Мать Сумерек

— У меня вопрос.

— О моем старом друге Удгаре мы поговорим завтра, король Архона. А сейчас мне стоит отдохнуть, — вздохнула жрица, подчеркивая свой возраст.

— У меня важный вопрос, — по отдельности произнес Агравейн и тут же деликатнее добавил. — Пожалуйста, Нелла.

Та обернулась, поглядев через плечо, замерла, прислуживаясь к себе. Потом взглядом прогнала явившуюся жрицу-прислужницу, и вскинула подбородок.

— Ты многого хочешь, Агравейн Железногривый.

— В каком смысле? — архонец чуть отступил, испугавшись всеведения храмовницы.

— Ты попросил себе женщину, не предназначенную для брака — я позволила. Во многом потому, что таково было её желание. Ты попросил женщину, на священную жизнь которой покусился в святая святых нашего острова — я согласилась, потому что она была согласна. А теперь ты хочешь, чтобы эта женщина отринула обязанности, которые существуют дольше, чем все царства Этана?

— Я всего лишь прошу, — Агравейн не растерялся и уверенно шагнул вперед, — не привлекать её к великим свадьбам плодородия. Хотя бы пока она не родит мне сына.

— Хм, — Нелла усмехнулась, все еще приглядываясь к мужчине. Тому неожиданно захотелось провалиться сквозь землю, но он переборол себя и глаз от храмовницы не отрывал. — Хочешь её верности, добейся этого сам, Агравейн Железногривый. Или иные победы, кроме как на поле брани, тебе недоступны?

Агравейн рыкнул яростно, безотчетно шагнув к Нелле в недвусмысленной угрозе.

— Думай, что говоришь жрица, — не удержался король.

— Или что? — Нелла невозмутимо взметнула бровь. Агравейн, вспомнив опыт завесных троп, тут же отступил, осознав, что в самом деле — ничего.

— Я Шиаде наставница и госпожа, но не хозяйка. Однажды я уже выучила эту разницу. Теперь твой черед. Ты — король, Агравейн Тандарион, но не жрец.

Агравейн вспылил:

— Откуда вообще взялась эта сумасбродная идея со жрецом?! Это ты внушила ей, будто отцом следующей храмовницы может быть только служитель культа, не уступающий силами верховному друиду?

— Я? — Нелла так удивилась, что даже не поняла вопроса. Потом, осмыслив, засмеялась. — Нет, Агравейн. Это внушила нам тысячелетняя история острова.

— Шиада твоя племянница, не так ли?

Нелла подтвердила, что так.

— Значит, её мать — жрица из рода Сирин. А её отец? — с вызовом бросил Железная Грива. Нелла приняла заинтересованный вид:

— А что её отец?

— Прекрати это, храмовница! Я помню, как встретил её впервые! Она была на свадьбе Виллины в свите христианского герцога! И это — не мешает Шиаде быть Второй среди жриц! Так почему отцом её дочери не могу быть я?!

Нелла замолкла на несколько минут. Затем подошла к Агравейну вплотную, положила старую ладонь на щеку, но от чужого прикосновения мужчине отчего-то сделалось удивительно тепло.

— Я могла бы ответить на твой вопрос, если бы ты так не боялся собственных домыслов.

— Я не…

— В первый и последний раз, Агравейн, я отпущу Шиаду сразу после равноденствия в Архон. На будущее запомни, что осенний срок, от Небесной Девы, что полощет косы, до Заклинателя, что носит на своем теле змей, Шиада будет находится здесь, нравится тебе или нет. Если же ты не готов принять в ней Голос-и-Длань-Той-что-дает-Жизнь, то уезжай в одиночестве уже сейчас и найди другую королеву.

Агравейн оскорбился и сбросил руку женщины:

— Я не для того бился за неё столько лет, чтобы сейчас отпустить.

Теперь оскорбилась Нелла.

— Ты бился? Или Праматерь дала тебе шанс, который ты так отчаянно клянчил? Что ты сделал для того, чтобы получить Шиаду? Ни-че-го.

— Я обрушил весь Ила…

— Из мести за сестру. Шиада оказалась просто по дороге. И она прекрасно это понимает. От неё требуют принадлежности человеку, который ничего не сделал ради обладания. Даже Берад Лигар сделал больше, чтобы звать Шиаду женой.

— Мы обещаны друг другу Праматерью! — в бессилии крикнул Агравейн. Слова храмовницы били по самолюбию совсем немилосердно. Он боролся ведь! Боролся!

Почему-то кроме атаки Иландара, никаких других действий в направлении воссоединения со Второй среди жриц в его голову не приходило. Но ведь быть не может, чтобы храмовница оказалась в этом права!

Нелла, отслеживая домыслы богатыря, ухмыльнулась:

— Если бы я не отправила её на ту свадьбу, ты бы даже не узнал о существовании Шиады.

— Вот и неси ответственность за то, что натворила! — злобно бросил Агравейн.

Нелла повела бровью.

— Думаю, тебе все же остановиться на ночь в обители друидов.

— Я остановлюсь в доме своей жены.

— Здесь у тебя нет жены.

— Я могу помочь? — подала голос прислуживающая жрица. Дикость: в таком тоне разговаривать с Первой среди жриц.

— Отведи его к Гленну, — Нелла мотнула головой, давай понять, что разговор закончен.

— Мы еще поговорим, — гаркнул Железная Грива. Уйти просто так не позволяло достоинство, но испытывать на себе гнев храмовницы побаивался даже он. А ведь и Шиада почти такая же! — вдруг с ужасом понял король. Неужели и она может нагнетать безумную ауру, пугающую до жути? Агравейн мотнул головой: нет желания думать об этом сейчас.

Ближе к ночи в дом храмовницы постучал Артмаэль. Нелла дала добро, и друид вошел.

— Я был с Гленном, когда привели Агравейна. У него в голове такой бардак. Шиада все время это слышит?

— Спроси у неё, — Нелла присела и откинула голову на спинку кресла, закрыв глаза.

— С радостью. А можно?

Нелла пожала плечами, не открывая глаз. Она окончательно запуталась в судьбе преемницы и едва ли теперь хотела принимать в ней какое-то участие. По крайней мере — сегодня вечером.

Артмаэль уловил все верно и тоже присел.

— Ты расскажешь Агравейну, о, почтенная?

— Агравейну? — Нелла разлепила глаза и выпрямилась. — Нет. Он и так почти безумен от ревности, которой нет причин.

— А Шиаде?

— Сложнее, — вздохнула жрица. — Она всю жизнь прожила с той правдой, какую знала с детства. Едва ли сейчас имеет смысл что-то менять.

Артмаэль молча кивнул.

* * *

Выехав от Бану, озлобленная и обиженная, Джайя взяла курс на столицу. Чтобы её путешествие имело хоть сколько-нибудь оправданный вид, она заехала по дороге к Ююлам на день, к Аамутам — на два (чем впоследствии вызвала некоторую настороженность свекрови).