Менты не ангелы но...

— Ну как, входишь в курс дела? — спросил Смирнов, тяжело отдуваясь после спуска.

— Вхожу понемногу, товарищ капитан, — ответил Колтунов.

— Входишь… — он критически осмотрел подчиненного.

Отглаженная форма, начищенные ботинки, подтянутая фигура, четко обозначенная строевая стойка. Но командир поста недовольно скривился.

— Какой-то у тебя вид… Нездешний. Будто из кино красавец…

Звание и должность Смирнова явно не соответствовали возрасту — уже пора бы сидеть с подполковничьими погонами в начальственном кабинете, хотя бы замкомандиром батальона, но он вовсе не стремился покидать Южный пост, и в этом заключалась еще одна загадка.

— Ты это, аккуратно… Сейчас вполне могут через темное стекло в брюхо выстрелить. Соблюдай бдительность, и все такое… У нас обстановка не такая, как на севере. Тут горячие точки рядом, полно оружия. В одиночку мы теперь никогда не работаем, особенно ночью. Только парами — пока один шерстит водилу, второй держит его под автоматом. Надо стать так, чтобы друг друга не перестрелять. Про «биссектрису огня» слышал?

— Слышал, товарищ капитан, — кивнул новичок.

— И «броник» не забывай надевать, хоть тяжело и неудобно — все лучше, чем собственные кишки из дорожной пыли выскребать!

Смирнов вздохнул.

— И еще: уйма всяких мудаков развелась, менеджеров с красными корочками… Остановишь такого на «мерсе» — сопля зеленая! — а он сует золоченую визитку, или какую-то ксиву поддельную, или знакомствами козыряет, фамилиями начальников сыплет… А потом начинает: «Командир, может, договоримся?»

Смирнов замолчал и многозначительно вытаращил глаза.

— Ты с них сразу спесь сбивай. Как гаркни: «Ты мне что — тыкаешь?! Да я тебя, сучонка, сейчас в камеру закрою, да раком поставлю!» Они сразу обсираются и платят вдвое больше таксы…

Колтунов переступил с ноги на ногу.

— А вдруг он и правда кого-то из руководства знает?

Смирнов снял фуражку и вытер платком вспотевшую голову.

— Тогда плохо. Только ты ведь не его покровителя оскорблял. Позвонят сверху — извинишься, отпустишь, и все нормально! Да ты и сам быстро научишься отличать настоящих от пустышек… Все понял?

— Так точно!

— Ну, вот и хорошо. Это я с тобой провел воспитательную работу…

Смирнов направился дальше, туда, где Сидорчук и Вепрев потрошили очередной рефрижератор. Колтунов смотрел ему вслед. Как с такой воспитательной работой и такими подчиненными Смирнову удалось сделать Южный КП лучшим в стране — это была главная, и совершенно необъяснимая загадка.

Младший лейтенант Гришин тем временем остановил наглухо затонированный «БМВ Х-6», и Колтунов направился к нему — подстраховать. Зашел справа-сзади, навел автомат на салон, сдвинул предохранитель.

— Эй, ты что делаешь? — испуганно закричал Гришин и замахал руками. Он был, как всегда, без фуражки, с расстегнутым и небрежно висящим на заколке галстуком. — Иди, занимайся своими делами!

Удивленный таким оборотом, Колтунов пошел обратно. Смирнов, Сидорчук и Вепрев смотрели на него, отвесив челюсти.

— Ты зачем в тачку целился? — спросил Смирнов.

— Так для страховки! Вы ведь сами сказали!

— А почему с той стороны стал? — поинтересовался Сидорчук.

— По тактике задержаний. Из салона вправо-назад не выстрелишь. Развернуться негде и целиться неудобно. А я спокойно всех покрошу в капусту!

Коллеги переглянулись.

— Это тебя в Орловской школе так научили? — спросил Смирнов.

— Ну да. У них в библиотеке информационные бюллетени были, с зарубежным опытом. Я про американских полицейских курсовую написал даже…

Капитан и его подчиненные переглянулись еще раз.

— Мы тут лаптем щи хлебаем, а зеленый сержант уже как американский рейнджер нас учит! — сказал Сидорчук.

— Умный больно! — буркнул Вепрев. — Я в армии таких умников загонял в сортир, давал зубную щетку и заставлял кафельный пол до утра чистить!

Потом они перевели взгляды на Смирнова: что старший скажет?

— Вообще-то, автоматы у нас — не главное! — подумав, произнес капитан и медленно пошел обратно, к крутой лестнице поста. — Главное — голова и понимание службы! Понял, Американец?

Сидорчук и Вепрев заржали.

— Точно, Американец! Похож!

Несмотря на настороженное отношение новых товарищей, через неделю в конце смены, Сидорчук сунул ему в карман несколько купюр.

— Это твоя доля, — глядя в сторону, сказал он. — Но ты тоже шевелись, входи в работу, надо же план давать. А то ребята недовольны…

— У вас тут что, прямо план есть на это дело? — спросил Колтунов.

— А ты как думал? Тридцать штук за смену отдай, остальное — в «общак», а командир делит согласно коэффициенту личного участия… И потом, по мелочи: пистолет получаешь — положи дежурному стольничек, сдаешь — тоже…

— За что, когда сдаешь-то? — удивился Колтунов.

— Ты же его почистить должен после смены? А так вроде дежурный с помощником почистят. Или при проверке тебя отмажут.

— Получается, шагнул — заплати?

Сидорчук усмехнулся.

— Бабки ведь на дороге делаются, а они в кабинетах сидят, поэтому надо делиться слегонца…

— Надо же, как у вас все расписано! — еще больше удивился новичок. — Как по нотам!

Внимательно наблюдавший за разговором Вепрев усмехнулся.

— А у вас что, не так было?

— Я же тебе говорил: у нас только с сохатых брать можно. Да с медведей. Только они с тебя скорей шкуру сдерут: схватит когтистой лапой за голову и оскальпирует!

— Чего сделает?! — насторожился Кабан. — Че за слова, Американец? Умный больно?

— Книжки про индейцев в детстве читал? Кожу с головы сдирает, вот что делает!

— Работай, Американец, работай, — недовольно сказал Сидорчук и выдвинулся на позицию, выставив полосатый жезл, как шлагбаум, перед просевшей на амортизаторах, отчаянно чадящей фурой. Она тут же принялась обреченно притормаживать, как сбрасывает ход торговый корабль, завидев идущую наперерез бригантину с черным флагом и белым «Веселым Роджером». [9]

9

«Веселый Роджер» — череп с костями.

Следом чадила еще одна, и Вепрев бросился ей наперерез.

— Эй, Американец! — крикнул Сидорчук через несколько минут, отходя от осмотренной фуры. А когда новичок подошел, кивнул на закрывающего заднюю дверь фургона водителя.

— Подойди, возьми у него бабки.

— За что? — не понял сержант.

— Просто подойди и возьми. Он уже приготовил. А минут через пятнадцать отдашь их мне.

Колтунов направился к машине, и высокий парень в армейских штанах, пропотевшей тельняшке и бандане молча протянул несколько тысячных купюр. Выждав некоторое время, он передал деньги старшему инспектору. Сидорчук удовлетворенно кивнул. В течение дня он несколько раз давал новичку такие поручения. Вначале тот не мог понять — в чем дело. А потом решил, что его элементарно «натаскивают». К тому же старослужащие страхуются: если проводится контрольная проверка или за ними следит УСБ, [10] то с мечеными деньгами «спалится» новичок.

10

УСБ — Управление собственной безопасности.