Мост в Ниткуда
Шрифт:
Наконец он справился со своей растерянностью, вполне понятной в его состоянии и тряхнул головой:
— Ну, хорошо. В таком случае, могу я впервые за одиннадцать лет спокойно пообедать, без всяких стрессов? — Вздохнул он и, подцепив на вилку розовую дольку устрицы, отправил её в рот.
Как Воинов ни сопротивлялся, но ему пришлось почти пять суток провести в корабельном лазарете, где он, впрочем, тоже не терял времени даром. Он как губка впитывал информацию об изменениях, произошедших со времени его исчезновения. Наконец последствия истощения были ликвидированы: организм пришел в норму, разгладилось и помолодело лицо, восстановились мышечные ткани, кожа приобрела естественный оттенок, а глаза перестали лихорадочно блестеть.
Ему приготовили каюту рядом с командирской, как он настоял — нечего командиру корабля жить в неприспособленном для этого помещении, но он с Антиповым часто засиживались за разговорами, коротая время перелета до системы Голубого солнца.
Новости, что он узнал от полковника, не особенно радовали: галактический сою за это время практически развалился — Звездные Демократии рассыпались на отдельные конгломераты, провозгласившие о своей независимости. Разорвались экономические связи, система поставки сырья и оборудования приказала долго жить. Рухнула единая оборонная доктрина, и флоты Звездного Легиона растащили по разным мирам. Земляне, конечно же, не упустили своего шанса и совместно с Варпаной, оттяпали почти две трети космических сил. Оставив их на боевом дежурстве, они снимали некую дань с охраняемых миров, которая шла на строительство оборонной сети.
Положение стало ухудшаться практически сразу после исчезновения адмирала. С каждым годом ситуация все больше выходила из-под контроля, но пик развала пришелся на последние два года. Средств на поддержание боеспособности флота не хватало и корабли, постоянно несущие боевое дежурство, постепенно выходили из строя. Централизованное снабжение узлами и корабельным оборудованием, давно прекратились, и все меньше звездолетов продолжали патрулировать границы.
Из-за прекращения поставок сырья, многие системы отказались от строительства огромных, мощных линейных кораблей, хотя в последнее время ученые открыли сплав брони, позволявший максимально уменьшить тоннаж подобных монстров космической индустрии. Но сами размеры, иногда составляющие квадратные километры площади, стали казаться нерациональными. Из старого парка звездолетов классов АА и А-1 оставлялись наиболее современные, которые реконструировали в несущие корабли, способные вместить в своих ангарах до пяти тысяч истребителей–перехватчиков с экипажами, и боеприпасы на десять боевых вылетов. Остальные колоссы отправлялись в переплавку.
Образовавшаяся в Приграничье, три года назад, Независимая Федерация, сумела избежать распада благодаря усилиям военных. После долгих и бурных дискуссий, было принято общее решение о взаимопомощи. Произошла постепенная и безболезненная смена структуры власти, впрочем, только стабилизировавшая положение. Теперь во главе любого Приграничного мира стоял военный губернатор, который опирался на военный совет и гражданскую палату министров. Сам губернатор входил в Верхнюю палату Федерации, которая образовывала Федеративное Правительство, являющееся верховной властью всех свободных областей, заключивших Договор.
Строительство локальной защиты Приграничных миров, которому Воинов уделял такое большое внимание, было закончено на 90%. Спешными темпами и общими усилиями заканчивалось её строительство в шести аграрных мирах, которые сами не обладали достаточными ресурсами. Эта помощь должна была себя оправдать в будущем, потоком продуктов питания.
В последнее время участились нападения на приграничные области со стороны Имперских сил, но благодаря системе защиты и быстрому реагированию дежурных эскадр, они частично уничтожались, частично изгонялись из приграничного пространства назад.
Но это были единичные случаи. А по данным глубокой разведки Центральной зоны, складывалась очень серьезная картина подготовки к новой войне. За одиннадцать лет Империя успела подготовить огромный флот, способный сокрушить любое сопротивление. И при том развале, который постиг галактический союз, на какое-то сопротивление вообще рассчитывать не приходилось. Галактика лежала у ног завоевателей, которые, впрочем, не торопились срывать созревший плод, слишком хорошо помня
о том, какую цену им пришлось заплатить в прошлый раз.Империя выжидала.
