Метрополия

Маркиз заметил среди документов голографическую карточку. На ней симпатичный молодой человек в темно-синей форме звездного флота обнимал красивую стройную брюнетку. Радостные, улыбающиеся лица, задорный блеск в глазах, развивающиеся на ветру волосы. Счастливая, юная пара. Судьба-злодейка жестоко над ними посмеялась. Для офицера могилой стал «Вилан», а девушка наверняка сгорела в адском пламени ядерного пожара. Странное ощущение – людей уже давно нет, а на снимке они живы и здоровы.

Жак внимательно осматривал каждое помещение. В разведывательной деятельности мелочей нет. Какая-нибудь непримечательная деталь вполне может натолкнуть на разгадку тайны. Значительная часть кают оказалась пуста, в некоторых находились мертвые тела членов экипажа.

В одном из помещений француз обнаружил двух погибших людей.

Мужчина и женщина были полностью обнажены. Тасконка лежала на кровати, левая нога свесилась на пол, голова запрокинута назад. Под грудью отчетливо видна огромная дыра. Ее партнер сидел в кресле напротив. Туловище слегка изогнуто, в руке зажат бластер, череп размозжен вдребезги. На стене позади бедняги расплылось огромное кровавое пятно. Из-за спины де Креньяна вышел Брюс Аустин.

– Что здесь случилось? – спросил аланец, заворожено глядя на трупы.

– Эта парочка занималась любовью, – пояснил маркиз. – Затем, парень выстрелил девушке в сердце.

Она не сопротивлялась. Выполнив нелегкую миссию, тасконец разрядил оружие себе в голову.

– Безумие! – выдохнул Брюс. – Не очень то похоже на бунт...

Землянин на его реплику не отреагировал. Обычно каюта командира корабля располагалась в дальней части коридора. Именно туда Жак и направился. Аустин не отставал от маркиза ни на шаг.

Погром в помещении де Креньяна не удивил. Опрокинутый стол, разбитая посуда, разбросанная одежда, голограф лежит на полу. Ничего необычного. Хотя... На стене в комнате красной краской нарисована маленькая стрелка. Она указывает на картину в золотистой рамке. На ней изображен темноволосый мужчина средних лет в строгом костюме. Видимо, какой-то государственный деятель древней Тасконы. Француз протянул руку к портрету и дотронулся до гладкой поверхности. Ничего не произошло. Между тем, в наушниках раздался голос Баквила.

– Мы в двигательном отсеке, – доложил аланец. – На первый взгляд, ускорители не повреждены. Запустить их труда не составит. Судно в состоянии преодолеть расстояние до Сириуса.

– Не торопись с выводами, – вымолвил землянин. – Соблюдайте предельную осторожность.

– Аппаратура голографической связи в полном порядке, – проговорил Рассел. – Часть электронных блоков явно сделана не людьми. Горги за нас исправили все неполадки. Около часа понадобится на перенастройку. Я обеспечу вам надежный, устойчивый канал с «Клосаром», капитан.

– Благодарю, – сказал Жак. – Не слышу сообщений от других групп.

– Пробиться в головную боевую рубку пока не удалось, – произнес Соул. – Дверь закрыта на кодовый замок. Пытаюсь найти нужную комбинацию. Потребуется время...

– Основные системы жизнеобеспечения функционируют нормально, – отрапортовал Октан. – Температура двадцать два градуса, давление и содержание кислорода в воздухе соответствует установленным требованиям. Вредных примесей не обнаружено. Скафандры нам больше не нужны.

– Не советую их пока снимать, – откликнулся Торнсен. – Медицинский отсек полностью разгромлен. Причем, умышленно. Трупы лежат повсюду. Настоящая бойня! Врачей убивали хладнокровно и безжалостно. Признаться честно, я пребываю в некоторой растерянности...

– Постарайтесь успокоиться, – вымолвил маркиз. – Оцените обстановку и проведите тщательный осмотр помещения. Мы скоро подойдем. В какой части корабля находится группа?

– Пятая палуба, точно по центру судна, – ответил Эдрин.

