Мир без Солнца

– Где мы? – спросил у конвоиров Дугин.

– Гарнизонная гауптвахта, – едва слышно ответил один из десантников.

Ну для того, чтобы понять, что означает визит на гауптвахту, Дугину не потребовалось много времени. Было ясно как день, что их с Майским собираются посадить в камеру.

– Послушайте, – слегка повысил голос Дугин, – я хочу видеть руководителя экспедиции.

С таким же успехом он мог обращаться к металлопластиковым переборкам.

Дверь открылась без зловещего скрежета. Обоих ученых втолкнули в небольшое караульное помещение, в котором находились двое вооруженных трассерами солдат. Кто-то из них прикрыл дверь и запер ее на тяжелую щеколду.

Помещение, в котором с трудом разместились четверо человек, освещалось фонарем, подвешенным на вбитый в стену крюк. Осветительные панели под потолком, так же, как в коридоре, почему-то бездействовали. Свет был таким тусклым, что позволял предположить одно из двух: либо в фонаре сели элементы питания, либо охранники заботились об экономии электроэнергии. Поскольку окон в помещении не было, создавалось впечатление, что находишься где-то глубоко под землей, в пещере, в которую никогда не проникает луч здешнего солнца.

Солдат, оставшийся стоять у двери, взял ученых на прицел трассера. Второй жестом велел им отойти к противоположной стене.

Сделав два шага назад, Дугин увидел узкие двери со смотровыми глазками – камеры, одну из которых им с Майским, судя по всему, предстояло занять. Хотя не исключалось, что их разведут по разным камерам.

Десантник подошел к фонарю и прибавил света.

– Послушайте, – обратился он к ученым вполне вежливо и даже, можно сказать, доброжелательно, – прежде чем поместить вас в камеру, мы должны произвести личный досмотр и изъять все опасные предметы. Будет лучше, если вы не станете оказывать сопротивления. В противном случае нам придется использовать силу. – Сказав это, десантник весьма красноречиво положил ладонь на рукоятку резиновой дубинки со встроенным электрошокером. – Честное слово, мне не хотелось бы этого делать, – добавил он.

Продемонстрированный предмет произвел на Майского должное впечатление, поэтому, обращаясь к десантнику, он постарался быть предельно сдержанным:

– Я уверен, все, что сейчас происходит, является следствием какого-то совершенно дикого недоразумения. Чтобы покончить с ним, мы должны поговорить с руководителем экспедиции.

– Это невозможно, – коротко ответил солдат.

– Что значит «невозможно»?! – не удержавшись, вспылил Майский.

Он хотел было еще что-то добавить, но Дугин вовремя толкнул его плечом.

– А как насчет полковника Гланта? – спросил он у охранника.

– Для того чтобы уладить все формальности, к вам придет один из старших офицеров, – ответил солдат.

– Формальности! – возмущенно завопил Майский. – Что ты называешь формальностями, сынок?! То, что я, профессор Антон Майский, первая величина в ксеноархеологии, стою сейчас перед тобой со скованными за спиной руками?! Должно быть, тебе это доставляет несказанное удовольствие! Что ж, можешь наслаждаться своей властью, но имей в виду, что, как только я отсюда выберусь, ты в два счета вылетишь из армии! Да еще с такой послужной карточкой, что лучшим местом, которое ты после этого сможешь себе найти, будет должность помощника младшего сборщика пиявок в Гарланских гнилых топях! – Майский бросил быстрый взгляд на второго десантника, стоявшего возле двери. – Между прочим, все вышесказанное относится и к тебе.

Десантник с трассером в руках едва заметно ухмыльнулся.

– Давайте приступим к осмотру, – сказал другой десантник, медленно приближаясь к ученым.

– Прочь от меня! – рявкнул на парня Майский.

– Да возьми же наконец себя в руки! – в свою очередь заорал на Майского Дугин. – Что ты окрысился на этих ребят! Они здесь совершенно ни при чем!

Майский отклонился всем телом назад, прикрыл глаза и сделал медленный глубокий вдох через ноздри.

– Все, – произнес он совершенно спокойно. – Я в порядке.

– Точно? – с сомнением посмотрел на него Дугин.

Майский открыл глаза и уверенно кивнул.

– Приступай, братишка, – улыбнулся десантнику Дугин.

Солдат начал именно с него. Сначала он выдернул из брюк поясной ремень и снял конектор с запястья Дугина. Затем вытряхнул из карманов всякую мелочь. Вынув из нагрудного кармана фонарик, десантник с сомнением посмотрел на него, но затем быстро сунул обратно.

Закончив с Дугиным, он так же сноровисто освободил от ремня, конектора и прочих мелких предметов Майского.

Если Дугин воспринял досмотр вполне спокойно, то Майский так отчаянно скрипел зубами, пытаясь сдержать бурлившее в нем негодование, что внеочередной поход к дантисту был ему обеспечен.

Закончив досмотр, солдат открыл дверь камеры и жестом предложил ученым войти в нее.

– А наручники! – возмущенно воскликнул Майский.

Десантник едва заметно улыбнулся.

– Вы, должно быть, в первый раз на гауптвахте?

– Нет, – язвительно оскалился в ответ Майский. – Я обычно раз в месяц провожу день-другой в грязной, вонючей камере!

– Заходите, – снова указал на открытую дверь камеры солдат. – Наручники будут сняты в камере.

Майский и Дугин с опаской переступили порог камеры.

Одна лишь мысль о том, что ты оказался в заключении, действовала на психику угнетающе. К тому же в камере было совершенно темно. Теперь Дугин по достоинству оценил благородный жест охранника, оставившего ему фонарик.

– Шаг вперед! – скомандовал десантник.

Ученые сделали по небольшому шагу вперед, в темноту.

Десантник быстро коснулся их запястий магнитным ключом, освобождая пленников от наручников.

Дугин тут же обернулся, собираясь обратиться к охраннику с вопросом о том, когда именно к ним придет старший офицер. Но прежде чем он успел открыть рот, дверь камеры захлопнулась. Негромко лязгнул замок.

– Чудненько, – проворчал за спиной у Дугина Майский. – Превосходно! – воскликнул он, патетически вскинув руки вверх, хотя в темноте этого все равно не было видно. – Я впервые оказался в тюрьме!

– Не в тюрьме, а всего лишь на гарнизонной гауптвахте, – поправил его Дугин.

– Какая разница! – зло огрызнулся Майский. – Суть в том, что мои гражданские права грубо попраны, буквально втоптаны в грязь армейским башмаком!

– Все не так уж плохо, друг мой. – Дугин достал из кармана фонарик и включил его.

Тонкий лучик света описал круг по стенам камеры. Две узкие незастеленные койки возле стен и коробка биотуалета в дальнем углу – вот и все, что в ней было.

– Во всяком случае, здесь не грязно и не воняет, как ты опасался, – сделал свое заключение Дугин.

– Кто-нибудь непременно ответит мне за это. – Майский сел на койку и в отчаянии обхватил голову руками. – Безумие какое-то! – воскликнул он спустя секунду, вновь вскинув голову и вперив взгляд в переносицу Дугина. – Что происходит на станции, Сергей? Почему нам без объяснения причин сковывают руки, а затем швыряют в камеру?