Марена

– Ну, что будешь пить? – поинтересовалась она.

– Эм, давай на свой вкус, – не сразу сообразив, ответил я.

– Ну, тогда сегодня будем с тобой пить Жевре Шамбертен.

– Надеюсь ты не отравить меня собралась своим напитком, – пробормотал я, доставая из холодильника овощи на салат, несколько яиц, бекон и молоко. Тем временем Мара достала штопор и без особых усилий откупорила вино, разлила в два бокала и один из них протянула мне. Отпив немного вина, она поставила бокал, взяла овощи, помыла и ловкими, быстрыми движениями настрогала их, после чего положила все в салатницу, заправила оливковым маслом, слегка присолив. Я тоже пригубил благородный напиток, который оказался на редкость приятным на вкус, занялся омлетом. Только мы закончили готовку и присели за стол, как раздался шум сверху. Аромат еды был просто обалденным, я аж слюну сглотнул, но видимо поесть не удастся.

– Ты, если хочешь можешь поесть, я пока что разберусь сама, – видя мои сомнения сказала Мара, вставая из-за стола.

– Я потерплю. Хочу посмотреть на профи в деле, – ответил я. Есть в одиночку не хотелось, да и думаю под аккомпанемент от криков и шума сверху спокойно этого не сделать.

Мара поставила тарелки на стол и направилась к Дарье, я же, прихватив с собой бокал с вином, пошел следом. Поднявшись в комнату, мы увидели, что пленница тщетно пыталась освободиться, яростно извивая руками стараясь их выдернуть из оков. Заметив нас, она сразу же успокоилась и затихла.

– Что происходит? Где я? – испуганно произнесла Дарья.

Мара уселась на против неё положив ногу на ногу, я встал позади, облокотившись на стену гоняя вино по бокалу.

– Ну, дорогая, прошу заметить, что ты не в том положении, чтобы задавать вопросы. Так что сейчас ты будешь слушать внимательно и рассказывать все, что знаешь, –спокойно и уверенно проговорила Мара.

– Хорошо. А что потом? – пролепетала Вершинина.

– Там видно будет. начнём. Как давно ты находишься в этом состоянии?

– В этом это в каком? – с недопониманием ответила Дарья. Я спокойно стоял позади, наблюдая за её реакцией, а также бегающим взглядом с меня на Мару и обратно.

– Слушай, дорогуша, мы же кажется договорились, не тяни, пожалуйста, резину! Просто отвечай на вопросы. Как давно ты стала вампиром? – с лёгким натиском продолжала Мара.

Даша начинала мяться, не зная, что ответить.

– После посещения IRON CLUB, – вмешался я.

– Валера, стой и помалкивай! – огрызнулась моя напарница. – Ладно, рассказывай в подробностях, что там было?

– Я плохо помню детали. Пришла туда с подругой. Тусовались. Потом она отделилась и ушла. Я познакомилась с молодым парнем… – залепетала девица.

– Как звали, приметы, особенности, внешний вид? Давай, говори, что из тебя надо все тянуть -то! – с этими словами, Мара, встала и сдёрнула полотенце с подноса, открыв взору всевозможные ножи, а также шприцы с ампулами.

– Я не знаю! Правда, не знаю! – испуганно говорила Дарья, со слезами на глазах. Мара медленно взяла нож с подноса.

– Не надо! – закричала Вершинина.

– Я ещё ничего не сделала, но если ты сейчас не начнёшь говорить, то я из тебя все это дело вырежу. Это весьма забавное занятие, – спокойно проговорила Мара.

– Да пьяна я была! А потом была одна! Было страшно одиноко, думала, что мне помогут! А вышло…

– Не морочь мне голову, с кем ты покинула клуб? – заорала Мара.

С этими словами она встала и направилась к пленнице, ведя кончиком ножа по столу, от чего тот издавал противный металлический скрежет. Приблизившись Мара встала за головой и провела кончиком ножа вверх по руке, оставляя белый след от лёгкого нажатия. Склонившись над ухом дрожащей Даши, она прошептала:

– Ну что, будем вспоминать с помощью болевых ощущений…

С этими словами Мара нажала на нож и тот с лёгкостью вошёл в плоть. Крики девушки наполнили комнату. Но очевидно жёсткие манипуляции Мары не принесут ожидаемого результата. Я не выдержал столь сурового натиска напарницы. Схватив Мару за руку, я вытолкал её из комнаты, вышел следом и захлопнул за нами дверь.

