Миростройцы

В плане добычи вещества звезда Ро-Пи была простой, потому как содержание в ней чего-либо кроме водорода и гелия составляло сотые доли процента. Когда "начинка" была более обильной, звезда приобретала сложную структуру, из-за чего внуренние части могли оказаться в оболочках, препядствующих выходу энергии наружу. Ясное дело, что пробивать надутый шарик термоядерной плазмы, даже ничтожным уколом установки, дело весьма чреватое.

– Ну чтож, медведи и цикломены, - цокнула стандартную фразу Ратика, когда грызи пробрыляли все режимы самоходки, - Шахта почти запущена, всем хруродарствия. Особливо миростройцам... как будет какая нужда в песке, заходите. Все могут отправляться по своим местам.

Кивнув ушами, миростройцы вернулись на свой фрег, на коем и стартовали на Базяню, заодно проверив запуск кораблей с рабочей орбиты шахты.

После того, как "малина" начала уверенно самостоятельный рост, платформе на Широком Гусином Клюве Удачного Начала предстояло снова перестраивать производства. Дело в том, что комплекс имел собственные ресурсные базы, что, учитывая ожидаемый дефицит материала, было вообще в пух. Автоматика не только перерабатывала сырьё, но и строила собственные ресурсные баржи, способные летать по системе и ковырять вещество, выброшенное в пространство. Грибыш даже прицокнул и чуть не вспушился, когда увидел, что ягода успела напухячить двенадцать стометровых посудин, стоящих на стыкузлах.

Стояли они отнюдь не зря. Как это уже было цокнуто, "малина" являлась обычным автоматом и не обладала никакими зачатками разума, вслуху чего никак не могла уверенно отличать железный астероид от корабля или платформы, в которых тоже полно железа. Воизбежание, программа предуслышивала установку особых маяков, которые кстати комплекс сам и делал, дабы их периметром обозначить район, где любое обнаруженное вещество следует считать добычей. Чтобы не наводнять галактику шатающимися ресурсерами, глотающими всё подряд, программа предуслышивала надёжный механизм контроля и работу только при действующих маяках. Главное, чего следовало опасаться - это вывёртывания периметра, когда машина начинала считать огороженый район Вселенной, а Вселенную - огроженым районом.

Фрег, особенно с гравгенами, уверенно хватал маяк и волок его на нужное место, так что проблем с установкой не последовало. Грызи отчертили только узкий сектор, в котором находились платформы, а всё остальное отдали на пастбище авторесурсеров. Друг друга и "малину" они опознавали, да и гоняться за пролетающими кораблями не будут - в нулевых, потому что не догонят. Восьмиугольные длинные баржи, дымя выхлопом, теперь вылетали с комплекса и шурудили по окрестностям, как хомяки по полю - да собственно, поведение и правда было сходное. Ягода выпускала и другие типы ресурсеров - очистители, разведчики, капсуломёты, и всё это хузяйство вскорости казало бока на т\э, мотыляясь по системе.

На этом этапе таки наступила надобность в помощи быдрукцев. Малиновые баржи хорошо всасывали астероиды и пыль, но не могли разбирать на части планеты, а в них содержалось большее количество залежей. Уже пострадавший от залпа Сток-Пиле следовало взорвать полностью, превратив в стабильное облако обломков - тогда снабжение пойдёт полным ходом. Впринципе, миростройцы и сами бы справились, наскребши бобров на аннигиляционный заряд для грунтовых работ и как-нибудь запихнув его в центр планеты, однако это сильно задержало бы процессы.

Сей зацок заставил почесать уши. Бруньки, даром что их было четверо, для вспашки не годились вслуху относительно малой мощности, а "Кочанный Огурец" пожалуй не взялся бы сразу разбрылять такенный шарик. Однако, тамошние грызи были не прочь поразмяться, так что подумали головами. План состоял в том, чтобы в режиме когерентного луча... ну бишь, сильнорежущего луча, разрезать планетку на половины, как арбуз. Однако рассчитывать на то, что она от этого развалится пополам, нельзя - планета держится не на прочности, а на силе тяжести, тянущей вещество к центру. Планировалосиха сделать прорези, через которые в ядро накачивалась энергия, превращая его в плазму, и эта плазма своим давлением располовинит сферу.

