Мистер Блэк

Ветер поднимается, способствуя распространению пламени. Несколько пожарных прорываются через толпу, и мы должны отойти с их пути, чтобы позволить им пройти. Когда мы поворачиваемся, чтобы взглянуть на мужчин, пытающихся усмирить пламя, пока наши жизни буквально утопают среди обломков и дыма, она говорит:

— Некоторое время будет тяжело, Талия. Теперь остались только ты и я, как это было всегда.

— Я знаю, — отвечаю я и проглатываю возвращающуюся тревогу, царапающую мое горло. Нам придется спать в приюте сегодня и, вероятно, еще какое-то время, пока мы со всем не разберемся. У нас больше нет семьи. Тетя только что окончила школу медсестер, и это была ее первая работа. Даже с ее зарплатой, она зависела от дохода Уолта по столярному делу, которое на самом деле не стоит и выеденного яйца. Хорошо, что она никогда не узнает настоящую правду по поводу оплаты аренды квартиры и ее автомобиля. Мысль бросить школу и найти работу гложет меня изнутри. Школа — это мой единственный шанс поступить в колледж и сделать свою жизнь лучше… Тяжело вздохнув, я опускаю плечи и скольжу руками в карманы куртки, чтобы как-то укрыться от резкого колючего ветра.

Мои пальцы упираются во что-то металлическое, я хмурюсь, ощупывая этот предмет. Когда подушечкой своего пальца трусь о стекло циферблата, понимаю, что, наверное, он сунул их в карман перед тем, как я вышла из машины. Коварный угонщик автомобиля.

Моя печаль по Амелии очень тяжела для меня, я выгляжу такой слабой по сравнению с прочным стержнем моей тети. Она всегда была намного сильнее меня.

Она обнимает меня за плечи и спокойно говорит:

— Мы вместе, и мы получим помощь. Я знаю, у нас все будет в порядке.

Однажды.

Я крепко сжимаю часы в кулаке, ощущая металл. И это все у нас уже есть. Спасибо за радугу, Блэк. 

Глава 1

Восемь лет спустя

— Вставай, соня, — говорит Кэсси, ударяя по моей заднице, перед тем как сесть.

— Ой! — я рывком поднимаю голову, утренний солнечный свет, заставляет меня прищуриться, пока смотрю на нее сквозь рыжую спутанную гриву волос. — Что с тобой? Солнце едва поднялось. Я не собираюсь на пляж в такую рань, там, возможно, слишком холодно.

Шелковистые черные волосы Кэсси струятся по плечам, она хихикает и срывает с меня одеяло.

— Я знаю настоящую причину, по которой ты приехала со мной на весенние каникулы в Хэмптон. Из-за Блэйков. Ты должна сказать мне спасибо, потому что я собираюсь осуществить твою мечту.

Упоминание Блэйков тут же приковывает все мое внимание; растирая гусиную кожу на своих руках, я быстро сажусь.

— Как ты узнала?

Кэсси плюхается на кровать рядом со мной.

— Я же твоя лучшая подруга, — взмахнув рукой в роскошной спальне и показывая на французские двери, ведущие на пляж, она продолжает: — Я прекрасно понимаю, что бездельничать здесь со мной для тебя что-то новенькое. Ты не так обычно проводишь весенние каникулы.

Я качаю головой и фыркаю, она знает меня настолько хорошо. Поскольку тетя Ванесса отбыла в свой многодневный круиз со своим новым мужем, я могу не ехать домой, чтобы подработать и иметь дополнительные наличные деньги, как делала в прошлые разы. Только лишь потому, что моя тетя удачно вышла замуж в прошлом году, я не собираюсь перестать упорно трудиться. Эта возможность просто дает мне больше времени заняться и работать на свою карьеру, ну... будущую карьеру. Газета колледжа — моя «работа» сейчас, даже если мне не платят.

— Согласна, виновата, но как ты узнала о Блэйках?