– Слушай, ты, садистка ненормальная, ты погляди на Дашку! Она же тебя до смерти боится, потому и так преподнесла бы тебе всё на блюдечке с голубой каёмочкой, если бы знала! Угомонись уже! – сдавленно говорил я, почти крича. Мара смотрела на меня с удивлением.

– Валер, как ни крути, на подкорке есть те или иные воспоминания. Я заставлю её все рассказать, так что не мешай! – сказала Мара, слегка оттолкнув меня и направляясь в комнату. Я одёрнул её за руку.

– Да она тебе любой бред выкинет, лишь бы ты прекратила издевательства. А потом придётся долго разбираться, чтобы понять, где тут ложь, а где правда! Иди лучше посиди, отдохни… Я сам с ней пообщаюсь.

– Ну-ну, давай! Вперёд и с музыкой! – сказала она, открыв дверь и пропуская меня. Мы вошли. Я уселся на стул, Мара заняла моё прежнее место. Даша испуганно провожала нас взглядом. Я начал осматривать девушку и особенно то место, где несколько минут назад был вонзён нож. За время моего диалога с напарницей рана уже затянулась и от неё не сталось и следа. Медленно осмотрев девушку, я увидел покраснение и припухлость у шеи.

– Дай -ка, я посмотрю…

– Что вы хотите сделать?

– Просто осмотреть, – ответил я, протягивая руку к вороту Дашиной одежды. Оттянув воротник, я увидел сильное воспаление.

– Сильно болит? – поинтересовался я, надавив на покраснение. От моей манипуляции Даша дёрнулась и вскрикнула от боли.

– Что с ней? – спроси я, оборачиваясь к Маре.

– Ну ты в неё стрелял. Попал. Пуля по ходу застряла, а рана затянулась. А что у людей бывает, когда инородный предмет попадает в тело? Воспаление, гноение, гангрена. И за тем в лучшем случае – ампутация, в худшем – смерть. Но ей везёт – она вампир. Можно просто извлечь пулю, промыть рану, а дальше организм сам справится, – сказала Мара тоном эксперта скрестив руки на груди, проходя вдоль стены.

– Ну допустим. Есть хоть какие-то обезболивающие? Или снотворное?

– То, что я покупала, она уже все выпила. А по обезболивающему – новокаин. И я сомневаюсь, что поможет.

– Ясно. Ну давай попробуем, – сказал я, взяв с подноса скальпель, шприц и ампулу с новокаином.

– Может, лучше не надо?
– промолвила девушка.

– Ну смотри, воспаление само не пройдёт в любом случае. В больницу тебе сейчас нельзя: там тебя сразу примут, а потом посадят как минимум за четыре убийства плюс то, в котором ты была просто соучастником. Его, как понимаешь, повесят на тебя. Далее тюрьма, голод, кровожадные убийства. В лучшем случае тебя убьют. В худшем тебя поймают, и ты станешь жертвой экспериментов. Пройденный этап, – говорила Мара с полной уверенностью в голосе.

– Так, давай я попробую аккуратно извлечь, – сказал я, оголяя область восполнения, вонзая иглу шприца и вводя лекарство. Дарья сглотнула слюну и силой зажмурила глаза, предвкушая очередную порцию боли. Переждав какое-то время, пока лекарство подействует, я сделал небольшой надрез и оттуда сразу же начал вытекать гной. Девушка дёрнулась и сдавленно застонала от боли:

– Нет, я не могу. Оставьте как есть.

– Что ты с ней церемонишься? – Мара подошла к пленнице со своим ножом в руке. Свободной рукой она придавила тело девушки к столу и вонзила инструмент в плоть. лёгким уверенным движением напарница вырезала пулю с частью воспалённой ткани. Во время всех этих манипуляций Вершинина орала и корчилась на столе от боли.