Мастер дальних дорог

— Объявляю готовность к совмещению пространства! — голос Дархона звенел. — Всем в обязательном порядке активировать защитные поля кресел, трясти будет страшно, гамма-пульсаторы недостаточно откалиброваны. Координаты введены. Начинаю отсчет. Десять, девять, восемь, семь…

Когда отсчет закончился, экипажу «Петрограда» показалось, что мир внезапно встал на дыбы и вывернулся наизнанку. Некая непонятная сила на сотни лотеров расшвыряла обломки кораблей, закружившиеся вокруг корабля в завораживающем вихре, ускоряющемся с каждым мгновением. Пространство прострелили черно-белые энергетические разряды, от одного вида которых становилось жутко, а затем словно сама основа мироздания сдвинулась с места и содрогнулась, вытряхнув супердредноут в какое-то другое место. Его действительно затрясло так, что приоткрывший рот, чтобы выругаться, Леонид Петрович чуть не откусил себе язык и раздраженно замычал.

— Переход завершен! — доложил Дархон. — Отменяю совмещение пространств. Готово.

На голоэкране в некотором отдалении показалась напоминающая толстый стержень, окруженный восемнадцатью кольцами, космическая станция. Возле нее вились потоки разнородных кораблей, они пристыковывались к ветвям астропорта, другие отстыковывались, а еще больше ждали своей очереди. Торговый перекресток! Через «Резум» проходило большинство торговых маршрутов Таорской империи, ее размер превышал сорок лотеров только в длину, а каждый из кругов имел диаметр в тридцать. В отдалении, на орбите газового гиганта, находились топливные заводы и верфи.

Неожиданное появление огромного корабля странной формы вызвало на станции оторопь, хотя диспетчеры и знали о скором прибытии «Петрограда», командующий флотом успел их предупредить и отдать нужные приказы. Ожидавшие очереди на стыковку транспорты порскнули прочь, как стайка птиц, зная, что началась война и опасаясь нападения, однако переполох быстро унялся — диспетчеры директивно сообщили всем о прибытии супердредноута ЧВК «Деяние», следующего транзитом в систему Орвис, где шли боевые действия.

— Добрый день, «Петроград»! — появилось на голоэкране изображение полного светловолосого человека лет шестидесяти на вид. — Старший диспетчер торговой станции «Резум» Ник Стоян. Нам сообщили, что вам требуется помощь.

— Капитан супердредноута «Петроград», Арт Дар, — представился Артем. — Вы правы, нужна. Мы следуем в район боевых действий, поэтому оставляем здесь груз, это куб, который видите принайтовленным к нашему кораблю. Необходимо обеспечить недопуск к нему кого бы то ни было, это объект высшего уровня секретности.

— Подтверждаю от имени Ринхайда, — зажег над рукой голографический символ Моисей Соломонович. — И прошу обеспечить объекту охрану уровня, как минимум, Альфа-Х. А то и Альфа-Z. Возлагаю ответственность за это на руководство станции.

Диспетчер переменился в лице. Ответственность перед Ринхайдом? Это не шутки, если поручение этой страшноватой организации не будет выполнено, то можно и жизни лишиться.

— Также прошу осадить любопытствующих из экипажей охранных кораблей, — продолжил щитовик, хмуро глядя на потеющего перепуганного толстяка. — Доступ к объекту имеют только члены экипажа супердредноута «Петроград» и инспекторы Ринхайда. Плюс лично император.

— Все будет исполнено! — заверил Ник Стоян, вытерев пот со лба.

Оставив обломки «Второй надежды» на орбите шестой луны газового гиганта, «Петроград» дождался подхода охранной эскадры, передал ее командованию приказы и двинулся к станции, начав активацию точечных двигателей. Они срабатывали только в том случае, если эгрегор планеты или станции был достаточно силен для вхождения в общую ментальную сеть мироздания.

— К сожалению, эгрегор несколько слабоват, поэтому придется перемещаться через четыре промежуточных точки, — сухо сообщил Дархон. — Леонид Петрович, прошу наблюдать за моими действиями в полном подключении, в следующий раз вы сможете активировать переход самостоятельно. Артем, ты тоже наблюдай пока, твой опыт еще слишком мал.

Юноша не стал спорить с очевидным и включился в виртуальность, ему было до жути интересно. Старый пилот хмыкнул про себя, но тоже включился. Он все еще не понимал, причем тут вообще эгрегоры и как они могут помочь в перемещении корабля от планеты к планете.

