Мой Бастион

Заядлые садисты могли сказать, что Бета проделала огромную работу, и так оно и было. Она каждый день придумывала все более изощренный способ сломить пленника, не щадя средств на заклинания и предметы, которые могут помочь ей в достижении цели.

Но сегодня ее здесь не было.

Так как Астон не мог знать, сколько времени на дворе, то ему приходилось отсчитывать по секунде с момента ухода Беты, чтобы подготовиться к новой боли, прежде чем она придет. А потому его насторожило, что в то время, когда над ним уже вовсю должны издеваться, Бета все еще не появилась.

Надежда — сильное слово для такой ситуации. Даже если бы с Бетой что-то случилось, ему бы не удалось уйти отсюда живым, ведь вампирша навещала его не только затем, чтобы пытать его. Она также должна была обновлять поддерживающие заклинания, без которых Астон не смог бы прожить и дня. Так что отсутствие Беты не только удивило его, но и пугало.

Он почти не мог мыслить трезво, так как еще на первой неделе сошел с ума от пыток и изменений в памяти. Астон уже был не в состоянии отличить реальность от иллюзий, которые Бета внедрила в его мозг, из-за чего все его мысли были спутаны. И все же он мог испытывать страх, выполнять простые действия и осознавать его безысходное положение. К слову, последнего ему при прошлой жизни очень не хватало. Сумей он разглядеть угрозу заранее и понять разницу в силе, то не оказался бы сейчас в таком состоянии.

Но сделанного не вернешь. Сколько бы Астон не сожалел о неверном решении, изменить прошлое он не мог.

И это понимал не только он.

Уши Астона дернулись. Помимо стука своего сердца и собственных криков, он услышал чьи-то шаги.

Судя по характерному цоканью, ботинки неизвестного были оснащены каблуком, так что шанс того, что их обладателем была Бета, равен нулю (она носила только армейские сапоги).

Незнание того, кто мог прийти к нему, заставило Астона запаниковать.

Звук шагов становился все отчетливее.

Стараясь увидеть хоть что-то своим оставшимся глазом, Астон тяжело дышал и даже позабыл о боли, которая непрерывно ударяла по нему.

— Кто здесь?! Н-н-не трогай меня!

Астон в прямом смысле рвал глотку, когда прокричал эти слова. И в этот же момент из темноты послышался мягкий смех.

— Ха-ха-ха. Ну и ну. Я и не думал, что когда-нибудь услышу такие слова из уст Вашего Величества.

— Этот голос… — глаза Астона расширились, — … н-н-не может быть. Удо?!

— Надо же, вы узнали меня? Мне казалось, что после всего случившегося вы даже говорить нормально не сможете. Хотя вы так заикаетесь… возможно, я не ошибся.

Перед Астоном предстал размытый силуэт, смутно напоминающий его бывшего подчиненного. Однако голос не оставил никаких сомнений в том, что это действительно был Авелин.

— Что ты тут д-де-делаешь? — заикаясь спросил Астон.

— Какой глупый вопрос, хоть и ожидаемый, — состроив наигранное недоумение на лице, Авелин заговорил встревоженным тоном. — Господи! Что у вас с лицом? Вас избивали?

— Хватит паясничать! Я все еще твой к-король, так что отвечай на вопрос!

Было видно, что разговоры даются Астону с большим трудом, но передразнивания Авелина его настолько рассердили, что он прокричал эти слова, несмотря на боль.

— Прошу прощения, Ваше Величество.

Сделав глубокий поклон, Авелин озвучил ответ, который так желал получить король:

— Я пришел вас убить.

— Не делай из меня идиота! Даже если я не могу тебя наказать, это не значит, что можно пороть любую чушь в моем присутствии!

Несмотря на свой характер, который часто выводил Астона из себя, Авелин был одним из самых преданных и ценных кадров в королевском совете, так что ему многое прощалось. Но его ответ, который явно был сказан саркастическим тоном, заставил Астона окончательно потерять самообладание.

Авелин понимал, что король не оставит этого просто так, а потому следующие слова он произнес без единого намека на сарказм.

— Конечно. Поэтому я говорю с предельной серьезностью.

Астон было собирался открыть рот, но на мгновение его взгляд остановился на физиономии Авелина и там и застыл.

Видимо, пока Астон непрерывно моргал, слезные железы прочистили его глаз от белой пленки, из-за чего он смог полностью разглядеть Авелина.

Дьявольская улыбка, украшавшее смазливое лицо парня, отпечаталась в сознании короля, заставив его услышать стук собственного сердца.

— За что?.. — прошептал Астон.

— Для вас это так важно? Разве вы не будете рады избавиться от бессмысленных страданий?

— Но не таким образом!

— Что ж, — не обращая внимания на возмущения короля, Авелин подошел к столу и взял в руки волнообразный нож, — уже поздно выбирать судьбу.

Увидев это, Астон задрожал еще сильнее обычного.

— … Эй-эй-эй, не делай этого. Слышишь? Стой!

— Как там говорят в Триусе — чем выше сидит король, тем больше боится? Если смотреть с этой стороны, то вы какой-то неправильный король — вы боитесь, когда уже оказались на дне.

— Н-не надо! Назад!

Смотря на то, как лезвие приближается к его глазу, Астон попытался освободиться из цепких пут, но те сдавили его тело еще сильнее, и, видимо, сломали ему пару ребер.

— Гха-а-а! Черт возьми! Да что я тебе сделал?!

Понимая, что смерть неминуема, Астон собрался высказать все, что думал об Авелине, вынудив того ненадолго остановиться.

— Я же дал тебе все! Личный особняк, безлимитные средства, позволение творить любой бред, без риска попасть за решетку, а ты! Я доверял тебе, хорошо относился, а ты хочешь убить меня?! Почему?!

Весь монолог Астона Авелин наблюдал с равнодушным лицом, но следующие слова заставили его брови дернуться:

— Знал же, что плебеям нельзя доверять. Как бы к вам не относились, вы все равно хотите забрать власть в свои руки. Каждая тварь считает своим долгом вонзить нож мне в спину, и ты не исключение! Проклятые простолюдины… да чтоб вы все…

— А теперь послушай меня, — Авелин приставил нож к щеке Астона.

— Погоди немного, я… Аргх!

Авелин слегка надрезал щеку Астона, после чего тот наконец замолчал.

— Ты говоришь, что плебеи всегда хотят забрать власть себе? А ты разве не такой?

Не решаясь открыть рот, чтобы не получить еще больше порезов, Астон недоумевающе посмотрел на Авелина. Но тот лишь сильнее разозлился, перестав скрывать свое негодование.

— Ох, как же ты меня раздражаешь… Ты сбежал с поля боя и был осужден за дезертирство, но Его Величество Уирен Йорати помиловал тебя. А ты все равно всадил ему нож в спину и заявил право на престол, будучи простым дворянином не из знатного рода! Ты ничем не отличаешься от черни.