Меч Ночи

Один только Тарг, стремясь к своей заветной цели, ничего этого не замечал. Прислонившись спиной к борту, он непрерывно смотрел на мачту, отдавая приказания таким громким голосом, что пространственники уже несколько раз недовольно на него косились.

– Вот сюда! – кричал он Флинну. – Проведите нас между этими двумя пакетботами!

– Рулевой, двадцать градусов лево руля, – устало говорил Флинн. – Так держать!

Они, это было ясно, шли к самому центру флотилии, где вовсю сиял загадочный голубой свет. Честно говоря, Гриффитса все это нисколько не интересовало. Тарг, напротив, по мере продвижения вперед становился все более и более оживленным.

Гриффитс никак не мог его понять. Этот человек был лидером “Омнета”, самой мощной структуры во всей Галактике, и тем не менее прилагал колоссальные усилия ради того, чтобы овладеть Мечом Ночи. Что ему нужно? Власть? Если Меринда говорит правду, он и так самый могущественный человек во всей Галактике. Богатство? Вряд ли. Тарга трудно назвать неким воплощением алчности. И тем не менее для Вестис Первого поиски Меча Ночи стали своего рода идеей фикс. Может быть, тут сыграло роль то обстоятельство, что его отец много лет назад погиб у него на глазах во время поисков этого меча? Гриффитс был готов согласиться с тем, что чувство вины может служить очень сильным побуждающим стимулом, однако, если легенды не врут, Тарг совершенно не виноват в смерти своего отца. Нет, для того, чтобы сложилась полная картина, не хватает еще какого-то звена, решил Гриффитс. Что-то же движет Таргом, заставляя подвергать опасности все, чем он занимался в течение сорока лет! И пока Гриффитс не узнает, в чем тут дело, этот человек так и останется для него загадкой.

А загадки часто бывают опасными, подумал он.

– Сюда! – снова крикнул Тарг.

Мимо палубы проплыли гигантские двойные суда, и перед глазами охотников за сокровищами предстало нечто совершенно невероятное. В самом центре флотилии, загораживая собой все небо, висела пылающая голубым огнем гигантская хрустальная сфера. Она была невероятно, неправдоподобно велика, своими размерами превосходя любую планету, а возможно, и диаметр орбиты любой планеты. Внутри сферы метались языки пламени, издали казавшиеся живыми существами.

– Болок! – закричал Кхеогги, в благоговейном страхе рухнув на палубу. – Это Болок, дворец богов! Простите нас! Простите нас за вторжение! – Остальные минотавры последовали его примеру, оглашая палубу покаянными криками.

Это и есть самое сердце Галактики, со сладкой болью в душе подумал Гриффитс.

Безупречный вид хрустальной сферы портила, однако, какая-то темная точка, которая по мере приближения к ней быстро росла. Вскоре стало ясно, что это корпус гигантского корабля странной угловатой конструкции.

– Корабль-сокровищница Локана, – с жадным блеском в глазах пробормотал Флинн. – Клянусь Девяткой, Тарг, на этом корабле находятся все сокровища Утраченной Империи!

– Да, наверно, – равнодушно подтвердил Тарг.

– Наверно? – удивленно переспросил Флинн.

– Подойдите поближе, капитан Флинн, будьте так добры! – Охватившее Тарга напряжение достигло своего максимума. Пот катился с него градом. – Двигайтесь вдоль корпуса вон туда. Я думаю, это будет сразу за той надстройкой, которая выдается вперед в полумиле от нас. Когда подойдете к ней, сбавьте ход. Корабль-сокровищница уже заполнил собой весь горизонт, заслоняя сияние голубой сферы. Пластины корпуса были покрыты разнообразными надписями и рисунками всевозможных форм и размеров, и Гриффитс внезапно обнаружил, что может их разобрать.

– Что там такое, Гриффитс? – глядя на него, с любопытством спросил Флинн.

– История, – ответил астронавт. – На плитах сокровищницы они вырезали свою историю. Боже мой, одна планета за другой! История цивилизаций до Рассеивания Солнц, то есть до падения Утраченной Империи. Здесь, над нами, записана история всех народов!

