Мошенники

Она сложила пухленькие ручки на стол, запястья которых были украшены браслетами с драгоценными камнями, и побарабанила по столу ухоженными пальчиками, на каждом из которых сидело по кольцу с бриллиантом.

– Особенно это касается еды, – Моди фыркнула. – Чем ты питаешься?

И пока Артимус ошарашенно хлопал глазами, женщина подвинула к себе тарелку с омлетом, щедро посыпанного сыром. Подцепив плавленый сыр вилкой, Моди отвела руку в сторону, проверяя, насколько может растянуться нить.

– Закажи мне кофе.

Артимус растерянно стал оглядываться по сторонам, но не в поисках официанта. На элитном курорте Эсперанс, где миллионеров на один квадратный метр было больше, чем ракушек на пляже, обслуживающий их персонал был более чем расторопный, и к их столику уже бежала официантка. Но Кесло интересовало, заметил ли здесь Моди кто-нибудь еще, тем более в компании с ним. Но на что он мог надеяться? Конечно, если госпожа Триплетт и появлялась где-то, сие событие не могло пройти не замеченным. Даже в столь раннее утро, когда большинство богачей дрыхли в своих мягких постелях, в этом небольшом уютном ресторанчике на берегу моря нашлась пара-тройка представителей мужского пола, которые, как жирафы, тянули шею, чтобы лучше разглядеть вошедшую в зал яркую блондинку.

Артимус почувствовал недостаток кислорода. Нужно срочно развязать галстук.

Перегнувшись, насколько позволял его кругленький животик, Кесло обратился к женщине заговорщическим шепотом:

– Моди, что ты тут делаешь? – он не добавил «какого черта», хотя это и вертелось на языке.

– Приехала к тебе, – пояснила женщина, занятая омлетом.

Она подняла голову к подоспевшей официантке и вместе с кофе попросила принести мягкое мороженое.

– Пока добиралась сюда, вся взмокла, – пояснила она Артимусу, когда девушка удалилась выполнять заказ.

Собеседник тоже изрядно вспотел, только не из-за жаркой погоды. Он все еще не мог поверить, что видит перед собой эту женщину.

– Но как ты меня нашла?

– Земля слухами полнится.

– Но я завязал! – с диким отчаянием бросил он, а затем стал испуганно оглядываться по сторонам.

– Я тоже.

Головы всех мужчин в зале были направлены в их сторону. Моди почувствовала излишнее внимание к своей персоне со стороны противоположного пола и стала вести себя так, как всегда, в таких случаях. Зазывно выгнув спинку, так чтобы ее аппетитные формы приняли удачный ракурс, она поставила локоть на стол, оперлась подбородком на руку, слегка повернула голову в сторону возникших обожателей и продемонстрировала белозубую улыбку.

Эффект не заставил себя долго ждать – восхищенный гомон заполнил комнату. Артимус вынул из кармана платок, промокнул им взмокший лоб и стал обмахивать лицо.

– Собственно поэтому я и нашла тебя, Арти дорогой, – пояснила Моди, повернувшись к нему.

Теперь уже она подалась вперед, сложив свою большую грудь, спрятанную за стрейч-бархатом темно-сиреневого цвета и изумрудным колье на шее, на стол. Эффектный прием, действовавший безотказно на всех, кроме старого друга.

– Мне нужно где-то спрятаться, – проговорила женщина, изучая Кесло лисьими глазами. – А к кому мне еще обратиться в таком случае, если не к своему подельнику.

– Бывшему! – вспыхнул Артимус. – Бывшему подельнику, Моди!

Ему хотелось кричать, но он не мог, потому голос получился сиплым и даже визжащим.

– Вот я и говорю. Потому, когда встал вопрос, куда мне бежать, я сразу вспомнила про тебя, Арти. Отличное ты выбрал местечко, чтобы развернуться.

Моди окинула ресторан игривым взглядом. Кесло, который с первой секунды ее здесь появления, чувствовал тревогу, испытал состояние близкое к обмороку.

– Моди, я покончил со старыми делами. У меня теперь репутация. Здесь я работаю, имею дело с большими людьми.

– Мне уже начинает нравиться, – фигурный ротик женщины растянулся в сладкой улыбке. Глаза заблестели. – Это именно то, что мне нужно.

Артимус машинально ослабил галстук и расстегнул верхние пуговицы рубашки, чувствуя, как его поглощает огромная черная дыра ужаса. К чему заботиться о внешнем виде, если все пропало. С появлением здесь этой женщины все пойдет под откос. Все, к чему он стремился годами, над чем трудился и работал не покладая рук. Его репутация, связи с нужными людьми. Артимус почувствовал, как к горлу подступает ком.

Моди говорила, а ее приятелю казалось, будто она забивает гвозди на крышке его гроба.

– Последнее дело оказалось провальным: идиот, которому я продала очередное каменное убожество, именуемое «шедевром искусства», умудрился его демонтировать и почти вывез из города. И вот тогда я поняла, что надо заканчивать. Мне уже не двадцать, Арти…

Она подцепила вилкой очередной кусочек омлета. К тому времени чашка горячего кофе и мороженое уже стояли перед ней.

– … и даже не двадцать пять…

«И не тридцать», – подумал Артимус, но вслух ничего не сказал.

– … Пора уходить на покой. Все нужно делать вовремя.

– Но тебя разыскивают в целом штате. На твою поимку выдано пятьдесят ордеров!

– Уже пятьдесят? Выходит, у меня юбилей. Это стоит отпраздновать, – повернувшись, она бросила официанту: – Шампанское!

Артимус готов был завыть от отчаяния.

В этот момент к ним подошел официант с бутылкой элитного сухого вина.

– Это вам от джентльмена с того столика, – пояснил он и указал на щуплого коротышку с глупой улыбкой, который, когда Моди с благодарностью повернулась в его сторону, привстал со стула и приподнял шляпу в приветствии.

Кесло подался вперед и процедил:

– Но почему здесь? Почему в Эсперансе?

– Где же еще? Ведь здесь полно толстосумов, которые не знают, куда девать свои денежки. Мне пора определяться в жизни, а что может быть лучше, чем стать женой какого-нибудь до неприличия богатого господина?

Артимус вытаращил свои крохотные глазки.

– И что такого? – удивилась женщина. – Господь создал каждой твари по паре. Пора и мне найти свою тварь.

– Тебя же преследует полиция! Тебе необходимо где-то спрятаться, затаиться на время. Лучше тебе бежать на юг и укрыться в каком-нибудь крохотном провинциальном городке.

– Вот и полиция думает так же. Бьюсь об заклад, они сейчас исследуют все окраины страны, шарят по таким дырам, которых и на карте-то нет, и проверяют самые захудалые гостиницы. А кто будет искать меня здесь, у всех под носом, на самом дорогом курорте?

Артимус обреченно осел на стуле. Вся безнадежность ситуации обрушилась на его мясистые плечи. А ведь он еще молод, ему едва перевалило за сорок, и хотя его волосы на макушке изрядно поредели, к подбородку добавился еще один, а кругло пузцо изрядно повисло, рано ему гнить в тюрьме!