«Все населенные миры входят в так называемую ментальную Сеть, — уже мысленно, через импланты начал объяснения Дархон, — объединяющую все мироздание, еще ее называют Изнанкой. Населенная планета или станция — узел этой сети, даже если населяющие их разумные об этом не знают. Все узлы объединяются в шестерки либо по территориальному, либо по экстерриториальному, либо по случайному принципу. Иначе говоря, входят в Индиго, Маджента или Белую зону. Общую теорию сетевых перемещений я дам вам позже, пока достаточно знать, что между узлами Сети возможно мгновенное перемещение, используя некоторых хитрые технологии высокоразвитых цивилизаций. Естественно, оно происходит не прямо, а последовательно от узла к узлу согласно рассчитанной траектории. Порой сетевые перемещения выглядят очень странно с точки зрения привычной вам навигации, поскольку первое из них может быть вообще между галактиками, второе рядом с целью, третье уведет далеко в сторону и только четвертое приведет к цели. Но это все равно будет на порядки быстрее и менее энергозатратно, чем путь через гиперпространство».

«А гамма пульсаторы, при помощи которых мы переместились сюда? — поинтересовался Леонид Петрович. — Почему бы их не использовать?»

«Не всегда целесообразно. На дальних расстояниях они работают не слишком устойчиво, поэтому их стараются применять в пределах двадцати-тридцати световых лет, не более. Зато для микропрыжков они незаменимы, сегодня сами в этом убедитесь. Еще один недостаток гамма-пульсаторов, о нем я уже упоминал, это слишком большие возмущения пространства-времени в точке отправления, на кладбище сейчас черт-те что творится. Если бы мы прыгнули отсюда на гамма-пульсаторах, то станции «Резум» пришел бы конец, от нее осталось бы только немного металлического хлама».

«Ясно. А как рассчитывать маршрут для точечных двигателей? И количество промежуточных точек?»

«Есть специальные алгоритмы, — ответил искин. — Очень сложные, я, например, не люблю их просчитывать, весьма непростое занятие даже при моих вычислительных мощностях. К счастью, маршрут отсюда до системы Орвис оказался не очень сложным, промежуточных точек хоть и четыре, но все они находятся в пределах границ Таорской империи — однозначно Индиго».

«Это будут реально четыре перехода? — насторожился старый пилот. — Тогда надо предупредить командование, чтобы нас в промежуточных системах не атаковали!»

«Не нужно, — успокоил его Дархон. — Полного выхода в реальность не будет, разве что сканеры в промежуточных планетных системах уловят некую энергетическую активность, но никто ничего не поймет, мы последовательно будем переходить из узла в узел, не покидая Изнанки. На дорогу, считая время на подготовку перехода, будет потрачено около пяти минут, поэтому объявляйте боевую тревогу, мы должны выйти готовыми к бою».

Пульты полыхнули красным светом, сообщая о предбоевом состоянии, основные системы огромного корабля начали активироваться одна за другой, в накопители закачивалась энергия, пилоны орудий всех видов выдвинулись из корпуса, готовясь вести непрерывный огонь. Канонир быстро проверил каждое, отметив про себя, что железная сволочь опять всего не сказала — характеристики хоть мезонников, хоть гиперорудий, хоть торпед превышали заявленные, как минимум, вдвое. Особое внимания Михаила Ивановича привлекли наконец-то полностью доступные атрайдеры. Он закачал инфопакет о работе с ними, быстро освоил, благо мощный имплант позволял, и тихо присвистнул. Перемещение трехмерного объекта в многомерное пространство? Даже его куцых знаний физики хватало, чтобы понять — долго такой объект не просуществует. И уж точно, даже если каким-то чудом уцелеет, не найдет дороги назад. Странное оружие, признаться, непонятно, зачем было так изгаляться, ведь куда проще использовать те же бета-орудия.

— Внимание! — раздался голос Дархона. — Начинаю точечный переход!

Корабль мелко завибрировал, взвыли, набирая ход, какие-то центрифуги, даже Инголин пока не знал, какие именно, и это инженера несколько расстраивало. Но ничего, освоит, не боги горшки обжигают. «Петроград» после достройки восхищал его, среди его оборудования было столько не просто нового, а невозможного с точки зрения инженерной мысли Таоры, что оставалось только разводить руками. А ведь Дархон как-то проговорился, что у него дома этот корабль вызвал бы смех, как нечто допотопное и даже убогое. Каковы же были реальные возможности той же «Второй надежды»? Наверняка огромны. Но при этом кто-то ее уничтожил, обломки четко указывали на то, что атлайт не сам собой погиб, следы взрывов были четко видны на разлохмаченной обшивке. Вот только кто это сделал не знал и сам искин.