Марионетка
Шрифт:
Кольцов быстро написал заявление, и прокурор Рябинин подписал его, добавив при этом:
— Ступайте, Василий Николаевич, перед вами открываются новые возможности, и вы должны оправдать наши надежды. Сейчас зайдите в отдел кадров, там оформят необходимые документы и выдадут вам удостоверение, которое и будет гарантией нашего к вам доверия.
Г л а в а 20
Совещание закончилось уже поздно. Сотрудники районного отдела милиции торопливо стали расходиться по домам. Андреев одним из первых выскочил из здания отдела милиции и спрятался за углом соседнего дома. К нему подбежал Левченко. Они с беспокойством
— Ты не ошибаешься? — спросил Андреев.
— Нет, не ошибаюсь! Хотя своих товарищей подозревать омерзительно.
— То-то и оно, что омерзительно. Молю Бога, чтобы ты ошибся.
— Дорогой Андрей Николаевич, факты — это неопровержимая вещь, а они у меня есть. По моим сведениям, у него сегодня встреча, которую мы не должны упустить. Нам нужны связи, и мы их получим, чего бы это нам ни стоило.
— Хорошо, Леня, твоя уверенность меня радует. Поживем — увидим.
На улице усиливался мороз, и сыщики стали разминаться на месте, чтобы не замерзнуть. Прошло примерно с полчаса. Наконец из отдела милиции вышел интересующий их человек. Он посмотрел по сторонам и уверенной походкой направился по дороге. Немного позже сыщики на удалении проследовали за ним, держа его в поле зрении, не приближаясь к нему и в то же время не отставая. Погода ухудшалась, разыгралась метель, и видимость уменьшилась. Впереди идущий силуэт то исчезал, то появлялся. Сыщики старались идти так, чтобы объект наблюдения их не узнал. Миновав несколько улиц и домов, человек скрылся в здании телефонной станции. Андреев посмотрел на часы — стрелки показывали двадцать два пятнадцать. Выбрав удобную позицию для наблюдения, сыщики стали ждать.
Вьюга завывала, занося снегом все, что попадалось на пути. Прямо на глазах на улице возникали сугробы снега, которые мешали двигаться прохожим. Каждый, кто проходил мимо, с интересом поглядывал на двух мужчин, которые периодически подпрыгивали и размахивали руками, пытаясь согреться. Казалось, холод, все усиливаясь и усиливаясь, вот-вот заставит их отказаться от своей затеи. Час уже сыщики ждали на морозе, а заманчивая мысль о тепле и о доме никак не выходила из головы.
«Может, мне плюнуть и уйти домой? Может, я раньше времени забил тревогу и вызвал Андреева из города?» — думал Левченко.
Однако внутреннее чутье удерживало его на месте и заставляло топтаться на морозе. И вот, замерзнув до основания, сыщики увидели, что дверь телефонной станции отворилась и оттуда вышел, слегка качаясь, Михаил Миронов, сотрудник уголовного розыска.
— Неужели у какой-нибудь зазнобы был? — сказал Левченко, растирая уши, и продолжал: — Ну и Миронов, ну и Миша!
В это время Миронов, неловко ступив, упал и стал медленно подниматься. Вдруг дверь станции опять открылась, и оттуда выскочила наспех одетая женщина, которая подбежала к Миронову и помогла ему встать.
— Ба, кого я вижу! Ведь это же Валька-телефонистка. Вот она, есть смычка!
— Ты хочешь сказать, что информация подтвердилась?
— Так точно, товарищ капитан!
И вмиг у Андреева в голове пронеслись все звенья, которые связывались в единую цепь, и вслух он заключил:
— Вот она, логическая цепь: наркотики, Крутиков и его подельники из «санитарки», исчезнувшая Кира Федоровна, Валька-телефонистка, Миронов, Крымов, некто неизвестный, за которым Миронов приглядывает, и родственник Крымова — председатель колхоза.
