Мир темных

— Объяснись-ка, пожалуйста. — Голос старшего Дорина напрягся.

— Не хотел я жениться на тот момент, да и не было у меня на примете никого, кто бы подходил. Я не был влюблен…

— Ты бедную девушку обрек на такой позор? — Здесь сработала женская солидарность и династийное воспитание.

— Милена не такая, то есть… Она согласилась мне помочь по своим причинам. Ей тоже это было нужно, вы же помните, что потом произошло?

— Сенти? — Мать посмотрела на сына, будто тот мог, но не уследил за своим горячим и несдержанным в порывах старшим братом.

— Я ему не нянька! И к тому же согласен с ним. — Здесь Палу усмехнулся на насупленного брата.

— Так ты не женишься? — Йяла очень была рада, что Эфенов оставили ждать за дверью, и разговор зашел на эти темы.

— А где сейчас эта девушка? Ее далеко разместили?

Оба брата поникли.

— О, нет! Вы меня пугаете! — Йяла заломила руки. Ей трудно было сейчас видеть, как взгляды сыновей почернели, а выступившая горечь на их лицах обожгла ее щеки. Неужели они из-за нее оба так страдают? Возможно, она была хорошим человеком и сделала много добра, а они с ней так поступили. — Она мертва?

Сенти так дернулся от ее слов, как от пощечины, и это забеспокоило сердце Йялы. Она попала в точку? И неужели ее младший сын… Нет, этого не может быть! Она не могла понравиться ему. Не должна!

— Она не умерла. — Это было произнесено так твердо, без тени сомнения.

— Сенти, нам стоит что-то знать? — Отец мягко улыбнулся, но в этот момент в дверь постучались. Пэйн Дорин бросил беглый взгляд на дверь, потом на сыновей и жену.

По их немым взглядам видно было, что они не успели ни наговориться, ни насладиться уединенным обществом друг друга, но сейчас не то мирное время, что раньше. Делать, что хочешь, не получится. Пэр Дорин понимал это, как никто другой. Засиживаться никому не дадут. Жив, здоров, пришел в себя — тогда в бой. Отец был уверен: если сыновья кого-то оставили там в низинах, долго им с Йялой лицезреть их не придется. К тому же ему самому скоро вылетать. Жена знает это, молчит, но из рук не выпускает. Трудно ейпридется. Сначала он улетит, потом опять покинут сыновья. А ведь хорошие слухи есть, далеко отсюда, но есть. Грядет светлая армия. Знать бы еще точно об этом. На пороге стояли не Эфены, как все ожидали, а Ко Тэно и начальствующий, что пригласил пэра сразу к себе. Его представили как кармэйк Тайлин Ко Тэно. Такое звание для пэров мало о чем говорило, здесь у горцев свои правила и определения. Как все поняли, это брат самого Ко Тэно, а Тия Ко Тэно, получается, его племянница. Седой, вытянутый всегда по стойке смирно мужчина, где-то за шестьдесят. Разница, однако, у них с братом небольшая, но заметно, что в военном деле Тайлин преуспел гораздо больше, и выглядел старше. Они вошли, учтиво склонив головы и поздоровавшись со всеми Доринами. Заметив беспокойный взгляд Йялы, поспешили заверить, что явились ненадолго — лишь уточнить некоторые вопросы, связанные с последними событиями в низинах.

— Пэры, — он посмотрел на молодых, — я бы мог предложить вам зайти ко мне в третий корпус для разговора, но хотелось бы не медлить с этим. — Не стал скрывать свои намерения кармэйк.

Всем стало понятно, что посвящать Пэйна и Йялу в предстоящую тему не собираются. Зачем им лишние уши и переживания? Тайлин не привык размениваться попусту, все должно быть четко и предельно ясно. Дин Йяла поспешно подхватила мужа под руку, и они оба заторопились к выходу. Не хотелось уходить, но, возможно, эти пэры, что нарушили их уединение, быстро все решат и уйдут?

— Итак, — произнес старший Ко Тэно, когда дверь закрылась со стороны коридора. — Позвольте посвятить вас в некоторые соображения по поводу дальнейших действий. Я уже в курсе всего, что произошло. — Он сел за стол и многозначительно посмотрел на братьев, сейчас его выправка несколько поубавилась, видно, устал. — Насколько мне известно, вы с нами заодно. Я имею в виду, вы войдете в число тех, кто отправится спасать оставшихся после боя с темными. Вы понимаете, о ком я?

Понимали, и еще как! Они и сами головы ломали, как спуститься с этой горы и остаться живыми, чтобы спасти других.

