Минуту назад

А дальше к машине. Открыла заднюю дверь, постелила покрывало для собак и загнала их в салон.

– Аврора, - Най стоял у водительской двери, - что случилось?

– Ничего, - спокойно ответила я, - отойди.

Он хотел обнять меня, но я его оттолкнула от себя.

– Дед тебе что-то сказал?
– Най еще раз попытался подойти ко мне.

– Оставь меня в покое, - я села за руль и заблокировала двери.

Най встал у крыльца. Вид у него был печальный. Он не собирался удерживать меня. Просто проводил непонимающим взглядом.

'Чтобы тебе не сказал Орф, я тебя люблю!' - сказал он мне мысленно.

Я не стала отвечать и просто уехала домой. Фобос гавкнул в знак протеста, что его хозяина я с собой не взяла. Шикнула на него и сосредоточилась на дороге.

Выйдя из лифта уже по привычке подошла к двери Ная, но вовремя вспомнила, что мне там делать нечего... Ой, Пынька же там. Я нехотя открыла дверь в квартиру брюнета. Кошка сидела на пороге.

Завела весь свой зверинец в свою квартиру и закрыла дверь на все замки и толстый железный шпингалет. Я знала, что от темных это не спасет, но так создавалась иллюзия защищенности. Собаки уже нетерпеливо ждали меня в ванной. Кошка осторожно пошла в гостиную. Надеюсь, мой новый зверек ее больше не напугает.

Вымыла собак, есть, они отказались. Пынька тоже проигнорировала мое угощенье. Я села на диван в гостиной и уронила голову на ладони. Что же все-таки происходит?! Кто враг, а кто друг? Звонок телефона заставил вздрогнуть. Я пошла в прихожую, вынула из куртки орущую технику:

– Алло, - бесцветным голосом отозвалась я.

– Здрасьте, - раздалось в ответ, - это вы порчу снимаете и сглаз?

– Нет, - также без эмоций ответила я, - и не звоните больше по этому номеру.

Я положила телефон обратно. Теперь раздался звонок в дверь. На пороге стоял Анайдейе.

– Ты живешь в соседней квартире, - сказала я, открывая дверь, - вон там.
– Я рукой указала направление.

– Аврора, - он хотел подойти, но я жестом велела ему стоять на месте, - что случилось? Кто что тебе сказал?

– Твой дед объяснил мне истинную причину твоей безграничной любви к моей скромной персоне, - ехидно ответила я.

– Он сказал, что я с тобой только потому, что ты Белокрылая?
– черти у него в глазах были в крайней степени негодования, за клевету.
– Это не правда! Аврора, клянусь тебе, это ложь! Можешь сама убедиться в моей искренности!

Он резко шагнул вперед и сгреб меня в кучу, крепко прижимая к себе. Он посмотрел мне прямо в глаза.

– Давай!
– сказал он с нажимом.
– Ты же любишь гулять по чужому разуму. Давай, посмотри какая ты в моих глазах! Чего ты ждешь?

– Отпусти меня!
– я пыталась ударить его, но он крепко удерживал мои руки.
– Не буду я ничего смотреть и где-то гулять. Все, хватит!

– Как еще мне доказать, что я действительно люблю тебя?
– жестко сказал он.
– Давай решим это раз и навсегда!

Я разозлилась, но отшвырнуть его рука не поднималась. Сделала глубокий вздох и погрузилась в его разум. В его глазах я действительно была самым драгоценным сокровищем. Если все изобразить в виде лестницы, где верхняя ступень самое важное для человека. Так вот я стояла на вершине, дальше семья, на третье ступени его собственная жизнь, а дальше все прочее.

Я вернулась в реальность. Сомнений не осталось. Такое не подделаешь. Говорить человек может все что хочет, но в голове у себя он честен. Я попросила Ная оставить меня одну на полчаса. Когда он ушел в свою квартиру, где его ждала приехавшая с ним Пойна, я начала тайно и аккуратно лазить по мозгам всей семьи Лилейных. Скрылись от меня только Орф и Сумман. К первому я просто не полезла, а второй, как всегда, сделал больно мне за попытку проникнуть в свою беловолосую головушку.

'В следующий раз потеряешь сознание', - пригрозил мне чем-то раздраженный Сумман.

Поскольку я тоже была не в духе, блондин получил от меня на память мигрень. А нечего было давать мне мысленный подзатыльник. Интересно, а если я с топором пойду изучать содержимое его головы....

Сибилла просто стерла сама из своей памяти все, что было лишнее. Это было подозрительно, но и мало ли что она не хотела помнить... может Танатос ей изменил, и она решила забыть об этом? Нееее, не катит. Теперь у меня одна ниточка - Сумман. Он единственный может скрывать от меня свои мысли, но просто так он тоже мне все рассказывать не станет. Он кинул мне приманку, когда сказал, что я еще много чего не помню, и я эту наживку охотно захватила.

Но обсуждать с блондином условия, на которых он согласится поделиться информацией, сейчас нельзя. Он наверняка злится за головную боль. Все остальные Лилейные, сами того не зная, поведали мне о своем отношении ко мне. Я была приятно удивлена. Они действительно тепло ко мне относятся, настолько, насколько это могут темные.

– Что-что?
– я даже с места встала, когда услышала, что Най мне сказал.
– Какая шляпа?

– Это наша традиция, - Пойна хихикнула, - тебе понравится.

– Хорошая традиция, - буркнула я, - наряжаться как чучела. Хотя, после похода с вами на кладбище я уже ничему не удивляюсь. Так что там со шляпой?

– Мы кладем бумажки с нашими именами в шляпу, - начал по новой объяснять мне Най.
– Вытягиваешь бумажку, и чье имя там написано, тому ты выбираешь костюм для Хэллоуина. Все просто. А тридцать первого мы идем в закрытый клуб, где соберется вся темная молодежь. Что ты так бурно реагируешь? Ты же любишь дурачиться!

– А почему я узнаю об этом только сейчас?
– я скрестила руки на груди.
– Мы же знакомы с вами уже несколько лет!

– Потому что мы не знали что ты...
– повесил голову муж.

– Темная?
– грозно нависла я над ним.
– И открой дверь своим родственникам, они уже десять минут мнутся в подъезде.

Пойна вскочила и вместо брата побежала в прихожую. Най чмокнул меня в щеку, поднимаясь с дивана. Веселая и как всегда шумная компания завалилась в гостиную. Сумман прислонился плечом к косяку, остальные расселись кто куда. Мне стало неудобно и я забрала насланную на блондина мигрень, но веселее смотреть на меня он от этого не стал. Только сказал, что привез мою сумку, которую я у него в гостях забыла.

– Махнемся на время?
– громыхнул у меня над головой Аластор, вертя на пальце ключи от своего 'БМВ'.

– А почему бы и нет, - я прянула руку, чтобы он отдал мне ключи.

Взяла на полке в прихожей ключи от 'собачьей упряжки' и отдала однобровому великану. Най скосил смешную обиженную моську, за это он получил ключи от своего 'Астон Мартина'.

– Давайте уже распределим, кто кого наряжать будет!
– воскликнула Энио и вынула из своей объемной сумки старую потертую шляпу.