Она поджимает губы и разглядывает свои ногти.

— Я последовала за тобой в тот день.

Моя спина выпрямляется и становится прямой, как струна. Я заставляю себя расслабиться, обнимаю подушку, и чувство вины завязывает в узлы мой желудок.

— Я действительно хочу провести немного времени с тобой, Кэc. Дело просто в том, что... Я не могу упустить эту возможность, чтобы она прошла мимо меня. То, что я могу раскопать, что случилось с Миной Блэйк, поможет мне осуществить мою мечту — работать в «Требьюн», когда я получу диплом в мае, — скорчив рожицу, я пожимаю плечами. — Не то чтобы в тот день моя попытка приблизиться к Блэйкам принесла хоть какую-то пользу. Я не смогла миновать отца, чтобы увидеться с Миной. Я попробовала вчера снова в городском ресторане, но ее два старших брата не дали мне такой возможности. Они не подпустили меня на расстояние ближе двадцати футов. Они защищают ее, словно ястребы.

Светло-карие глаза Кэсси вспыхивают и возвращаются обратно ко мне.

— Может, ее соседка по комнате действительно совершила самоубийство, и из-за этого Мина отказалась посещать колледж. Возможно, семья просто защищает ее, Талия.

— Нет, там нечто большее. Я просто чувствую это. Слишком много слухов ходит по всему университетскому городку. Рассказывают, что «Блисс» теперь усиленно распространяют.

— «Блисс»?

Я киваю.

— Усовершенствованная и очень дорогая форма экстази. Мина может рассказать гораздо больше. Я хочу просто узнать, что с ней произошло. Если хоть малая доля этого — правда, то я совсем не понимаю, почему обе девушки принимали участие в распространении наркоты. Они обе из богатых семей, ни одна из них не нуждалась в деньгах.

— Может быть, они сами принимали наркотики, — говорит Кэс.

— Я не слышала никаких слухов об употреблении наркотиков.

Просто наркота. Но что заставило их пойти на это? Должно быть, что-то большее. Память возвращает меня к Уолту, дышащего пивным перегаром, когда он хватает меня за рюкзак и запихивает коричневый пакет для ланча внутрь, разворачивая меня к себе лицом:

— Передай это содержимое плотнику, моему приятелю, по дорогу в школу, Талия. Он будет ждать тебя у ворот парка.

— Но я не хожу в ту сторону.

— Сегодня пойдешь, — огрызается он. — И в любой другой день, когда я попрошу.

— Но я опоздаю в школу.

— Выходи раньше. Кто, ты думаешь, оплачивает медицинскую школу твоей тети? Так что закрой свой гнусный рот и иди.

Потрепанного вида парень в бейсболке расклеивает афишу своими потемневшими пальцами, затем отталкивается от забора, когда я появляюсь.

— Ты принесла, малыш? — хрипит он, вырывая рюкзак, который я снимаю с плеч и передаю ему.

С чернотой под ногтями, он больше похож на механика, чем на плотника. Мой взгляд останавливается на «H» и «F», отпечатанных на его руке, пока он роется в моем мешке. Я узнаю эту эмблему ночного клуба «Hounds and Foxes» (прим.
– гончие и лисы), только знак «&» между буквами перевернут в неправильную сторону. Почему ночной клуб использовал штамп с перевернутым знаком? Неужели они не знают, что это неправильно?

— Какого черта ты высматриваешь? — рычит он.

— Ничего, — я пожимаю плечами и ухожу.

Чувство вины сейчас заставляет краснеть мои щеки, пока все эти годы я играла роль дилера. Только пару месяцев спустя я поняла, что это был не плотник, когда наконец набралась храбрости и заглянула в рюкзак после того, как вышла из дома. Голубые, розовые и белые таблетки заполняли полиэтиленовые пакеты внутри. Теперь это многое объясняло про собутыльников Уолта и их «берлогу». Ублюдок и его дружки занимались распространением наркотиков.