Мои бессонницы

Царевна рыдает на кухне и пьет вино,

Бессильно хранит под кремом свои морщины,

Не видя дверей, по привычке идет в окно,

Восторженно вслед ей привычно свистят мужчины.

Ей тридцать -- стройна, горделива и хороша,

Бесспорно успешна, бесспорно она красива,

Но все ж до сих пор не спокойна ее душа,

Все ждет -- кто ж склонит перед нею три четверти мира?

Октябрь

Осенью хочется чая -- сладкого и с лимоном,

Чтоб притупить отчаяние времени перелома.

Осенью нужно яркое -- солнце, пальто и сумка,

Чтобы фруктово-ягодным развеселилась скука.

Осень -- пора вальяжности, лени и постоянства,

Некой природной святости перед погодным хамством.

Осень -- спокойно-томная, смыв новомодный глянец,

Бросится, непокорная, сердцем в прощальный танец.

О рубашках и пуговицах

Не рвите на груди рубашку

Вам разве пуговиц не жаль?

Ведь жить с душою нараспашку

Весьма опасная мораль.

Кинжал отравленный иль шпага

Уж устаревший реквизит.

Сейчас острее всего Правда

Она и отнимает жизнь.

Жестокий мир, жестоки люди,

И открывая сердце всем,

Себя мы зачастую губим

Или становимся никем.

Так что же, жить в глухом подвале,

Не отпирая солнцу дверь?

А вы когда-нибудь встречали

Веселым смехом новый день?

И утомленные любовью

В кольце из сильных теплых рук,

Вы засыпали, когда солнце

Свой только начинало круг?

Ах, нет! Ну что же -- ваше право

Бояться правды как огня.

Идти по жизни шагом здравым

И помолиться за меня...

Плохой характер -- рвать рубашку,

И пуговиц бывает жаль.

Ведь жить с душою нараспашку

И, впрямь, опасная мораль.

Тихо-семейное

Тишина в квартире,

Кошка лижет лапу.

Без пяти четыре,

Мягко светит лампа.

Свет рождает тени,

Книга на исходе.

Завтра будний день,

И замерзли ноги.

Я в постель привычно --

К теплому-родному,

Так щемяще-лично

Я прижмусь щекою.

За окошком звезды

Тихо догорают.

В твою руку -- носом,

И сплетясь ногами.

Рисунок

Росчерк души на белой бумаге

Непогрешим и светло-наряден.

Ярко, навзрыд и тонко-тревожно,

Делая вид, что это несложно.

Образов нить -- по лесенке в гору

Ноту сменить -- и будут повторы.

Тонкая кисть увидит все точно:

Девственно чист и нагло порочен

Наш с вами мир. Графически четко

Черное в белом. И белое в черном.

Головой о стену?

Головой о стену -- можно,

Только вот жалко лоб.

Чувства мои стреножены,

Скачут за поворот.

Недомечтать немыслимо

В самом конце пути,

Позже приходит истина --

Может быть, обойти

Стену за пару лет?

Пусть не простой и быстрый,

Но я дождусь рассвет.

Клетки

Поцелуй меня крепко-крепко --

Я сегодня сломала клетку.

Поцелуй меня очень нежно --

И зачем нам нужна одежда?

Поцелуй меня напоследок --

Раз не можем мы жить без клеток...

Странно-любовное

Я тебя понимаю -- твое небо затянуто черным,

Я тебя отпускаю, хочешь падать, ну что же -- лети!

Я тебя принимаю такою как есть -- непокорной,

И смертельно уставшей на этом безумном пути.

Если будет рассвет -- ты его растревожишь слезами,

Если солнце навзрыд -- ты его опошлишь синевой.

Непроверенный бред сладковато-банальных сказаний

Непредвзятость побед -- слишком слабый девиз боевой.

Плакать нужно навзрыд, а смеяться до слез и морщинок,

Непродуманность фраз и неважность вселенских основ.

Ведь не факт, что убит, даже если и целились в спину

Снова сложится пазл, ты вздохнешь и вернешься, любовь.

Настоящее счастье

Настоящее счастье -- ты знаешь, что это такое?

Настоящее счастье -- абстрактное, в общем, понятие.

Настоящее счастье -- слепящее или простое,

Как цветная субстанция с ярко-безумными пятнами.

Словно шаг по дороге, где "нет" симметрично сомнению,

Как ребенка рождение -- боль и на части сознание,

Ну а после -- улыбка, подобна Христа воскрешению.

Настоящее счастье, как истина -- правильно-странная.

Или жажда призвания, та, что стучится неистово.

Пусть нелегкая, пусть даже сложно-нечистая,

Только миг торжества так пронзительно-ярко прописанный,

Что всегда искупает те годы -- бессонно-тернистые.

Настоящее счастье -- фантом иль награда достойному?

И стремясь получить все избито-исконные малости,

Мы подчас забываем, что счастье -- не фишка настольная.

Настоящее счастье так часто мы путаем с радостью.

Одиночество

Знаешь, а я ведь люблю одиночество.

Просто уютно свернуть тишину.

Мне иногда так бессовестно хочется

Выключить мир, чтоб спокойно уснуть.

Думать открыто и незаморочено,

Боль исцелить, что течет через край.

На брудершафт со своим одиночеством

Выпить из чашек заваренный чай.

И отдышавшись во внутренней вотчине,

Кнопку на "Play" -- настежь двери открыть.

Очень легко ведь любить одиночество,

Зная, что есть с кем его разделить.

Время