Молния
Шрифт:
– Скажете, - ответила Лора.
– Вы, может, и думаете, что не скажете, а все равно все выложите. Вот если вы им ничего не скажете, тогда не будет и полицейского отчета и статей в газетах, а без этих письменных свидетельств бандитам не найти меня.
– Что за чепуху вы несете?
Лора наклонилась и поцеловала его в щеку.
– Некогда, доктор. Спасибо за помощь. Да, простите, но мне нужно кресло.
Он сложил кресло и спрятал его в багажник. Сирены теперь заливались со всех сторон. Лора села за руль, захлопнула дверь.
– Пристегнись, Крис.
– Уже сделано, - ответил он.
Лора повернула налево, выехала на другую улицу, где несколько минут назад промчалась полицейская машина, подальше
3
В три пятнадцать утра Лора была в Ривер-сайде, нашла незапертый "Бьюик" на тихой улице в жилом районе, переместила в него своего хранителя с помощью кресла и бросила "Олдсмобиль". Крис проспал всю эту операцию, и Лора перенесла его на руках из одной машины в другую.
Через полчаса, уже в другом месте, измученная и засыпавшая на ногах Лора с помощью отвертки из сумки с инструментами, которая нашлась в багажнике "Бьюика", отвинтила номера с "Ниссана". Она поставила их на "Бьюик", а номера "Бьюика" спрятала в багажник, потому что в конце концов полиция начнет разыскивать "Бьюик" с его собственными номерами.
Может пройти дня два, прежде чем владелец "Ниссана" заметит пропажу номеров, и, даже если он сообщит в полицию, это не будет событием, поскольку основное внимание уделяется поиску украденных машин. Номера же частенько снимают подростки, которые считают это безобидной проделкой, или сбивают хулиганы, и поиск номеров не является первоочередной задачей для загруженной полиции, которая с трудом справляется с кучей действительно серьезных и тяжелых преступлений. Этот полезный факт Лора также почерпнула из справочного материала во время работы над одной из своих книг.
Она также надела на раненого свитер, шерстяные носки и ботинки, заботясь, чтобы он не простудился. В какой-то момент он открыл глаза, посмотрел на нес, позвал по имени, и ей показалось, что он пришел в сознание, но тут же снова погрузился в забытье, бормоча что-то непонятное.
Из Риверсайда Лора направилась в Йорба-Линду в округе Оранж, где в четыре пятьдесят утра остановилась на стоянке у одного из супермаркетов, рядом с заправочной станцией компании "Гудвилл". Она выключила фары, заглушила мотор и отстегнула ремень безопасности Крис, повиснув на своем ремне и привалившись к двери, спал крепким сном. Ее хранитель на заднем сиденье был по-прежнему без сознания, хотя дышал с меньшим хрипом, чем до посещения доктора Бренкшоу Лора собиралась не спать, а только немного отдохнуть, закрыв глаза, чтобы собраться с мыслями; но через минуту погрузилась в сон.
Что ей могло присниться, если она убила по крайней мере трех человек, сама была мишенью для выстрелов, выдержала долгую погоню? Разве только сны о смерти, изувеченные тела, кровь и сухой треск автоматных очередей в качестве музыкального сопровождения кошмара. Ей могло присниться, что она лишилась сына, который был лучом света в окружавшей ее тьме, - он и Тельма - она не представляла себе жизни без них. А вместо этого ей приснился Данни, и это был чудесный сон. Данни был живой, и они вместе радовались продаже "Седраха" за миллион долларов; Крис тоже был с ними, и ему было восемь лет, хотя в то время он еще не появился на свет; они праздновали свою удачу в Диснейленде, снимались вместе с Микки Маусом, в Павильоне гвоздик Данни клялся ей в вечной любви, рядом Крис болтал на странном, непонятном языке, которому его научил Карл Доквайлер, сидевший с Ниной и отцом Лоры за соседним столиком, а поблизости удивительные
двойняшки Аккерсон ели клубничное мороженое...Она проснулась в восемь двадцать шесть, проспав более трех часов, чувствуя себя отдохнувшей не только после сна, но и той счастливой встречи, которую она извлекла из глубин подсознания. Яркие солнечные лучи проникали с безоблачного неба внутрь машины, вспыхивали бликами на хромированных частях. Крис продолжал спать. Человек на заднем сиденье по-прежнему был без сознания.