Однако плану был дан отвод со стороны Рижи, которая просчитала значения и доказала, что внутреннее давление не дурак, и обязательно выбъет где-нибудь относительно небольшой кусок для выхода, а не будет расталкивать громадные массы. Пришлосиха обращаться к старому способу выбивания вещества, делая каждый раз кратер по десятку километров в диаметре и поднимая в пространство триллионы тонн массы. Это было даже более в пух, потому как раздробление сразу всей планеты наверняка засорило бы систему кучей отлетевших кусков, напух не нужных. Пройдясь вокруг Сток-Пиле, Ёлочка вспахивала слой примерно на пол-километра глубины, что обеспечивало ресурсерам работу на многие месяцы.

Посаженная в благодатную почву, ягода начала интенсивный рост, практически не отставая от оптимальных темпов. Одновременно достраивались производственные линии для роликов, и заменялись старые изношенные блоки. Тем не менее, даже в максимальных темпах процесс занимал несколько лет, которые следовало прожыть - просидеть их просто так не получится, и наличие жыма оказалось крайне в пух. Наскоро сваренная в своё время бочка подумала было коробиться, но на неё наплавили сверху ещё пол-метра композита и поставили стягивающие конструкции, чтобы прослужила ещё лет допуха сколько.

Когда стало достаточно очевидно, что ягода - да, причастные грызи, и в самую нулевую очередь Грибыш с Рижей, стали копать в направлении того, чем они собираются заполнить первый из роликов, каковой вырастет на малиновом кусте. Комплекс делал планетоиды в законченном виде, по умолчанию насыпая туда почвогрунт, но само собой, не сажал автоматически семечки. Семечки грызи набрали на базаре на Камышиде - том самом, куда их пытались затащить лисы, когда "График" впервые оказался в системе. Теперь предстояло превращать их в рассаду и саженцы. В мирхузе конечно прожадят и саженцы в любом мыслимом количестве, но их трудоёмко возить на межзвездье, да и вообще, свой песок ближе к пуху. Во время посещения Лапамуфа грызи зацокнулись, что было бы в пух набрать посевного материала местной флоры, и думается, это не осталосиха незамеченным.

Таким образом, жым на Базяне почти полностью превратился в участки, на которых росли сотни саженцев деревьев - к тому времени, как их можно будет пихать на место, они будут по крайней мере метра в три высотой. Где не стояли ровные ряды молодых ёлочек и берёзок, как это ни покажется странным, сидели кусты, которым тоже нужно время, чтобы вырасти из семечка с пылинку размером. Яркая зелень радовала ухо, но и возни прибавилосиха неслабо - благо, возни с производством наоборот, убавилось. Когда с "малины" срезали косяки, она стала пыхтеть гораздо ровнее и требовала куда меньше внимания. Весь громадный комплекс мог управляться тремя-четырьмя грызями, при условии постоянной выплаты внимания.

Остальные же белко-часы тратились на увеличение этого самого посевного фонда. Пересланные с оказией посылки с малой Родины распечатывались, ржалось над вложенными пожеланиями, после чего семечки попадали в проращивание. Грибыш зачастую лично рассыпал их по поддонам с водой, а потом сцеживал оттуда и рассаживал в мелкие ячейки с почвогрунтом. Рижа, кстати цокнуть, хоть и носилась вдоль рядов растюх, радостно цокая и подпрыгивая, держала себя в лапах и про малинник не забывала.

Другие же пуши, будучи ещё более вспушёнными, не забыли даже о своих планах усиления бдительности. Ранний план сооружения станции передачи данных и пусковых установок зондов был подкорректирован и претворён в жызнь. Среди дальней россыпи мелких астероидов, не интересных в пищу, на одном из камней была заныкана станция. Она принимала информацию с пассивных локаторов, расставленых по системе, равно как и с локаторов кораблей, и формировала общий тактик-экран, что гораздо полезнее наличия звена истребителей.