– Отлично, – проговорил де Креньян. – Продолжаем работу. О малейших подозрениях немедленно докладывайте.

Землянин быстро зашагал к выходу из командирской каюты. Здесь больше делать нечего. Преодолев коридор, разведчики поднялись по лестнице на четвертый ярус. На этом этаже размещались столовая, тренажерный зал, душевые и комнаты психологической релаксации. Своеобразный сектор отдыха и досуга.

Возле кресел и диванов валялись полуистлевшие тела тасконцев. Корабль мертвецов! Иначе и не скажешь. В какой-то момент француз повернулся к Брюсу. Лицо аланца приобрело зеленоватый оттенок, губы слегка дрожали, в глазах читался ужас. Привыкнуть к подобному зрелищу невозможно. Нет, офицер не трус, он прошел хорошую военную школу, участвовал в сражении с маорцами. Больше всего человека пугает неизвестность. А разумного объяснения страшной трагедии до сих пор нет.

Задерживаться на четвертой палубе Жак не стал. Ускорив шаг, маркиз двинулся к Торнсену. Лейтенант ничуть не сгущал краски. В медицинском блоке действительно творилось что-то кошмарное. Разбитая аппаратура, сломанные инструменты, на полу груды стекла и пластика. Трупы врачей и медсестер лежат один на другом. У многих на спине видны следы ожогов. Их расстреливали в упор. Несчастные люди даже не пытались оказать сопротивление. Нападение застало тасконцев врасплох. Враг действовал быстро, уверенно и безбоязненно.

– Эдрин, где вы? – невольно понизил голос де Креньян, озираясь по сторонам.

– В научном блоке, – произнес Торнсен. – Идите в заднюю часть «Вилана».

Вскоре землянин заметил в дверном проеме две знакомые фигуры. Марлен держал бластер двумя руками. Пилот явно нервничал. Что, впрочем, неудивительно. Жаку было тоже не по себе от такого количества мертвецов. То и дело приходилось переступать через покойников. Дурная примета. Двести лет назад кровь буквально лилась по металлическому полу. Грязно-бурые пятна достигали гигантских размеров. На лица погибших француз старался не смотреть. Они ужасно обезображены разложением тканей. Пожалуй, горги напрасно запустили систему жизнеобеспечения. Хотя, без гравитации и освещения изучать крейсер трудновато.

– Что-нибудь прояснилось? – спросил де Креньян, приблизившись к врачу.

– Нет, – Эдрин отрицательно покачал головой. – Но, судя по оборудованию лаборатории, экипаж корабля мог проводить самые сложные опыты в генной инженерии. Это скорее исследовательское судно, чем боевой крейсер. Ничего подобного ни на «Клосаре», ни на «Баскете», ни на «Эльдоре» нет. Мы безнадежно отстали в данной области. К сожалению, ценная аппаратура уничтожена.

– Неудачный эксперимент? – уточнил маркиз.

– Вряд ли, – возразил лейтенант. – Я обнаружил план яруса. Он разделен на четыре независимых сектора: лечебный, операционный, научный и карантинный. В два последних вход только по структуре ДНК. Три лестницы и два лифта. Убийцы вошли на этаж точно по центру и сразу разделились на группы. Мерзавцы беспрепятственно проникали в закрытые помещения, а значит, им помогал кто-то из руководства. Синхронность потрясающая. Преступники работали, как единый слаженный механизм. Мы с Оланом насчитали сорок семь трупов. Ни охрана, ни персонал блока не успели поднять тревогу.

– Но зачем понадобилось убивать ни в чем неповинных людей? – изумленно вымолвил Брюс.

– Трудно сказать... – пожал плечами Торнсен. – Врачи могли сделать какое-то важное открытие.

– Ерунда, – недоверчиво произнес Аустин. Спорить с компьютерщиком не имело смысла.

Напрасная трата времени. Фактов, подтверждающих теорию Эдрика все равно нет. Однако в одном тасконец прав – на «Вилане» действовали профессионалы. И их было немало – человек восемь-десять. Меньшему по силе отряду со столь сложной задачей не справиться. Великолепно подготовленная и осуществленная операция.