— Да… — Братья откликнулись одновременно и весьма горячо.

— Тем лучше. Я собираю особый отряд, отдельный, независимый от основных. Я бы даже сказал, это личная инициатива. Как вы поняли, в этом интересы и ваши, и наши, к тому же еще одной семьи, так что у нас получится. Что вам известно о светлых? Они были с вами, а где теперь?

Палу с Сенти сами не раз думали над этим, и единственное, к чему пришли, — что их настолько мало сейчас здесь, что светлые не могут быть прикреплены к кому-то одному.Ведь в помощи и поддержке нуждаются и другие. А судя по дальновидности светлых, они прекрасно знают, кто именно нуждается — те, кто может спасти и других. Ко Тэно согласились. Такой ответ удовлетворил командующего, и он кивнул. Впрочем, другого варианта не было озвучено, а придумывать незачем.

— Завтра на рассвете вы вылетаете. — Ко Тэно посмотрел на младшего брата, тот кивнул. — Под началом Рэя Ко Тэно. Ваша цель — найти и вступить в бой, если нужно. Привезите их сюда, всех. И да, буду надеяться, что этот эльф тоже еще жив. Всего каких-то несколько месяцев, а мир перевернулся вверх ногами… — Грустно закончил он.

— Тайлин, сколько буйков нам выделят?

— Всего два, больше не могу. И то — они личные, ты же знаешь.

Сенти вышел, так и не высушив волосы, направляясь… собственно, он и не знал, куда идти. Но это неважно. Йяла Дорин побежала за ним.

— Сенти! — Поймала его у крыльца. — Подожди! Что с тобой? Тебя что-то беспокоит? Я вижу тебя сейчас совсем другим. — Она всегда думала, равно как и отец, что уж кто-кто, а младший оправдает все их надежды. Неужели война и весь этот переворот так поменяли ее сыночка?

Она спустилась за ним.

— Ты надолго? Ты не можешь сейчас уйти! Тем более, что завтра улетаешь. — Женщина чуть не плакала.

— Не надо, мама. Светлые не дадут нам проиграть. Все будет хорошо. — Он подошел, обнял ее и погладил по голове.

Йяла все же всплакнула и посмотрела на него.

— Неужели не нравится она тебе, такая тонкая, ранимая, настоящий эталон женской красоты? Увния — такая молодец.

— Нет. Выбирают сердцем. А мое сердце молчит.

— Ты полюбишь ее, она сможет влюбить в себя кого угодно. И я не просто так говорю об этом! За ней здесь уже пытаются ухаживать.

— Тогда стоит ее спросить, возможно, ей уже кто-то нравится?

— Сенти! Ну, почему ты упрямишься!? Присмотрись еще раз к ней.

— Я люблю другую.

Йяла оторопела, отстранилась и удивленно посмотрела на сына. Это уже сложнее. Придется ждать, когда внезапная любовь сына к незнакомке развеется, чтобы потом не вспоминать.

— Кто? — Выдохнула она.

— Невеста Палу. — И, развернувшись, ушел.

Пайка, вышедшая на крыльцо, стояла, не менее пораженная, чем Йяла.

— Это ты виновата, Пайка. Это из-за тебя у нас все беды. — Обиженный взгляд, граничащий с ненавистью, обжег ее, когда дин Дорин повернулась к ней.

— Ты винишь меня в бунте кумияров и нашествии темных? — Продавщица не собиралась принимать на себя всю вину их бед. И, вообще, сердцу не прикажешь. Если все так обстоит, как говорит Сенти, то она будет только радоваться за них. Лишь бы Милена отвечала тем же. По ее мнению, Сенти — лучшая партия для нее, чем Палу.

— Возможно, в этом и ты тоже виновата. Я уже не знаю. Учитывая то, что ты скрывала многие годы свою причастность к магам. К тем, кто остался только в легендах и в умах мечтателей, желающих обладать хоть толикой этой силы.

— Ты прекрасно знаешь, Йяла, что моей вины ни в чем нет.

— Ты привела ее к нам! Ты познакомила ее с моими сыновьями. Ты обманула, сказав, что это твоя племянница!

— Да, в этом моя вина, а ваша в том, что не даете выбора своим сыновьям, навязывая годами то, что желаете в них видеть! Не стоило устраивать против воли Палу весь этотпоказательный бал! Мальчик наверняка вас предупреждал, и не раз, что не готов жениться, и к тому же не нашел еще свою избранницу! И он, в конце концов, не принц, чтобы так стараться! Но вы со своим тщеславием так старались выделиться и всем показать, какое тесное у вас общение с королевской семьей!