Мой план

— Что это было? — улыбнулся я.

— Ты о чём?

— Зашла через дверь, а вышла из кустов.

— Меры предосторожности, — пожав плечами, немного улыбнулась Алекс.

— Что за кардинальные меры?

— Чтобы не было лишних вопросов.

— Ладно, прыгай, — кивнул я, не снимая улыбку с лица.

Вырулив на дорогу, я не знал, куда ехать, я просто вжимал педаль газа в пол, чтобы отвезти нас хоть куда-нибудь, где можно поговорить без лишних ушей и взглядов. И туда, откуда нас не заберёт полиция. Алекс вновь молчала и пока я не готов нарушать её молчание, хотя желал послушать ответ. Мне и в самом деле непонятно, по какой причине я удостоился игнорирования. Она не здоровалась, не смотрела и вообще похоже на то, что всячески отрицала моё существование. Знаю, между нами нет никаких клятв, договоренностей и в принципе отношений, но это не мешает моим глазам искать её в толпе. И, как правило, они находят.

— Можешь включить музыку, а то мне кажется, что ты сейчас отключишься, — улыбнулся я, искоса взглянув в её сторону.

— Отключусь?

— У тебя лицо бледное.

— Да, есть только один способ привести моё сознание в чувство, — хмыкнула Алекс.

— И какой?

— Тебе не понравится.

— Попробуй, — кивнул я.

Достав телефон, Алекс начала тыкать по экрану пальцем, и через минуту салон начала наполнять музыка.

— Мне точно не понравится, — засмеялся я, — но если тебя успокаивают его песни, то ладно.

— Очень успокаивают, — закивала Алекс, смеша меня ещё больше, потому что начала покачивать головой в такт песне Justin Bieber — Baby.

Через несколько секунд улыбка вновь озарила её лицо. Закрыв глаза, Алекс расслабилась в кресле и круча головой, громче и громче начинала подпевать. Странный способ расслабиться, но довольно смешной, если её успокаивает Бибер. Остановив машину на проковочных местах, я достал телефон, который трезвонил в кармане.

— Боюсь, меня не поймут, — улыбнулся я, убавляя музыку, потому что имя братца вырисовывалось на экране.

Алекс кивнула и убавила тон своего голоса вместе с динамиками, а я принял вызов.

— Скажи мне, что это не ты слушаешь, иначе я выжгу тебя из родословной, — усмехнулся Джаред.

— Говори уже, — засмеялся я.

— Сначала скажи, что ты не девочка, которая бежит по Биберу.

— Картер, либо говори, либо отвали.

— Если ты таким способом прикатываешь девочек, то всё печально, и я не зря решил приехать.

— Приехать куда?

— К тебе.

— Скажи, что ты прикалываешься, и скинь вызов.

— Не-а, — засмеялся Джаред.

— Ты меня за лето задолбал на несколько лет вперёд, — выдохнул я, протерев лицо ладонью.

— Да? А я соскучился, — продолжал гоготать брат, — в любом случае, у тебя нет выбора. Родители уезжают на пару дней, а меня — они оставлять одного боятся.

— Полностью их оправдываю и понимаю, если ты не утроишь оргию, то спалишь весь район, если даже не два в одном.

— Про оргию неплохая идея, найди мне несколько девочек. Люблю, целую, — усмехнулся он, после чего скинул вызов.

— Отпад, — вздохнул я, возвращая телефон назад.

— Что-то случилось? — нахмурилась Алекс, смотря на меня.

— Да, Армагеддон, потому что мне достался лучший из всех возможных братьев.

— Это плохо или хорошо?

— Если учитывать по подобной шкале, то это колеблется где-то ниже ужаса.

— Сочувствую, — улыбнулась Алекс.

Послав ей легкую улыбку, я вновь вырулил на дорогу. Через несколько минут мы парковались уже на той, что ведёт к монументу Вашингтона. Сейчас тут не так много народа и, наверно, это лучшее тихое место.

Пробравшись на территорию, где вдали под светом софитов возвышался обелиск, окружённый пятидесятую флагами, а в стороне от него — Капитолий, я нашёл место в стороне и присел на ступеньку у фонтана, который тянулся на несколько футов вперёд почти до самого монумента. Алекс нерешительно заняла место рядом, обняв колени.

— Тут красиво, — улыбнулась она.

— Ты живешь в Вашингтоне и никогда тут не была? — выгнув бровь, я удивлённо посмотрел на девушку, которая рассматривала окружающую среду.

— Была, только днём.

Кивнув, я устремил взгляд вдаль. Закат уже сходил на нет, но всё ещё расписывал небо в контрастные переливы. На самом деле, вечером тут всегда лучше: меньше народа, главные символы страны и города начинает освещать подсветка, а небо приобретает пурпурные оттенки. Я не торопился начинать разговор и периодически чувствовал взгляд Алекс, останавливающийся на мне. Сегодня я хочу расставить точки и что-то понять, потому что, кажется, что в один момент между нами что-то есть, а в другой мы уже не знаем друг друга.

— Я перестала общаться, подумав, что Хэйли — твоя девушка, а так нельзя, — вздохнула Алекс.

— Вряд ли я бы ездил с тобой куда-то, будь она моей девушкой.

— Но Том, она же целовала тебя!

— Поцеловала в щёку. Ты, кстати, тоже.

— Ты разве не видишь?

— Что именно?

— Она же любит тебя.

— И что?

— Тебе плевать? — нахмурилась Алекс.

— Мне не плевать, но я не обязан отвечать взаимностью, если ты ведёшь к этому.

— Ты поступил слишком жестоко, Том, так же нельзя.

— Алекс, не тебе решать, что нельзя, а что можно. Я посчитал, что так будет правильно. Это болезнь, а любую болячку нужно лечить.

— Болезнь? — ошарашено воскликнула Алекс, смотря на меня пристальным взглядом, — ты считаешь любовь — болезнью?

— Нет. В ситуации с Хэйли, я считаю это болезнью.

— Ты же шутишь? — зашептала она, поднимаясь на ноги, — скажи, что ты шутишь.

— Что тебя так удивляет?

— Я… Боже, в голове я выстраивала твой идеальный образ день за днём, месяц за месяцем, но я ошибалась.

Приняв вертикальную позу, я посмотрел на Алекс, лицо которой побледнело, а глаза стали стеклянными, словно из них вот-вот хлынут слёзы, и я не понимаю, почему она так остро реагирует на мои слова.

— Месяц за месяцем? — нахмурился я.

— Том, ты же не видишь никого вокруг себя. А я… я считала тебя идеальным.

— Алекс, месяц за месяцем?

— Да, — прошептала она, смотря в мои глаза, — а если бы кто-то был влюблён в тебя, к примеру, седьмого класса, это тоже считается болезнью?