Медвежатник

Однако с Егорычем, пострадавшим в этой истории, никто не стал спорить. Понятно, что он, как игрок, из любого положения найдет способ выйти победителем, требуя себе дополнительных поблажек и преференций (Мишка попросил написать это слово, ему нравятся такие слова, Коле тоже).

Егорыч в своей жизни играл всегда только белыми. Димка и Коля скисли. Понятно, что Егорыч позвонит своему папе, и тот пришлет на свадьбу генерала–генерала, шпиона–прешпиона, со свитой в штатском, которая вытопчет все дорожки до полного уничтожения и будет разнюхивать так, что все запахи исчезнут, будто у всего поселка насморк случился. А потом прозондируют все и вся.

Но Коля и Димка ошибались. Егорыч сделал такое! Не буду забегать вперед. Вы сами потом узнаете. И скажете, вы такое скажете!

Глава 4

Подарки невесте. Тете Оле в качестве приданного отдали все гаджеты, которые Мама много лет подряд привозила в подарок Дедушке. Они красовались в коробках. Трудно представить, что коробки могут кому–то понравиться, а тетя Оля их полюбила. До такой степени, что разлучать их с ней было бы бесчеловечно.

К тому же неизвестно, думал Коля, что так приглянулось Михеичу – она сама или механизмы, не будем забывать, что он знатный механик. Даже Мама согласилась бы с этим решением – отдать все эти штуки тете Оле, тем более что у тети Оли ныне самая крутая гарантийная мастерская, потому как Михеич – это полная гарантия навечно.

А по–хорошему, можно ей бы и робота подарить. Жека его перебрал, техномонстр больше не представлял угрозы, а тетя Оля с ним свыклась, как с рисоваркой, даже больше, чем с пельменницей, которая то плевалась фаршем, то мучнистым киселем. Но заметив хитрый взгляд механика Михеича, Димка за робота вступился:

– Это подарок Коле на Новый год. За четверку по географии.

Михеич спокойно кивнул.

– Нельзя его Михеичу, – объяснял потом Димка. – Он из любой «Явы» сделает «Харлей», так Дедушка говорит, дай только ему мясорубку и пару будильников.

– Ну и отдали бы, – сказал Коля, глядя на безмолвного робота, – Может, Михеич бы ракету в космос запустил? Добавил деталей от йогуртницы и авокадочистки, и все – готово, полетели.

– Ты что, – зашипел старший брат, – Михеич расчленит его на детали. Пусть мы не видим в этом наборе железок смысла. Но те, кто его создал, какой–то смысл вложили. Мы не нашли с ним общий язык, но это все равно разумное существо. И даже если это просто штампованный мусор за безумные деньги, это твой новогодний подарок, честно заработанный.

– Понял, – сказал Коля, – Этот гад будет со мной всегда.

Гад сверкнул глазками.

– Это остаточное явление электричества. Бесполезно надеяться, что он что–то понимает, – объяснил Мишка.

– Ладно. Жека потратил на него пол–дня, нечестно отдать его Михеичу, чтобы он его разобрал. Пусть остается. К тому же после каникул надо его показать Левайсе и Лакосте, иначе они не поверят.

Робот опять сверкнул глазом.

– Не поддавайся гипнозу, – зашуршал из–за подушки Медведь.

Дедушка прав, что механизмы порабощают человека. Техника человеку мстит. Месть робота была страшной. Жека молчал семь часов, пока собирал. Но робот так и остался монстром. Мишка и Коля спрятали робота в Дедушкином шкафу, чтобы он набирался ума–разума. В волшебный буфет для чудесного превращения робот в собранном виде не помещался.

– У Дедушки много скелетов в шкафу. Отличная компания для этого гада. Только не будите спящую собаку. Помнишь, – сказал Мишка, – Мы видели чучело у географички. Чучело и чучело. Хотя не туфтой набито, а настоящими опилками! – завистливо вздохнул МишМиш, – И робот той же породы. Нет в нем ничего человеческого. Может, Дедушкин шкаф с ним справится. Горбатого могила исправит.

Коля поднял взгляд на книжные полки. На месте словаря фразеологических оборотов зияла дырка. Понятно, Мишка дорвался до словаря.

– Знаешь, старик, – сказал Мишка, – Подарок для тети Оли мы так и не придумали. А надо. Все эти штуки хозяйственные, от всей семьи. А от нас что?

– Ну мы же хотели робота ей подарить. А вы отсоветовали. Михеич, может, его бы к делу приспособил.

– Михеич причем?! Мы же тете Оле должны подарок сделать.

– Я не знаю, что на свадьбу дарят. Папину я не видел, а Димка пока не женился. Ты же в цветочном магазине сидел, все слышал про такие дела.

– Ну … Деньги дарят. Бриллианты. Лимузины. Круизы.

– Миш, ты совсем крышей поехал?!

– Да, что–то я увлекся, магазин вспомнил, в прошлое окунулся. Не будем, как все, банальными. Нам нужен такой подарок, какого ни у кого никогда не было и не будет.

– Может, ей игрушку подарить? – Мишка поежился, но Коля не заметил, – Мне кажется, она такая, потому что у нее никогда не было игрушек, даже в детстве.

– Поздно начинать. Включи фантазию.

– А ведь ты уже придумал, – подозрительно посмотрел на Медведя Коля.

– Без меня никак, – МишМиш выдержал паузу, – Что ей дарят взрослые?

– Свадьбу.

– Свадьба – праздник на один день. А мы подарим вечный праздник. «Который всегда с тобой». То есть с ней. То есть с нами.

– Как это? – не понял Коля.

– Мы дадим ей бессрочный пригласительный билет на все наши праздники Старого Нового года. На каждые и навсегда. Ну как?

– Как это?

– Ну она каждый год будет приходить на наш праздник. Ты будешь уже, как Димка, или даже старше, – Коля попытался это представить, но удалось не очень, – А она будет приходить и приходить. Хорошая идея?

– Боюсь, Дедушке может не очень понравиться. Хотя он человек выдержанный и воспитанный, ничего против не скажет. Может, она потеряет этот билет через пару лет? Или забудет о нем? Смысл же был сбыть тетю Олю с рук. И вроде удалось. Дело на мази.

– Ага! – вздохнул Мишка, – Это мы сгоряча думали. И что в результате? Сбыли с рук? Так ей можно было какой мандат по блату устроить подальше, на 42-м километре, где ночью мост не перейти. Но мы же в атаку! Шашки наголо! И что?

– И что? – переспросил Коля.

– И тем самым от домашнего очага в нашем тихом семейном кругу мы кинули ее в самое пекло. В гараж к Хею—Михею. И все мы будем крутиться вокруг нее, на поклон к ней ходить. А она замуж выйдет, и неизвестно, вспомнит ли о нас. И добрым ли словом? А то вдруг: «Детям и игрушкам тут не место, от них только грязь». Мотоциклы отменит, заявит, что они неэкологичны, от них шум и выхлопные газы, природу пугают. Пересадит всех на велосипеды, выдаст сачки и панамки, – зловещие фантазии Мишки не знали предела, – И все. Век воли не видать.