Лора рискнула дойти до телефонной будки у супермаркета, не упуская из виду машину. Она набрала номер Иды Паломар, учительницы Криса, которая жила в Лейк-Эрроухед, и предупредила ее, что они будут отсутствовать до конца недели. Лора не хотела, чтобы ничего не подозревавшая Ида явилась в изрешеченный пулями и забрызганный кровью дом, где, без сомнения, трудятся в поте лица судебные эксперты. Она не сказала Иде, откуда звонит, хотя не собиралась долго задерживаться в Йорба-Линде.
Она вернулась в машину и сидела зевая, потягиваясь и растирая затылок, наблюдая, как ранние покупатели входят в супермаркет. Она проголодалась. Крис проснулся минут через десять, с трудом открыв заспанные глаза, и Лора послала его купить булочек и апельсинового сока на завтрак, не совсем подходящее меню, но обеспечивавшее достаточное количество калорий.
– А он?
– Крис показал на раненого. Лора вспомнила предупреждение доктора Бренкшоу об опасности обезвоживания. Она также знала, что не может насильно его поить в бессознательном состоянии: он мог захлебнуться.
– Хорошо... Возьми еще апельсинового сока. Может быть, я смогу его разбудить.
– Когда Крис выходил из машины, она добавила:
– Купи что-нибудь на обед, из того, что не порти гея, хлеб и банку арахисовой пасты. Купи еще баллончик дезодоранта и шампунь.
Крис ухмыльнулся.
– А почему ты запрещаешь мне такое меню дома?
– Потому что, если ты не будешь хорошо питаться, у тебя, малыш, перестанут развиваться мозги.
– За нами гонятся наемные убийцы, а ты жалеешь, что не взяла с собой микроволновую печку, запас свежих овощей и поливитамины.
– Если я тебя правильно поняла, ты считаешь меня хорошей матерью, но чуточку наседкой? Принимаю комплимент и учитываю критику. А теперь иди.
Он хотел закрыть дверь.
Лора сказала:
– Послушай, Крис...
– Знаю, - откликнулся мальчик.
– Будь осторожен.
Когда Крис ушел, Лора завела мотор и включила радио, чтобы прослушать девятичасовые новости. Она услышала сообщения о себе: перестрелка в доме у Биг-Бэр, сражение в Сан-Бернардино Как большинство подобных сообщений, оно было неточным, несвязным и лишенным смысла. Но оно подтвердило, что полиция ищет ее по всей Южной Калифорнии. Репортер объявил, что власти надеются ее скоро обнаружить, так как ее хорошо знают в лицо.
Она была глубоко удивлена, когда Картер Бренкшоу признал в ней известную писательницу Лору Шейн. Она не считала себя знаменитостью, она была просто рассказчицей, выдумывала истории, используя все богатство языка, объединяя слова в стройную систему. Она лишь один-единственный раз совершила рекламную поездку при выходе одной из первых своих книг и осталась ею недовольна, считая ее бесполезной. Лора редко принимала участие в телевизионных программах. Она никогда ничего не рекламировала по телевидению, никогда публично не выступала в поддержку политических деятелей и вообще старалась держаться подальше от того театра, каким являются средства массовой информации. В соответствии с традицией она разрешала помещать свою фотографию на суперобложке своих книг, потому что не видела в этом вреда, и теперь, в возрасте тридцати трех лет, она без ложной скромности могла признать, что действительно очень привлекательная женщина, но ей и в голову не приходило, что "ее хорошо знают в лицо", как об этом объявила полиция.