— А как вы теперь? К нам вернетесь? — как-то поинтересовался Антипов у Андрея, сидя за чашкой ароматного кофе. — Федерация с радостью предоставит вам самый высокий пост.
— Нет, мой поезд ушел. — По тону Воинова нельзя было определить, огорчен он, или наоборот, доволен. — Слишком много времени прошло.
— Ну, в курс дел вы войдете быстро…
— Нет–нет. — Покачал головой тот и, поднявшись, подошел к окну. — Сейчас сложилось стабильное общество, с устоявшимся, грамотным правительством. Я не могу снова становиться той песчинкой, которая в первый раз разрушила весь механизм. — Андрей прижался лбом к прохладному стеклу. — Ухожу в отставку. Домой, на Варпану, к жене и детям! Надеюсь, пенсию мне, какую нибудь, назначат. — Пошутил он, но сразу посерьезнел. — К тому же у меня есть один застарелый должок….
Полковник опустил взгляд. Он слышал когда-то давно, что дочь Воинова от первой жены и сестра его второй жены, не успели эвакуироваться с оккупированной планеты, и попали в плен к рептилиям. С тех пор никто о них не слышал, а война не давала возможности заниматься их поиском. Предположительно их отправили в Центральные области галактики на одном из последних, прорвавшихся из осады, кораблей. Дальнейшая судьба членов семьи адмирала была неизвестна.
Андрей вышел из каюты и отправился на командный мостик. На большом, трехмерном, галоэкране мерцала призрачным светом огромная сфера. Даже с расстояния половины парсека это было грандиозное зрелище: среди черной пустоты пространства переливался голубыми тонами шар, закрывая собой все планеты и центральное светило. Это была демонстрация той мощи, которой овладели миры за последнее десятилетие. Антипов сообщил на Варпану радостную весть, и командующий гарнизоном генерал Ланов, решил встретить адмирала при полном параде звездной системы. Выглядело, конечно, все грандиозно, и Андрей подумал, что этот вид должен сам по себе заставить Имперские войска на цыпочках обойти такую цитадель, еще увидав издали.
И снова подумалось о той пропасти времени, которую он отсутствовал. Вот интересный парадокс, над которым предстоит поломать головы ученым мужам — ты знаешь, что отсутствовал несколько дней, а на самом деле в галактике прошло несколько лет…. Хотя…. Ведь и в первый раз он тоже столкнулся с парадоксом времени. Шесть лет тоже не кот накашлял. Ни чего, скоро он встретится с родными и близкими ему людьми, обнимет Лоан, сыновей. «Они, небось, совсем уже взрослые стали, — Грустная улыбка тронула края губ, — Останется отыскать только Юленьку и Аэле, а потом можно и на покой. Мне этого космоса… — Он не закончил свою мысль, резко повернулся и ушел в каюту.
Огромная мерцающая стена скрывал от взглядов не только планеты, но и половину распростертого за ней космического пространства. Грандиозное творение рук человеческих заставляло невольно им гордиться.
Звездолет стремительно летел вперед, к сияющей преграде, пока не показался встречающий адмирала флот. Крейсер сбросил скорость и медленно поплыл через строй Звездного Легиона, базировавшегося в системе Голубого солнца. Одиннадцать лет не прошли даром. Теперь Андрей воотчую увидел плоды своих трудов — Варпана серьезно отнеслась к его предупреждениям, и усиленно готовилась к новой войне, наращивая и совершенствуя свою мощь.
И еще было приятно видеть искреннюю радость в лицах такого большого количества людей. Его не забыли.
Наконец торжественный облет был завершен, крейсер остановился возле флагмана, чтобы принять Главнокомандующего экспедиционными войсками и его штаб на борт. Моментально раскрылась переходная галерея, сработали герметичные присоски, и замкнутый коридор наполнился дыхательной смесью.
Крейсер быстро заполнили множеств людей, стало тесно и шумно. Каждый старался коснуться его хотя бы пальцем, поздравляли с возвращением, и было видно, что это искренне и от всего сердца. Все были рады его видеть.