назад, когда советский футбол возглавляли два флагмана, московские команды ЦДКА и «Динамо», звание чемпиона при равенстве очков определялось по разности забитых и пропущенных мячей. Футболистам ЦДКА, как показал арифметический подсчет, чтобы стать чемпионами, нужно было победить команду «Трактор» со счетом 5:0 или 9:1... И они победили с желаемым результатом!

Подобное испытание встало перед сборной командой Аргентины на пути к золотым медалям мирового чемпионата 1978 года. Чтобы обойти сборную Бразилии, команде Менотти нужно было одолеть сборную Перу со счетом 4:0. До сих пор еще бытуют предположения, ничем, впрочем, не подтвержденные, что перуанцы намеренно сдались на суд победителя. Доказательств этому нет. Просто в отличие от соперника футболисты сборной Перу в том матче исповедовали совершенно иную философию. Победа с любым счетом не делала их турнирное положение лучше. К тому же уровень мастерства команд был далеко не одинаков. Престиж? Наверное, такой призрачный стимул ровно ничего не значил для команды Перу, и она проиграла с разгромным счетом — 0:6. Кстати, в истории встреч двух команд подобные разгромы случались и ранее. С крупным счетом перуанцы проигрывали и бразильцам, и уругвайцам — командам, которые всегда были лидерами на континенте.

И в 1978 году аргентинцам удалось решить сложную задачу — победить перуанцев со счетом 6:0, что лишало бразильцев последней надежды на успех в чемпионате.

В Мексике все было иначе. Единственной командой, которая смогла преодолеть все три фазы соревнований на пути к финалу без волнительного и весьма сомнительного определения победителя по пенальти, оказалась сборная Аргентины.

На телеэкране появляется перечень игроков, которые примут участие в матче: Пумпидо, Кусиуффо, Браун, Ружжери, Батиста, Бурручага, Вальдано, Марадона... Цепочка фамилий медленно скользит вверх за кромку телеэкрана. А я вижу только одно имя: Марадона, Марадона. Вновь капитану аргентинцев решать основные задачи. Впрочем, не только ему. Марадона скажет после матча, что победу в равной мере завоевывали все одиннадцать футболистов. И он будет прав. Финальная игра это хорошо показала. У аргентинцев сильный, ровный, сыгранный состав.

Беккенбауэр после долгих колебаний включил в начальный состав своей команды знаменитого Румменигге, до этого появлявшегося только во втором тайме. Маттеусу поручалось нейтрализовать Марадону, а точнее, «укладывать» раз за разом аргентинца на траву.

На 21-й минуте — это зафиксировано на моем диктофоне — Маттеус в пятый раз сбивает с ног Марадону. Судья показывает немецкому футболисту желтую карточку. Марадона поднимается, поправляет гетры, обиженно отходит с «лобного места». Батиста готовится бить штрафной. Навес на дальнюю штангу. Мяч долго летит над полем. Шумахер выбегает из ворот на перехват и... промахивается. «Ацтека» ахает. На мгновение в растерянности замирает группа игроков, и аргентинский защитник Браун, опережая всех, высоко выпрыгивает и бьет головой. Мяч влетает в пустые ворота. Счет открыт! Быстрый, неожиданный успех. Удача отворачивается от западногерманской команды.

Я ловлю себя на мысли, насколько вдохновенно играют аргентинцы! Они словно не замечают противника, ведут агрессивную, изобретательную, уверенную игру. Главной фигурой на поле остается Марадона. Его опекают уже не два, а три западногерманских футболиста. Тактика стара: вывести из строя основную пружину, и тогда аргентинская «машина» собьется с ритма, забуксует. Наивное заблуждение, архаизм футбольной стратегии! Если будут опекать Марадону, тогда кто же остановит Вальдано, Бурручагу, Ружжери, Брауна? А пока буксует западногерманская «машина». Уж очень медленно немецкие футболисты разыгрывают мяч, много передач поперек поля. Что это? Стремление сбить темп? Лишить аргентинцев скорости, инициативы, уверенности?..