Минзаг «Марти»

– Ну, Вы, по-моему, зря боитесь, Валдис Леонардович! Мещерский тоже коммунист, причем он еще в 17 году перешел на сторону народа. В экипаже тоже коммунистов много, а комсомольцы – почти все! – выразил сомнение Болотников.

– Мещерский в команде пользуется большим авторитетом. Снять его будет непросто. Нужны веские основания. А их пока нет. В «пузырь» корабль завел не он. Его на мостике тогда не было. Хотя, в принципе, я согласен. Целесообразно было бы поставить командиром корабля товарища Железнова. Он тоже капитан первого ранга. Но, это нужно тщательно подготовить, – дополнил Ягодин.

– Вы как, товарищ Железнов, возьметесь? – вопросил Круминьш.

– А чего не взяться, все командиры БЧ и специалисты на своих местах остаются. А я еще в 17 году миноносцем командовал, когда мы с братвой всех офицериков за борт побросали.

– Тогда будем действовать через парторганизацию, – принял решение Круминьш. – Партия была и будет главной руководящей и направляющей силой! Даже в 16 веке! Первым делом объединим партячейки экипажа и экспедиции в одну организацию. Проведем партсобрание. Меня выберем секретарем, товарища Железнова – заворгсектором. Такие опытные партработники, как мы с вами, партийцы с дореволюционным стажем, легко сумеем перетянуть на свою сторону коммунистов экипажа. Марк Львович, кого из коммунистов – моряков мы можем сразу привлечь к своим планам?

– Заслуживают доверия замполит товарищ Лифшиц и особист лейтенант Замилацкий. Лейтенант парень способный, будет нам полезен. У него уже сексоты во всех боевых частях корабля имеются.

– На том и порешим. Введите в курс дела своих сотрудников. А Вы, Марк Львович поговорите с Лифшицем и Замилацким. Их выберем в оргсектор парторганизации. Все мы тоже, естественно, должны быть в бюро. Но, про наш план снятия Мещерского никому кроме присутствующих знать пока не нужно.

Пока партийное ядро заседало, галеон затащили в залив и переправили на него дона Истебана. Марти помигал испанцам ратьером и взял курс на Сан-Хуан, держа ход шесть узлов. Решили пожертвовать временем, но оставить хотя бы минимальный запас горючего. До Сан-Хуана оставалось почти две тысячи морских миль. Таким ходом предстояло шлепать 14 дней.

3. Переход к Сан-Хуану.

Погода благоприятствовала. Ветер до двух баллов, легкая облачность днем, ясно по ночам, легкое волнение. Впрочем, для южной Атлантики летом это было вполне обычным. Тропические циклоны – довольно редкое явление. Их случается два – три за сезон. Экипажу наслаждаться морским круизом было некогда.

Командир объявил по кораблю боевую готовность номер два. К орудиям были поданы снаряды, дежурные расчеты постоянно находились при орудиях. Сигнальные вахты удвоены. В ночное время корабль затемнен. У кормового флага, у гауптвахты, у секретной части и у ходовой рубки стояли парные посты с оружием. Весь комсостав постоянно носил личное оружие – пистолеты ТТ с патронами при себе. Это командир сделал, что бы дать прочувствовать экипажу всю серьезность ситуации.

Уже через час после расставания с галеоном Мещерский созвал в кают-компании совещание всего комсостава корабля. Изложив свое понимание ситуации, обрисовал ближайшую задачу: дойти до Тринидада, организовать там добычу нефти и переработку её в мазут. Собственно, можно было топить котлы и нефтью, но придется часто чистить топки от нагара. Ни оборудования для добычи нефти, ни специалистов по её добыче и переработке на корабле не имелось. Требовалось создать емкости для хранения нефти и продуктов ее переработки, наладить систему транспортировки горючего на корабль. Кроме того, нужно было организовать оборону нефтепромысла от возможных врагов, как то дикие племена или средневековые испанцы.

Командир предложил всем боевым частям за сутки продумать эту тему и доложить свои предложения. Командирам БЧ и служб корабля поручил за двое суток провести анкетирование всех краснофлотцев на предмет их гражданских специальностей и других навыков и умений и сдать все анкеты замполиту. Лифшицу поручил составить алфавитный каталог по специальностям.

Зав библиотекой младлей Сенечкин предложил все личные книги экипажа сдать в корабельную библиотеку для пущей сохранности. Мещерский его полностью поддержал и в поощрение за инициативу поручил за пять дней составить полный каталог всех книг по алфавиту и по тематике. В помощь Семенихину для этой работы подключил зав Красным кубриком лейтенанта Курочкина.

