Мастер силы

Гринев был убедителен в своей роли благородного защитника невинных отмывателей денег. Если бы Емельян Павлович не видел папки с протоколами… А до того - кадров со взрывающимися небоскрёбами… И не стоял тогда напротив Гринева в казино "Жар-птица"…

Словом, это было уже слишком. Леденцов решил слегка наплевать на указания старших и - нет, не врезать "топором" по нахальному "отбойнику" изо всех своих тренированных сил, а просто продемонстрировать намерения. Никакого членовредительства. Просто небольшой, но исполненный уважения поклон. Лучше до земли.

На какую-то долю секунды Емельяну Павловичу показалось, что Гринев пропустил выпад. Голова чуть-чуть дёрнулась… или нет? Но доля секунды истекла, а "отбойник" и не думал падать ниц. Даже поиздевался - склонил голову набок. Воображаемый клинок Леденцова высек искры и отскочил от воображаемого щита Гринева. Емельян Павлович почувствовал, что его ум входит в привычный тренировочный режим - как тело опытного прыгуна в воду автоматически напрягается на прыжковой вышке. Он и сам не успел понять собственного манёвра, а сияющий меч описал новую траекторию и обрушился на соперника.

То есть попытался обрушиться - огромный кованый щит будто стеной окружал мастера сглаза. Это было совсем не похоже даже на бой с "зеркалом". Движения соперника были абсолютно неожиданны, а оружие - непривычно.

Леденцов еле успел сдержаться и не сделать третий выпад. "Не заводись, - приказал он себе, - не показывай силу. Успокойся".

– Хорошо, - сказал он вслух, - так даже интереснее.

23

Николай Николаевич и Сергей Сергеевич были похожи на пожилую супружескую пару, у которой появился поздний и бестолковый сын. Они не стали заводить бессмысленную шарманку в духе "Мы же предупреждали" - только очень похоже вздохнули, переглянулись и синхронно улыбнулись.

– Ничего, - сказал Романов, - могло быть хуже.

– Даже неплохо получилось, - добавил Минич, - теперь у нас есть дополнительная информация.

Леденцов (по всем правилам педагогики) от такого понимания почувствовал себя ещё более виноватым и решил немного посамобичеваться.

– У него тоже появилась… информация.

– Не страшно, - подполковник продолжал отечески улыбаться, - Гринев теперь один, без команды. А у вас есть мы. Александр, прошу вас.

– Мозги к осмотру?
– осведомился Саня и опустился на диван между Миничем и Романовым, ухватившись за их ладони.

Минуты две Емельян Павлович и Алена Петровна наблюдали это сплетенье рук, потом компенсаторша вздохнула и сообщила в пространство:

– Пойду пока ужин приготовлю.

Леденцов остался. Он не предполагал, какие сведения можно так долго передавать из головы в голову. Особенно из такой пустой головы, как у Сани. Между тем секретарь по протоколу старался не на шутку, даже вспотел. Время от времени он дул на чёлку, чтобы остудиться, но рук не отнимал - видно, боялся, что придётся все повторять заново. Емельян Павлович немного потаращился на это безмолвное трио и понял, что жутко хочет спать. Он бы лёг прямо здесь, в кресле, но оставалось ещё одно важное дело, которое нельзя было откладывать на завтра. И делать его следовало в уединении, например, балкона.

– Алло, - Катенька ответила после второго гудка, - ты как там?

– Нормально. Разведку боем провёл. Не боись! Никаких рыцарских схваток! Просто прощупал.

– И как?

– Не знаю. В соседней комнате пара умников пытаются разобраться, что к чему.

Катенька помолчала.

– Юлька спит плохо, - пожаловалась она, - спрашивает, где папа.

– Разбуди и передай, что скоро приедет.

Супруга снова вытянула из пустоты тягучую, как карамель, паузу.

– А когда это кончится?
– спросила она.

– Завтра. Или послезавтра. Вернусь к тебе другим человеком.

– Не надо другим. Мне такой, как есть, нравится.

– Ещё не поздно отменить.

– Палыч, ты прекрасно меня понял! Как есть, только без этой гадости внутри.

Леденцов понял, что информационная часть беседы подошла к концу и далее следует ожидать потока пустых обвинений и наездов.

– Все, меня тут зовут…

– Леденцов, - грустно сказала Катя, - кому ты врёшь? Ладно, отпускаю. Только скажи… А это твоё… твоя сила по наследству не передаётся?

– Понятия не имею. Но я узнаю и перезвоню, ладно?

– Ладно. Предупредишь меня, когда… всё это начнётся. Буду тебя ругать. И кулаки держать.

По возвращении в комнату, Емельян Павлович обнаружил, что сеанс ручной передачи мысли завершён. Николай Николаевич вполголоса обсуждал что-то с подполковником, Саня успел смотаться на кухню и теперь жадно ел котлету. На немой вопрос Леденцова только махнул рукой в сторону недавних партнёров по рукоположению.

Емельян Павлович ещё раз отметил про себя, что все эти Иван Иванычи и Сергей Сергеичи неуловимо похожи друг на друга, несмотря на разные черты лица и фигуры. Наверное, из-за одинаковых манер и костюмов. И то и другое было ужасно старомодным.

– Ну как, - спросил Емельян Павлович у "близнецов", - что узнали?

– Всё в порядке, - ответил Сергей Сергеич, - прогнозы оправдались.

– Он сильнее, - сказал Николай Николаевич, - но у вас лучше подготовка.

– И штаб, - добавил от себя Леденцов.

Минич и Романов одинаково - губами и бровями - изобразили неуверенность.

– Ваших помощников, - сказал подполковник, - придётся не задействовать. Это может заметно осложнить ситуацию.

– И жене вашей, - попросил Романов, - тоже ничего не говорите о точной дате. А ещё лучше соврите. Вы ведь не хотите, чтобы по ней или по вашей дочери ударило рикошетом?

– Кстати, - Леденцов вспомнил телефонный разговор, - а мои способности… или, скажем, свойства "компенсатора" передаются по наследству?

– Нет, - сказал Николай Николаевич, - это всегда внезапная комбинация генов. Если других вопросов нет, давайте приступим к тренировке.

"Опять, - незримо вздохнул Емельян Павлович.
– Слава богу, скоро всё это закончится".

– Александр, - спросил Минич, - вы готовы поучаствовать?

Саня резво замотал головой, в зубах у него был зажат уже кусок копчёной колбасы.

– Тогда начнём с повторения теории. Напоминаю: ваша цель - не соперник, а его оружие. Вы должны его уничтожить.

– Но так, - подхватил Романов, - чтобы и ваше оружие было уничтожено в тот же миг…

Леденцов почувствовал себя в кинотеатре с системой Dolby Surround - слова лились в уши то слева, то справа.

Слова накатывались, как морской прибой, а на песке сознания оставался улов.

Нужно было не победить. И не проиграть. Нужна была акция по уничтожению световых мечей и тяжёлых щитов. Следовало довести себя и соперника до той точки кипения, когда каждый удар кажется последним, когда не думаешь о сбережении сил - только о силе удара. И тогда, в яркой вспышке, тень боя будет выжжена дотла.