Мимолетное увлечение

Лула смотрела на него, возмущаясь и не веря собственным ушам, и Тристан с трудом удержался от желания наклониться и коснуться ее руки в знак благодарности.

Какое-то мгновение они молчали, глядя друг другу в глаза, и воздух вокруг них плавился от напряжения.

Лула первой отвела взгляд и стала старательно расправлять юбку.

Тристан разозлился на самого себя: наверное, Луле стало неловко после того, как он поплакался ей в жилетку.

– Слушай, мне нужно кое-что у тебя спросить. – Он встал и направился к книжному шкафу, чтобы поправить корешок одной из книг и дать Луле небольшую передышку от смущающих откровений. – В следующий четверг состоится мероприятие для представителей радиоиндустрии, встреча для установления личных и деловых контактов, на которой должен был присутствовать Джез. Это удобный случай громко заявить о «Флэш» и, возможно, заручиться поддержкой новых спонсоров. Учитывая то, что я еще не нашел никого на должность директора, мне бы хотелось, чтобы ты пошла со мной. Мне бы не помешала помощь профессионала.

Оглянувшись, Тристан увидел, что Лула насупилась. Неужели она не хотела провести в его обществе еще один вечер? Он что, развеял имидж крутого, разболтав свои тайны?

Придя в ярость от этой мысли, Тристан обличительно бросил:

– Ты ведь наверняка догадывалась, что новая должность может потребовать твоего внимания и в нерабочее время?

Лула удрученно кивнула:

– Да, конечно.

По ее тону можно было подумать, будто он попросил ее выступить с ним в оперном дуэте, взяв самую высокую ноту фа. Или ее смущало то, что они появятся на людях вместе?

– Слушай, мы пробудем там недолго, и, обещаю, я не премину сообщить всем, с кем мы будем разговаривать, что ты не спишь со своим боссом, – шутливо подергал бровями Тристан.

Лула едва улыбнулась в ответ.

Хм, наверное, подобные шуточки звучали неуместно. Тристан подошел к дивану, на котором расположилась Лула, и присел на подлокотник.

– Буду с тобой честен, Лула. Если мы хотим выжить, радиостанции нужно больше спонсоров. Джез буквально обобрал нас до нитки, и, чтобы удержать «Флэш» на плаву, требуются серьезные финансовые вливания. – От потрясения, отразившегося на ее лице, внутри у Тристана все перевернулось. – Мне жаль, что приходится говорить тебе все это, и я никогда не думал, что потребуется так много времени на поиск достойного руководителя. Я рассчитывал, что новый директор займется решением проблемы нехватки финансов.

Ее лицо стало мертвенно-бледным.

– Я и понятия не имела, что дела так плохи.

Тристан успокаивающе вскинул руку:

– Все поправимо. Но нам нужно продемонстрировать уверенность в своих силах, в противном случае спонсоры начнут волноваться, что поддерживают обреченный на неудачу проект.

Лула расправила плечи и вскинула подбородок:

– Я с удовольствием пойду с тобой и буду представлять «Флэш». Я сделаю все, что потребуется, чтобы помочь радиостанции. – Ее голос зазвучал энергично и деловито. – Я люблю «Флэш». У нее невероятный потенциал. И я не смогла бы спокойно смотреть, как она движется к верной погибели.

Паника, отразившаяся в ее глазах, заставила Тристана вскочить с подлокотника и опуститься на диванную подушку рядом с Лулой, ободряюще положив ладонь ей на руку.

Лула посмотрела вниз, туда, где его пальцы сжимали ее кисть, потом снова подняла взгляд на его лицо. Они застыли, молча глядя друг на друга и осознавая, что оказались так близко впервые с той роковой ночи. Кровь бурлила в венах Тристана, и он остро чувствовал, с какой легкостью мог бы толкнуть Лулу на диван и прильнуть к ее губам, как сильно он хочет оказаться внутри ее…

– Мне лучше уйти и больше не занимать твое время, – тихо произнесла Лула, и придыхание в ее голосе чуть не свело его с ума.