В заключение командир сказал:

– Похоже, что мы выброшены в прошлое навсегда. Конечно, может нам еще попадется такой же пузырь и перебросит нас обратно, но я в это слабо верю. Никто и никогда на моей памяти не встречался с такими пузырями. А значит, если кто в пузыре пропал, то назад уже не вернулся. Поэтому надо готовиться жить в этом времени и в этом мире. Нас почти четыре сотни человек и у нас есть корабль. Наверное, многие читали книжку про Робинзона Крузо, а кто не читал, то прочитайте, она есть в библиотеке. Так вот, там человек один попал на необитаемый остров и выжил на нем. Обустроил свою жизнь и прожил на острове много лет. Так неужели же мы, советские моряки, не сможем наладить себе жизнь в этом времени? Не бывать такому. Так, что, товарищи моряки думайте, как нам наладить свою жизнь, и что для этого нужно сделать. И всех краснофлотцев к этому приобщите. Общими усилиями все придумаем и все наладим! – Засим командир распустил собрание. Оставил только штурманов.

Им поручил собрать все карты и лоции по Карибскому морю, островам и материковому побережью. Тем более, что карты Атлантики они перед отплытием получили. На всякий случай. Поиски карт начать с Тринидада. Все что найдут по этому острову, сразу нести к нему. Прошерстить на этот счет всю корабельную библиотеку. А библиотека, надо сказать, на Марти была знатная. Почти три тысячи томов. Некоторые еще со штампом библиотеки яхты «Штандарт». Была даже полная энциклопедия Брокгауза и Ефрона. Каким-то чудом она пережила все перипетии революции и гражданской войны. Особенно отбирать все, что касается полезных ископаемых: нефти, угля, железа, серебра, золота, меди, ртути, серы, селитры.

Отпустив штурманов, вызвал к себе Сенечкина. Сразу вогнал парня в краску, назвав его самым важным человеком на корабле. На попытки возражений со стороны лейтенанта пояснил:

– Ты пойми! Мы в шестнадцатом веке! Тут еще ружья гладкоствольные с кремневыми замками. Пашут еще сохой! Из промышленности только кузнецы да кустари – ювелиры. Электричества нет, машиностроения нет, даже паровых машин еще нет, корабли деревянные да парусные. Самое ценное, что у нас имеется, это даже не корабль. Это – знания! А знания в головах и в книгах. И твоя задача – эти знания сохранить. Без знаний мы деградируем в девятнадцатый век. А то и вообще, одичаем до уровня местных! У нас многие краснофлотцы учатся заочно на рабфаках, в техникумах, и даже в институтах. У них имеются в кубриках учебники. Твоя задача собрать все книги до единой. Подготовься и по радиотрансляции объясни все это экипажу. Несколько раз! Пока до всех не дойдет! А приказ по обязательной сдаче личных книг в библиотеку я подготовлю прямо сейчас. Его командиры частей и служб доведут до всех. Всё понял?

– Так точно! Разрешите идти?

– Приступай!

Окрыленный младший лейтенант помчался спасать цивилизацию.

Вскоре штурман притащил пачку морских карт Антильских островов и том Брокгауза с Тринидадом. Удача им улыбнулась. На карте из Брокгауза обнаружили «Pitch Lake» – Смоляное озеро. Удача улыбнулась еще шире. Озеро располагалось на юго-западной оконечности острова, буквально в шестистах метрах от берега. Единственным минусом было отсутствие удобной бухты и прибрежное мелководье. Марти близко к берегу подойти не сможет. Горючее придется возить баркасами. Озадачив штурманов поисками других аналогичных месторождений на побережье, Мещерский вызвал командира артиллерийской БЧ Сокольского.

Стали думать насчет обороны будущего нефтепромысла. Для начала подсчитали все наличные вооружения. Четыре орудия калибра 130 мм, семь универсальных трехдюймовок, три зенитных сорокапятки и два спаренных пулемета типа «максим». Боекомплект: по 150 снарядов на ствол главного калибра, по 320 снарядов на трехдюймовку, по 900 снарядов на зенитку и 20 000 патронов на пулемет. У каждого командира по пистолету – всего 28 штук ТТ, на каждый по 90 патронов, 8 мосинских карабинов у караульного наряда, на ствол по 150 патронов.