Мисс совершенство

Эйвери без устали бегала из кухни в обеденный зал, к бару и обратно — рыжеволосый сгусток энергии в коротком зеленом платье. Ее шею украшала цепочка, на которой висело дешевенькое пластиковое кольцо.

Наконец Хоуп решительно остановила ее, сжав в объятьях.

—Все вроде бы нормально, — озабоченно произнесла Эйвери. — Нормально, да? Есть кое-какие неувязки.

—Все в полном порядке, неувязок никто не замечает, — успокоила подругу Хоуп.

—Мы делаем все, чтобы их устранить. Свечи на столе, приятная музыка, вкусная еда и хорошая компания.

—Ты достигла своей цели, Эйвери, можешь не сомневаться. Добилась успеха, так же как с «Вестой». Посетители будут валом валить.

—Да, на завтра все столики заказаны и на послезавтра тоже. Видела, как люди на улице останавливаются и заглядывают в окна?

—Ну конечно.

—Посмотри, Клэр танцует с Бекеттом, а мой отец разговаривает с Оуэном и Райдером возле бара. Моего бара, понимаешь?

—Понимаю. Он твой и к тому же очень красивый.

—А на одном из моих барных стульев сидит мой жених. Он такой лапочка! Мы поженимся и будем жить счастливо до конца дней.

—Это я вам гарантирую. Эйвери, я так рада за тебя, так тобой горжусь!

—Все самые дорогие мне люди собрались сегодня в этом ресторане. В моем ресторане. Что может быть лучше? Ну все, иди выпей шампанского. Я должна кое-что проверить.

Хоуп сочла предложение подруги дельным и направилась к барной стойке, возле которой сидел Райдер. При виде ее он слез с высокой табуретки, а в ответ на вопросительную улыбку Хоуп махнул рукой.

—Присаживайся. У тебя, наверное, лодыжки уже отваливаются.

—Мои лодыжки сделаны из стали, но все равно спасибо за заботу. — Хоуп изящно села.

—Будьте добры, шампанского, — обратился Райдер к бармену. — Ты сегодня искришься, как шампанское.

—Спасибо, ты тоже неплохо выглядишь.

—До Вилли Би я не дотягиваю.

Отец Эйвери в темном костюме-тройке и в бабочке в мелкий горошек смущенно зарделся.

—Брось, Райдер.

—Где Эйвери? — обеспокоенно спросил Оуэн.

—Сказала, что должна кое-что проверить, и ушла.

—Надо ее усадить хотя бы на пять минут, — решительно произнес Оуэн. — Я позабочусь об этом.

После того как Оуэн ушел, Вилли Би улыбнулся, опустив глаза в кружку с пивом.

—Вижу, он любит мою девочку. — Здоровяк вздохнул, обвел взглядом бар. — А ведь это она сотворила такую красоту, моя малышка. То есть все вы, — поправился он и стукнул кружкой о кружку Райдера.

—Она работает как вол!

—Пойду скажу дочурке, что горжусь ею, — прогудел Вилли Би и тоже удалился.

—Он вовсе даже не пьян, — заметил Райдер, глядя вслед отцу Эйвери, — просто по-настоящему счастлив.

—Ну, когда он дойдет до кондиции, ему всего-то и надо, что пересечь улицу и завалиться в постель, — улыбнулась Хоуп. — Так что Вилли Би может позволить себе немного перебрать, если захочет. Сегодня большой день для Эйвери. — Помолчав, она добавила: — Для города и для всех нас.

—Согласен. — Райдер устремил на нее взор. — Большой день.

Праздник продолжался до полуночи, после чего все перешли в гостиницу на заключительную вечеринку, которая длилась еще час. К тому времени, когда Хоуп в последний раз за ночь поднялась по ступенькам, ее «стальные» лодыжки уже молили о пощаде. Она подумала еще об одном типично женском удовольствии: скинуть тесные туфли, выскользнуть из платья, полностью удалить макияж и нырнуть в мягкую постель к горячему, сексуальному мужчине.

Вместе с Райдером войдя в «Элизабет и Дарси», Хоуп увидела бутылку шампанского.

—Как я уже говорил, ты сегодня похожа на шампанское — такая же искристая. Давай посидим на террасе, выпьем по бокалу.

Значит, скинуть, выскользнуть, смыть и нырнуть переносится на потом, поняла Хоуп.

—Звучит неплохо.

Хоуп и Райдер вышли на террасу. Она присела на деревянную скамейку, уверенная, что он присоединится, однако Райдер отдал ей бокал, а сам подошел к перилам и облокотился на них. Нет, она уж точно не собирается стоять на эдаких каблуках.

—Знаю, эту фразу повторили за сегодня тысячу раз в разных вариациях, и тем не менее вечер получился чудесный, — сказала Хоуп.

—Да. Эйвери молодец, — коротко ответил Райдер и повернулся к ней лицом.

Он думал, думал много и напряженно и уже мог считать, что разобрался в себе. Однако сейчас, глядя на Хоуп, такую ослепительную, звенящую, как струна, с изящным бокалом дорогого вина в руке, он гадал, не сошел ли с ума. Королева красоты, городская жительница... Да, она переехала жить сюда, но столичный лоск никуда не делся, все это — аромат духов, стильно подведенные глаза, туфли, которые стоят дороже приличной циркулярной пилы, — неотъемлемо от нее.

—Ненавижу оперу. Никогда не слушаю оперные арии. — Он и сам не знал, почему брякнул эти слова, просто вырвалось.

—Я тоже.

—Не обманывай, ты любишь оперу.

—Терпеть не могу.

—У тебя есть эта штука для оперы.

Пригубив шампанское, Хоуп озадаченно сдвинула брови.

—Какая?

—Как его... такой специальный бинокль.

—Театральный бинокль? — Хоуп рассмеялась. — Признаюсь, есть, но он годится не только для оперы. Например, в него можно подглядывать за сексуальными парнями, которые в жаркий летний день работают на крыше без рубашек.

Губы Райдера дрогнули в улыбке.

—Вот как?

—В него еще можно смотреть балет и...

Его рот опять вытянулся в ниточку.

—На балет я тоже не хожу.

—Очень жаль.

—А кроме того, не перевариваю авторское кино, фильмы на иностранных языках и вообще все, что идет с субтитрами.

Хоуп склонила голову набок.

—Когда это я предлагала посмотреть авторское кино?

—Я предупредил на всякий случай. Да, и слезливые мелодрамы тоже ненавижу. — Решительно кивнув, Райдер сделал отрицательный жест. — Это даже не обсуждается.

Хоуп склонила голову на другую сторону, помолчала.

—А я бы с удовольствием посмотрела хорошую романтическую комедию. Одна романтическая комедия в обмен на два «экшена», идет?

—Возможно. Если там будут сцены с обнаженкой.

Определенно, этот мужчина умеет рассмешить ее, подумала Хоуп. Он вызывает у нее сладкую дрожь. Набрав в грудь побольше воздуха, она призналась:

—А я ненавижу футбол.

Лицо Райдера исказилось, как будто он испытал реальную физическую боль.