– Ну, если так, Гриффитс, – задумчиво посмотрев на надписи, сказал Флинн, – то, кроме тебя, это никого не касается. Ты ведь только один можешь все это прочесть. – И он снова обратил свое внимание к команде. – Эй, на мачте! Мы сбавляем ход!

Выступавшая наружу конструкция, на которую указывал Тарг, быстро приближалась. Над головой Гриффитса пространственники убирали паруса, лишая корабль воздействия магических полей. “Дерзкая месть” заметно сбавила ход.

– Вот он! – указывая на что-то пальцем, восторженно закричал Тарг. – Как я и предвидел! Как я и предсказывал! Он там!

Гриффитс и Флинн поспешно бросились к борту.

– Кто? – спросил Гриффитс. – Кто он?

– Слава Девятке! – дрожащим от волнения голосом произнес Тарг. Гриффитсу на миг показалось, что тот не вполне владеет собой.

– Когда наконец кончатся все эти чудеса? – недовольно сказал Флинн.

Гриффитс посмотрел вверх. Там, возле локановского корабля, висело черное, казавшееся на его фоне карликом, вытянутое в длину судно, на котором все еще развевался длинный красный флаг.

– Это и есть самое что ни на есть настоящее горгонское судно, – с благоговением и страхом произнес Флинн. – О нем знает каждый пространственник. Это старый корабль Маррен-кана!

Замедляя ход, “Дерзкая месть” постепенно подтягивалась к горгонскому судну.

В этот момент с Тарга вдруг слетело все оживление.

Гриффитс снова взглянул вверх. Там, с другой стороны от горгонского корабля, висела летающая тарелка, покрытая надписями времен Утраченной Империи. Эту тарелку Гриффитс раньше уже видел.

– Кажется, нас кто-то опередил, – улыбнулся Гриффитс, к которому вновь вернулась надежда.

– Меринда! – одновременно с яростью воскликнули Тарг и Флинн.

Глава сорок вторая. ЭКСКУРСИЯ

– Будь проклята эта женщина! – загремел Тарг. – Корабль землян доставил меня в Сужения, и теперь Меринда обставила нас на той же самой тарелке!

“Дерзкая месть” уже висела под корпусом древнего космического аппарата; прямо над головой виднелись большие запертые люки, по форме напоминавшие морскую раковину. Здесь было темно, и лишь свет фонарей пиратского судна отбрасывал резкие тени на корпус горгонского корабля.

Гриффитс все еще смотрел вверх, не в силах поверить, что Меринда сумела забраться так далеко. Внезапно он вспомнил о Корабле-Поселении. Очевидно, Меринда сумела убедить Льюис, Тоблер и Эллерби прикрыть ее своим маневром. Если это так, вдруг понял он, получается, что Меринда убедила их полететь навстречу собственной смерти. Какая же она безжалостная и бессердечная дрянь! И какое ему может быть дело до этой подлой бабы, явно страдающей манией величия?

– Это мертвый корабль, – пробормотала Элами, свернув в клубок свой змеиный хвост. То, что она видела перед собой, ей явно не нравилось. – Мертвый корабль с мертвой командой.

– Мертвые не кусаются! – отрезал Флинн. – Мертвые есть мертвые. Не спасают их ни богатство, ни слава.

– А что, ежели здешние сокровища прокляты? – проворчал Кхеогги. – Что тогда, кап'н?

– Здесь. Нет. Никакого. Проклятия! – подчеркивая каждое слово, сказал Флинн, словно пытался вбить в голову ребенка некую простейшую истину. – Единственное проклятие, которое может здесь появиться, – это то, которое мы придумаем сами. Если мы начнем думать, что на нас лежит проклятие, ОомРамн, мы сами обречем себя на гибель. Сейчас мы поднимемся на этот корабль и станем обчищать его до тех пор, пока наши трюмы не будут заполнены доверху, а потом обчистим его снова!