— Теперь картина вырисовывается отчетливей, — произнес Левченко, и они, замерзшие основательно, пошли к нему домой отогреваться.
Дома их встретил любимый
доберман Леонида по кличке Берг. Накормив собаку, они с Андреевым сытно покушали и после позднего ужина оба развалились — один на диване, другой в кресле.— Что ты сейчас намерен предпринимать? — спросил Андреев.
— Я думаю продолжать заниматься сыском. Например, съездить в КСП «Узкое» и там пообщаться с председателем. Переговорить с местным участковым инспектором, а потом видно будет.
— Ты это правильно решил! — отметил Андреев.
— А ты что решил для себя? — спросил Левченко.
— Надо подумать.
Андреев, немного подождав, продолжил:
— Я бы в первую очередь прощупал связь Миронова с телефонисткой Валентиной.
— А это каким же образом? — спросил Левченко.
— Я бы пошел с ней на контакт.
— А это еще зачем?
— Чтобы выяснить все детали связи ее с Мироновым и остальной шайкой. Но я не могу: я женат, нравственные принципы, понимаешь. Может, ты пойдешь?
— Я не смогу. У тебя это лучше получится, тем более у тебя опыт есть, ты же, когда учился в школе милиции, ходил в драматический кружок. Ты же сам об этом рассказывал.
— Да, ты прав, я бы ее враз раскрутил, — отметил Андреев.
— А то, что ты женат… Отбрось, пожалуйста, эти нравственные принципы на время, тебя никто не заставляет с ней спать. Мы же сыщики и стараемся не для себя, а для дела. Итак, возьми бутылочку и загляни к ней на огонек. А за выпивкой постарайся ее прощупать. Ты же знаешь, что спиртное многим язык развязывает. Так вот этим сегодня необходимо воспользоваться. В процессе общения пожалуйся на плохую жизнь ну и так далее, тебя в этом деле учить не надо. Сам знаешь, что в подобных случаях надо говорить и делать. Если же она клюнет и что-то лишнее брякнет, то фиксируй на диктофон. А потом уже запрягай ее. Понял, Андрюха?
— Да как не понять, ты прямо как режиссер-постановщик.
— Что?
— Ладно, проехали.
Андреев рассмеялся и сказал:
— Так и быть, Леня, я пойду.
Немного подумав, Андреев добавил:
— Учти, Леня, ты меня на всякий случай подстрахуй, будь где-нибудь рядом.
— Я все понял, товарищ капитан.
— Через недельку, пожалуй, и начнем, а сейчас мне пора домой.
На этой ноте они и расстались. Андреев вышел на улицу, выгнал из теплого гаража свой «жигуленок» и, попрощавшись с Левченко, укатил в Екатеринослав. Засиживаться в гостях ему нельзя было, в городе его ждала семья.
Через двое суток после происшествия заключение эксперта лежало на столе перед старшим следователем прокуратуры Столетовым. Наряду с установленными ранее фактами криминалисты сделали несколько дополнений, которые Столетов прочел вслух:
— Первое — у одного из преступников были полусапожки немецкой фирмы «Саламандра», второе — двигательное масло относится к категории М-8, третье — преступники действовали в перчатках, четвертое — на фильтре окурка обнаружен характерный прикус, пятое — пули и гильзы были выпущены из пистолета марки «ТТ» и «ПМ», в архиве гильзотеки сведений о них нет.
Столетов несколько раз внимательно перечитал заключение и произнес:
— Зацепиться не за что.
Потом попытался увязать факты в единую логическую цепь и подумал: «Месть, ссора, сведение счетов что-то не поделивших между собой компаньонов. Версия, предложенная капитаном Андреевым, была наиболее приемлема, но пока еще не могла удовлетворить, так как мало было оснований для этого».
— Разрешите войти, Антон Сергеевич? — в дверях показался Андреев.
— Заходи, Андрей Николаевич.