Меч короля
Шрифт:
– Правда? Дедушка, ты правду говоришь? – перебил его внук.
– Конечно, правду. Я ведь тебе никогда не врал. Сердце тогда чуть из груди не выпрыгнуло, – повторил он. – В лесах наших обитают удивительные создания. И их, как ты прекрасно знаешь, не так уж и мало. Правда я никак не ожидал увидеть кого-то из таких существ в своем доме.
– А я увижу эти чудеса? – снова перебил его Рино.
– Если приложить усилия, то – да. Главное тут быть осторожным. Но не все земли так приветливы. На северных островах, к примеру, живут тролли. Народец не дружелюбный, я тебе скажу. А далеко на юге обитают сотрапезники. Тоже опасные твари. Забираются
Рино его внимательно слушал. Даже сам дыхание затаил, чтобы представить, что именно Хэйвуд чувствовал. Пес, который до сих пор у его ног дремал, неожиданно чихнул, мальчика вздрогнуть заставив.
Старик легко засмеялся и собаку по голове потрепал. Посмотрев в сторону реки, он продолжил свой рассказ:
– Знаешь, что он делал? Чистил картошку, которую я купил на днях. Я решил, что робеть не стану, и зашел в комнату. Этот маленький человечек даже в мою сторону не посмотрел. Представляешь? Похоже, люди были ему вполне знакомы. Я много историй слышал от своей матери, когда был маленьким, но вот о таких существах она ни разу не упоминала. Только потом я у твоей бабушки узнал о том, как они называются.
Он снова остановился, а затем глубокий вдох сделал.
Рино его в этот раз перебивать не стал. Уже темно было. Да и домой скоро возвращаться. Но уж очень ему эту историю до конца дослушать хотелось.
– Прости, Рино. Порой так приятно вспомнить былое, – сказал он, посмотрев на водную гладь. – Человечек тот, к слову сказать, сидел с таким серьезным взглядом, точно король, решающий крайне важные дела. Я тогда подошел поближе и сел напротив него на стул. Этот Брауни даже глазом не повел, – опять повторил Хэйвуд.
***
– Плохая.
В воздухе тишина повисла. Хэйвуд даже не сразу сообразил, что это не просто мысли, которые у него в голове крутились. В зале же тогда догоравшее полено треснуло, а где-то рядом с домом парочка прошла, громко подарки обсуждая, которые ими в эту ночь получены были.
– Что вы сказали? – обратился он к Брауни, стараясь держать как можно более официальный тон.
– Плохая, – повторило маленькое существо, заставив Хэйвуда задуматься.
Наверное, оно о картошке говорило. Хотя это было бы странно, потому что этот мешок мужчина на днях купил, лично его от и до проверив.
– Картошка плохая? Не может такого быть. Я купил ее только вчера, – сказал он, с удивлением заметив, что оправдывается.
– Гнилая, – отрезало существо, бросив одну штуку прямо ему под ноги.
Хэйвуд наклонился, взял ее в руки и перед самым своим носом вертеть начал.
– Но она абсолютно хорошая.
Это был первый раз, когда Брауни на него свой серьезный взгляд поднял; и второй, когда сердце Хэйвуда вновь нещадно биться начало. Человечек на вид совсем безобидный был, не выше полуметра, в потрепанной темно-зеленой одежке и коричневых башмачках. Но кто его знает, на что он способен.
Не моргая, Брауни с минуту на Хэйвуда смотрел, а потом, как ни в чем не бывало, продолжил чистить, по его словам, гнилую картошку.
Все
это время, развалившийся на подоконнике черный кот с интересом за развернувшимся диалогом наблюдал.– Тогда зачем вы ее чистите? – не вытерпел Хэйвуд.
– Это моя работа.
Несмотря на это, ситуация все равно объяснений требовала. Пытаясь продолжить разговор, Хэйвуд не заметил, как перешел на «ты», и спросил:
– Как тебя зовут?
– Руморг.
– Я Хэйвуд. Приятно познакомиться.
Он хотел было подойти и ему руку пожать, но решил, что лучше этого не делать. И снова молчание повисло. Кот, лежавший все на том же месте, потянулся и принялся себя тщательно и не спеша вылизывать. «Мне бы его спокойствие», – сказал про себя мужчина.
– Я знаю, как тебя зовут.
Хэйвуд даже не стал спрашивать, откуда.
– Может быть, тебе помочь?
По виду Руморга эти слова его обидели. Но что плохого было в помощи?
– У каждого своя работа, – насупившись, сказал Брауни.
– В чем же заключается моя?
– Какой глупый вопрос. Сейчас ночь. Ты должен спать.
Хэйвуд думал так и поступить, но ему стало крайне любопытно, что его остаться заставило. Хоть он и опасался, что может этого человечка разозлить да беду на себя накликать.
– Я, пожалуй, останусь. Если ты, конечно, не против.
Руморг ничего не ответил, слова Хэйвуда проигнорировать решив. Он все так же картошку чистить продолжал. Похоже, хозяину этого дома еще один такой мешок купить придется: картошку человечек, по правде сказать, чистил скверно.
– Хочешь, расскажу историю? – спросил его Брауни, и, не дождавшись ответа, продолжил. – Собирал я как-то ягоды в лесу.
Опять молчание. Хэйвуд все ждал и ждал, но продолжения не последовало.
– А что же было дальше?
– А что должно быть дальше?
– Какой у истории конец-то?
Руморг с непониманием на сидящего перед ним человека посмотрел. Хэйвуд даже себя глупо почувствовал. Хотя глупым сейчас должен был бы себя чувствовать Брауни.
– А хочешь, я расскажу тебе историю? – рискнул предложить Хэйвуд.
– Давай, – ответил Брауни. – Но вряд ли она будет интереснее моей.
«Ага, конечно», – усмехнулся про себя мужчина.
– Собирал я как-то ягоды в лесу ранним утром.
– Смотри-ка, – перебил его Руморг. – Тебе повезло. Твоя история интереснее. Можешь продолжать. Хотя она и так уже достаточно долгая.
Он бросил не дочищенную картошку в сторону, где мусор лежал. Хэйвуд про себя улыбнулся.
– Собирал я как-то ягоды в лесу ранним утром. Тихо было, красиво. Даже в сон не клонило. От недавно прошедшего дождя в воздухе ощущалась свежесть. Зайдя поглубже в чащу, я наткнулся на большие кусты малины. Полианна – объяснять ему кто это Хэйвуд не стал – ее очень любила. Можно сказать, что мне повезло. Только я подошел сорвать пару ягод, как из куста на меня посмотрели два маленьких голубых глаза.
– Фейры, – снова перебил его Брауни. – Не люблю их. Вечно путаются под ногами.
Забавно было то, что Хэйвуд чистую правду говорил. Это событие на самом деле имело место быть пару лет назад.
– Вроде бы, они, – неуверенно согласился мужчина. – Я тогда отдернул руку. Слишком неожиданно она появилась. И только я моргнул, как это маленькое существо исчезло. Даже присмотревшись повнимательнее, мне не удалось ничего обнаружить. Поэтому я продолжил собирать ягоду.
– А зря. Лучше бы тогда ушел.