Молох

— С каких пор за кражу из кармана мы лишаем жизни себе подобных? — Грозно отозвался тот, что обозвал Анхеля щенком.

— Вам лучше спросить об этом владыку Прадипа. — Отбил Анхель.

— Не сомневайтесь, так и сделаем. Но, что вы лично думаете на этот счет? И что думает владыка Хетт, ведь убитый был у него на службе? — Хайтауэр ненароком взглянул на часы. Тьма сумерек уже пробралась в палатку, и женоподобный изящным движением руки щелкнул выключателем электрической лампы. Свет резанул Анхелю глаза, и ему стоило усилий подавить защитный инстинкт, заставляя себя смотреть в темные лица до рези в глазах.

— Эта земля — обособленное структурное подразделение Азиатского дома. Здесь находят приют члены братства, заразившиеся инфирмой, и желающие вести мирный образ жизни при свете дня. Для сохранения автономии монастыря и предотвращения распространения болезни азиатский владыка ужесточил правила для нарушителей границ резервации Бранденбург. За посягательство на жизнь Кардинала ждет казнь. Все чего мы хотим, это мир и уважение к нашим границам! — Выдавал заученный текст Анхель.

— Да-да, все это мы уже слышали от Аргия пятнадцать лет назад, когда он закрылся изнутри и засел там как крот. — Скучающим тоном проговорил Хайтауэр. — Но мы здесь не для того, чтобы отбирать вашу землю, чтобы он там не думал. Пусть Аргий выйдет к нам, мы потолкуем. Зачем он все усложняет, зачем этот маскарад? Он что, ролевик? Скучает по средневековой смуте? Вы там и моетесь раз в неделю в общей бане?

— Господин Аргий не имеет возможности покинуть стены Бранденбурга. И мы не откроем ворота для вооруженных солдат. — Отрезал Анхель.

— А может нам не ждать разрешения, а насадить тебя на копье и протаранить им ваши ворота как консервную банку?! — Заревел агрессивный, вскакивая с места.

— Хочу напомнить, что моя кровь это яд для чистокровных вампиров. Есть такие в ваших рядах? Уверен, найдутся. Поэтому вы отпустите меня, и я вернусь назад с вашими предложениями или без них. — Ответил Анхель, нагло глядя почти в упор взбешенному офицеру прямо в глаза.

На минуту в палатке повисло напряженное молчание, и Хайтауэр, смерив Анхеля с головы до ног оценивающим взглядом, кивнул “фотомодели”, чтобы тот вышел.

Вернулся слащавый с видеокамерой, которую установил на штатив в дальнем углу палатки и направил на говорящих. Индикатор у объектива плавно засветился оранжевым светом.

— Пожалуйста, представьтесь для протокола. — После секундного замешательства подсказал красавчик.

— Сари, Анхель. Член общины резервации Ушаково-Бранденбург и помощник Кардинала Аргия.

— И вы инфирмат? — Снова подсказал он зачем-то.

— Всё верно. Но какое это имеет значение… — Анхель постарался скрыть волнение, глубоко вдохнув.

— Законы Гару были написаны для вампиров, и на вас — не распространяются. Но пока вы представляете интересы вампира, вы тоже становитесь субъектом ночного права. — Пояснил красивый, добавив невзначай. — Пока он жив.

— Я владыка Европейского дома, тимарх Хайтауэр, выдвигаю ультиматум…, — на секунду он задумался, — вампиру, именующему себя Кардиналом Аргием. У меня есть сведения от проверенных источников, что Кардинал укрывает беглых преступников от правосудия, а также сам является преступником. И я требую права входа для меня и моих солдат на территорию резервации Бранденбург для тщательного расследования.

— Вас устроит дуэль? — Уточнил Анхель.

— Нет, что я дурак, сражаться с тысячелетним вампиром? Пусть выйдет, и мы поговорим. Либо пустит внутрь меня и мою охрану.

— А если этого не произойдет? — Анхелю можно было возвращаться, запись уже подтвердила нацеленность Хайтауэра на главу резервации. Его собираются убить с помощью ловушки, когда он выйдет, как и предполагал древний вампир.

— Тогда мы перекроем дорогу к резервации на неопределенный срок. И вы не получите человеческой дани. — Легко парировал владыка, улыбаясь той фальшивой улыбкой, которой демонстрируют любезность, но скрывают нож за спиной.

— О, у нас здесь большое войско, и его нужно регулярно кормить. — С кривой ухмылкой добавил злобный.

— Если мы не получим дань в обозначенные сроки, то выдвинем свои претензии к человеческой стороне. Вы разжигаете межвидовой конфликт! — Анхель старательно считал про себя удары сердца, но оно все равно начало биться быстрее, чем он хотел. Парень начинал терять контроль без видимых причин.

— А зачем инфирматам столько человечины? — Выдавил злобный. — Вы же не пьете их кровь.

— Наша система существует благодаря человеческому труду, к тому же мы снабжаем продуктами и полезными минералами близлежащие населенные пункты. Вы оставите их без еды! — Разговор нужно было заканчивать, потому что дальше Анхель касался вопросов, к которым был не готов.

— Эту проблему мы сможем решить. А что вы будете делать, если человечество встанет на нашу сторону? — Лукаво посмотрел на него владыка. — Когда Аргий начнет подыхать от голода, он выйдет. На этом всё. Было приятно пообщаться с вами, господин Сари.

Хайтауэр поднялся и махнул слащавому на пишущую камеру.

— Надеюсь, мы встретимся вновь при более дружелюбных обстоятельствах. — Сказал красавчик, обращаясь к Анхелю из-под ресниц с поволокой, отключив съемку.

— Я тоже. — Анхель учтиво поклонился и вышел.

По пути назад к машине, где остался щипать траву у обочины его длинноногий конь, он посчитал количество больших шатров, кроме того, в который привели его. Еще было три. Знамена отсутствовали. Но осада только начиналась, и могла продлиться до трагичного долго.

У одной из палаток он замедлился, пропуская патруль, чуть не угодив плащом в десяток грязных мисок для собачьего корма, когда за спиной вдруг послышался далекий гул. Анхель поднял голову вверх, озираясь.

— Вертолет. — Отозвался конвоир с усмешкой. — Не бойся, железная птица не питается хоббитами.

Он с довольным видом, погладил себя по животу, обнажив над верхней губой острые клыки. И продолжил путь.

Пополнение прибыло, догадался Анхель. На хвосту у вертушки был флаг Эфиопии и маркировка символами аэропорта Аддис-Абеба. На борту с большой долей вероятности могли находиться ещё до тридцати вампиров и сам тимарх Хетт, а встречаться с ним, чтобы ответить за убийство его подданного, было опасно для жизни.

Если так пойдет и дальше, подумал Анхель, то Бранденбург ждут голодные времена. Он на минуту даже порадовался за то, что Саше удалось сбежать. Хотя его мучало странное нехорошее чувство тревоги за нее, и, стараясь не подавать виду, он взобрался на коня и потрусил в сторону стены с задумчивым лицом.

— Эй, серьезный парень. — Из под руки услышал он, уже покидая территорию противника, ощущая взгляды сверлившие его спину. — Постой.

Тот красивый, что без слов понимал владыку Хайтауэра, догнал его, не запыхавшись.

— Чего тебе? — Буркнул Анхель, забыв о правилах приличия, чтобы поскорее отделаться от неожиданного поклонника.

— Там за стеной. Есть кто-то похожий на Кардинала? Как брат? — Спросил он, поравнявшись с лошадью, глядя на Анхеля снизу вверх. — Мальчишка-вампир?