Не успел Тристан ответить, как Лула уже поднялась и повернулась на каблуках, поспешив к двери. На пороге она обернулась:

– Спасибо, что позволил мне взглянуть на свое жилье, здесь просто потрясающе!

Тристану вдруг захотелось попросить ее остаться, убедить уступить. Но прежде чем слова скользнули с его губ, Лула повернулась и ушла.

Глава 7

– Боже мой, Лула, ты выглядишь ужасно! Пожалуйста, скажи мне, что это – из-за пылкой ночи с каким-нибудь горячим парнем!

– Не совсем так, – страдальчески улыбнулась Лула, усаживаясь напротив Эмили в кафе.

Они встретились за своим обычным субботним поздним завтраком в маленькой забегаловке в Крауч-Энд. Они частенько бывали здесь с тех пор, как познакомились в Университетском колледже Лондона, где вместе изучали теорию массовых коммуникаций.

Эмили откусила от булочки с корицей, взяв ее с тарелки, которую официантка только что поставила перед ней, и вопросительно вскинула бровь, ожидая, что Лула приоткроет завесу тайны.

– Погоди-ка, дай мне сначала заказать какие-нибудь углеводы и кофеин, – ответила Лула, любезно улыбнувшись терпеливо ожидавшей официантке. – Я почти не спала прошлой ночью и сейчас ничего не соображаю.

Заказав маффин с отрубями и большой американо, Лула обнаружила, что подруга буквально впилась в нее взглядом. Лула вздохнула, понимая, что нет ни малейшего шанса скрыть от Эмили присутствие Тристана в своей жизни.

– Это длинная история, Эм.

– Времени у меня вагон и маленькая тележка, – заверила Эм, отпивая латте.

Ничего не оставалось, как честно, без утайки, выложить все.

– Вот это да, – констатировала Эмили, когда Лула закончила монолог, описав напоследок сегодняшний сон, в котором ходила по квартире Тристана обнаженной, а он смотрел на нее с мезонина. – Неудивительно, что ты выглядишь такой измотанной. Ты мучаешься от сексуальной неудовлетворенности.

Лула подперла голову руками.

– Я – идиотка, чистой воды идиотка. И о чем я думала, когда соглашалась зайти посмотреть его квартиру? Я только еще больше все осложнила!

– Наверное, ты подсознательно надеялась, что что-нибудь произойдет? – Судя по тону, сама-то Эмили в этом нисколько не сомневалась.

Лула кивнула, не поднимая взгляда.

– В тот момент я твердила себе, что хочу взглянуть на это изумительное место, в котором он остановился, но вообще-то все было не совсем так.

– Ясное дело.

Лула подняла голову и с грустью взглянула на подругу.

– Я предпочла бы не знать все эти детали его личной жизни – особенно о его злой девушке, которая предпочла ему ленивого брата. Теперь мне еще труднее оставаться к нему безразличной. Я еле удержалась от того, чтобы не поцеловать его, Эм. Когда он коснулся моей руки, тело будто взорвалось от желания. Не знаю, как я нашла в себе силы встать и уйти оттуда.

– А зачем ты ушла? Я бы осталась. Получила бы наслаждение и только тогда ушла – удовлетворенной женщиной.

– В отличие от тебя, я не умею относиться ко всему бесстрастно.

– Дело не в том, чтобы быть бесстрастной, – ехидно заметила Эмили, – а в том, чтобы на сей раз в виде исключения подумать прежде всего о самой себе.

– Ага, и посмотри, что вышло, когда я поддалась на это в прошлый раз! Все время нашего общения я притворялась другой, не такой, какая я есть на самом деле. Мне кажется, он действительно считает меня кем-то вроде этой вымышленной Луизы. Если бы он и правда знал, какая я, потерял бы ко мне всякий интерес.