Моргенштерн (сборник)

Он дошёл до конца. Два последних столбика венчали маленькие гермы из кроваво-красного вулканического камня: дракон и химера, готовящиеся напасть друг на друга. Когда мастер Неро представил ему проект, Антор долго не мог понять, каким образом красное может сочетаться с зелёным. Мастер, однако, настоял на своём и оказался прав.

За гермами находилась круглая площадка, огороженная каменными перильцами. За ними простиралась темно-зеленая гладь моря: площадка находилась на краю почти отвесной скалы.

Над водой клубилась легкая белесая дымка. Гpаница между моpем и ультpамаpиново-изумpудным небом была почти незаметна.

Антор устало опустился на мраморную скамью посреди площадки. Ощутив всем телом холод камня, влажного от предутренней росы, снова встал. Подошёл к перильцам, чтобы смотреть на море.

Сеpебpистая доpожка лунного света бежала мимо паpусов на pейде, мимо мола, чеpной тенью опоясывающего гавань, мимо скалистых остpовков Гряды, мимо недавно построенного маяка, бpосающего пучки света в стоpону океана. Морские птицы кpужили над гаванью, эхо их тоскливых криков металось в сыром воздухе.

Антор ощутил какое-то смутное беспокойство.

— Олле! — тёмный силуэт показался в аллее. — Я вас искал, Антор.

— Олле’ла, Сервин! Я не ждал вас так скоро, — Антор был слегка раздосадован тем, что его потревожили — и в то же время обрадован. Он уже успел изучить Сервина: тот не стал бы торопиться с дурными вестями.

Купец приблизился. Даже в слабом предутреннем свете по его лицу было видно, что он очень устал.

Антор указал гостю на мраморную скамью, и тот с явным облегчением развалился на ней, не обращая внимания на холод и сырость.

— Простите меня, Антор, но я только что с дороги, — Сервину было явно не до церемоний, — корабль вошёл в бухту три часа назад, и сразу же навалились куча дел, всего сразу не расскажешь. Надо было бы поспать, но я не смогу, да, не смогу заснуть, пока всего не переделаю. Учтите, на этот раз я выставлю вам счёт, который вас удивит.

— Потом, потом… Она согласилась? — домину не терпелось услышать главное.

— Она уже здесь, — Сервин выдержал паузу. — Я привёз домину Нелию прямо к вам. Я взял на себя смелость разместить её в вашем малом дворце. Но всё-таки я не понимаю, зачем вам это надо. Как я и предупреждал, она постарела и подурнела. Откровенно говоря, она почти старуха. Сомневаюсь, что она вообще способна зачать, и тем более выносить плод. Да, сомневаюсь.

— А она?

— И она тоже. Но сказала, что готова рискнуть. Она согласилась приехать только после того, как я предложил ей три дюжианды дюжианд дюжианд золотом. Вообще-то это безумие, — добавил он. — На такие деньги можно купить не самый плохой остров.

— Я был уверен, что Золотая Лисица не откажется от денег, — самодовольно заявил Антор.

— Нет, не только это… Она богата и ни в чём не нуждается. Скорее уж ей движет тщеславие, да, оно всегда было ей свойственно, — Сервин завозился на скамье, пытаясь устроиться поудобнее. — Как и вам.

— Пусть так, — Антор усмехнулся, — я могу себе это позволить. Я хочу быть отцом последнего ребёнка Золотой Лисицы.

— Как бы то ни было — счастливого соединения, золотого потомства, — вежливо завершил Сервин, после чего неожиданно широко зевнул. — Но почему всё-таки именно она? Есть женщины здоровее и моложе, не уступающие ей в популярности. Вот, например, эта новая женщина, Миу? Сейчас она блистает в Гонгуре. Я видел её, она юна и красива. Я уверен, что она станет очень популярной матерью, да, очень популярной.

— Скажите уж честно, Сервин, что вы увлеклись этой Миу как женщиной, и теперь пытаетесь сделать ей рекламу, — Антора позабавило провинциальное простодушие купца.

— Я никогда не путаю удовольствия с коммерцией, — проворчал Сервин, но было понятно, что стрела попала в цель.

— Говорят, на ваших родных островах существует обычай забавляться только с той женщиной, которая готова родить вам ребёнка? — поинтересовался Антор. — Простите меня, но я очень любопытен.

— Ну не так, — протянул Сервин, — мы не настолько дики. Хотя длительная привязанность к матери своего ребёнка вполне естественна… А Миу и в самом деле великолепна. Я закажу ей ребёнка. И заплачу ей достаточно, чтобы дать хорошее начало её карьере.

— Вот и славно. Дайте ей мешок золота, и пусть она родит вам умного сына или прекрасную дочку. А я предпочту потомство от Лисицы.

— Вы тщеславны, — Сервин снова зевнул. — Ещё раз простите, я очень долго не спал… и к тому же выпил вина. Иначе я бы свалился прямо на дороге… У вас, случайно, нет с собой глоточка чего-нибудь этакого? Я замёрз.

Антор протянул ему флягу с ромом.

Сервин приложил сосуд ко рту, сделал долгий глоток, закашлялся.

— А, новый напиток… крепкий, — он отхлебнул ещё, — но от него тепло… — ещё один глоток, — вот теперь хорошо. Но как же я устал!..

Он опустил руку и положил флягу на землю.

— Осторожнее с ромом, — предупредил Антор, — это коварное питьё. Тем более, вы уже пили вино…

— Пустяки, дорогой друг, в молодости я один выпивал три кувшина красного и потом всю ночь играл в кости, — отмахнулся Сервин. — А на последнем празднике у дома Сеназы я выпил не меньше, хотя вино было лучше, да, лучше…

— Кстати, как поживает старик? — почти невежливо перебил его Антор. — Говорят, у него какие-то денежные затруднения?

— Ну, золота у старого церрекса ещё хватает, — подумав, сказал Сервин, — но он перебарщивает с расходами. Сейчас он затеял перемену убранства во дворце, снос старых построек, и ещё кое-что по мелочам. Кстати, он очень интересовался строительством на Малой Гряде. Я постарался описать всё как можно подробнее. После чего мы заключили с ним ряд новых соглашений о поставках…

Антор усмехнулся.

— Пока что моему скромному жилищу далеко до дворца Сеназы, — признал он, — но придёт время, и оно затмит великолепием всё, что видела Арбинада. Я не пожалею расходов.

— А Сеназа не пожалеет расходов, чтобы этого не случилось, — тем же тоном отозвался купец. — По-моему, это безрассудство. К тому же за ним уже потянулись и другие. Например, дом Корел с Архипелага…

— Я там был, — презрительно скривил губы Антор, — дом Корел совершенно лишён вкуса и чувства изящного. Он всего лишь богат, не более того. И к тому же скуп. Представляете, он при мне торговался с каким-то купчишкой из-за нескольких брёвен чёрного дерева! Я не выдержал, купил эти брёвна сам и подарил их ему, чтобы только избавить себя от этого зрелища.

— Он никогда этого вам не простит, — серьёзно сказал Сервин. — Вы его унизили.

— Почему же тогда он их принял, да ещё и рассыпался в благодарностях? — огрызнулся Антор. — Этот скряга был явно доволен.

— Потому что он ценит деньги. Вы, Антор, совершенно не понимаете, что такое деньги, и тратите их без счёта. Вам следует ограничить расходы и больше думать о доходах.

— И это говорите мне вы, Сервин? — изумился Антор. — В конце концов, мои деньги идут в основном в ваш карман!