Мой план

— И я должен извиниться.

— Сегодня день признаний?

— Наверно, — улыбнулся я, ткнув указательным пальцем в кончик её носа, — я хотел, Алекс, и я остановился, но ты сделала всё сама. Я ему не завидую, ты хоть представляешь, насколько это больно?

— Нет, — хихикнула она, но тут же перестала смеяться, посмотрев мне в глаза.

— Что?

— Ты… я не хочу, чтобы ты сделал больно мне.

— Не сделаю, — кивнул я, — я, вообще-то побаиваюсь твою подругу, кто знает, что у вас двоих на уме.

— Я справлюсь одна, Лизи мягче меня, ей станет тебя жалко.

— Тогда я уже боюсь, — улыбнулся я, поглаживая её щёку, после чего оставил поцелуй на губах и кончике носа, — готова к тому, что на нас будут смотреть?

— Это вроде было всегда… — пожала плечами Алекс, — просто я…

Выгнув бровь, я вопросительно посмотрел на девушку, которая закусила нижнюю губу, кинув быстрый взгляд в сторону входных дверей.

— Что, Алекс?

— Хэйли…

— Я не могу быть зависимым от неё, да и никогда не был. Почему посторонний человек должен мешать нам, быть вместе?

— Не должен, — вздохнула она, — но она смотрит…

— Через какое-то время перестанет. Давай расставим точки и приоритеты, Алекс.

Сведя брови, она посмотрела на меня зелёными глазами, зрачки которых расширились, напоминая морскую бездну.

— В этих отношениях есть ты и я. В них нет посторонних: друзей, родителей, знакомых и так далее. Мы либо вместе, либо нет. Из-за того, что у Хэйли есть чувства, а у меня — нет, ничего не меняет. У меня своя жизнь, независящая от неё. Если я хочу быть с тобой, я буду с тобой. Дальше всё зависит от тебя. Да, ей может быть неприятно, может быть больно и она в принципе может ненавидеть нас, это её право, я не обязан зависеть от неё и её чувств. Почему я должен отказывать себе? Не взаимно. Бывает. Это жизнь и ничего не поделать. Если, к примеру, Лизи будет против меня, ты откажешься от меня из-за того, что я не нравлюсь ей?

— Нет. Она никогда не указывает мне…

— Тогда я не вижу проблем. И она делает правильно, потому что не может решать за тебя. Она имеет право на собственное мнение и даже высказывать его, но это не обязывает тебя следовать ему. Это же не она уговорила тебя влюбиться в меня.

— Вообще-то, она говорила, что это бред, и я схожу с ума, — хихикнула Алекс.

— Значит, я тоже начал сходить с ума, но мы же больны?

— Про тебя говорить не могу, а про меня, ты уже знаешь.

— Тогда ты тоже знаешь про меня. И ты кое-что забыла.

— Что? — нахмурилась она, пока я сунул руку в карман, вытаскивая листочек.

— Вот это, — улыбнулся я.

— Боже, ты что, сохранил его?

— Он очень пригодился.

— Боже, — хмыкнула Алекс, спрятав лицо в ладонях, — ты специально так делаешь?

— Что? — засмеялся я, — это мило, что ты оставляешь мне записки, а ни сообщения на телефоне в век высоких технологий.

Глаза Алекс заблестели, заставляя меня улыбаться как полоумного кретина. Резко закрутив головой, она в который раз избила лицо волосами.

— Что за приступы? — засмеялся я.

— Пытаюсь проснуться, — хихикнула она, мотая головой, — можешь ущипнуть меня для точности?

— Без проблем, — усмехнулся я, аккуратно сжав её кожу на руке, — ты не спишь.

— Да, не сплю, — кивнула Алекс, останавливая повороты головой, — либо это самый лучший сон.

— В таком случае, нам снятся одинаковые сны.

— Мы вернёмся?

— Ты хочешь на танцы?

— Я мечтала о них с седьмого класса!

— Седьмой класс стал для тебя опорной точкой безумства, — засмеялся я, — ты никого не убила?

— Нет, но могу сделать это в девятом, если ты не прекратишь смеяться надо мной, — шутя, поморщилась она, после чего улыбнулась.

— Тогда мне придётся стать Клайдом, — пожав плечами, я переплел наши пальцы и, подмигнув, зашагал назад к дверям.

Когда мы уже подошли к дверям, Алекс резко остановилась, обратив взгляд ко мне. На что я вопросительно вздёрнул бровь.

— Я передумала.

— Что именно?

— К чёрту танцы, — улыбнулась она, — у меня ещё несколько классов впереди, и я уже потанцевала.

Достав телефон из сумочки, Алекс начала спешно водить пальцами по экрану, пока остальные косо смотрели в нашу сторону. Парни поднимали большие пальцы вверх, девочки строили глазки, несмотря на Алекс, которая стояла рядом, не обращая абсолютно никакого внимания на них. Где-то даже ёкает сердце, потому что она, кажется, не ревнивая, но это же к лучшему? Не будет лишних загонов и беспочвенных обвинений.

— Всё, я останусь живой, — улыбнулась она, подняв глаза.

— И кто этот человек, помиловавший тебя?

— О, она танцует с Райном.

— Ладно, и куда мы пойдём?

— Я голодная, — пожала плечами Алекс, удивляя меня предложением, — как на счёт китайского кафе поблизости?

— Ввалимся туда как с бала на корабль?

— Ну, да, с корабля на бал уже не подходит, — закивала она.

— Ладно, — засмеялся я, соглашаясь с предложением.

Через десять минут, мы добрались до точки назначения. Двери миниатюрного кафе с несколькими столиками открылись, пуская нас на порог. Ароматы приправ тут же ударили в нос благодаря открытой кухне в виде бара. За стеклом на небольшом квадрате открывались десятки емкостей с различными добавками, лапшой, рисом, мясом и овощами. Вокруг кухни растянулся барный стол со стульями, а позади несколько столиков, над которыми свисали пышные ало-красные люстры. Во всём интерьере преобладали красные и золотые цвета. Стены, на которых расписаны золотые драконы с блестящими различными цветами на спине, прекрасный вид из окон, у которых расположились столики. Разбавляли весь пестрящий цвет чёрные перекладины в китайском стиле, на которых разместились травы, как в том кафе, которое любит Алекс.

— Мне кажется, что они слишком сильно любят этот цвет, — улыбнулся я, занимая место за баром. Тройка занятых столиков тут же устремила в нас удивлённые взгляды. Стиль у нас что нужно, а Алекс и вовсе сливается с дизайном благодаря платью и губам.

— Он символизирует счастье, для китайцев он самый радостный и праздничный, — улыбнулась она, бросив в мою сторону быстрый взгляд, — в Китае любят яркие цвета, потому что они проявляют характер и влияние.

— Какие познания китайской культуры, — тихо засмеялся я, определяясь с выбором, — зачем тогда золотые драконы?

— Дракон — символ Китая, он означает доброе начало, а золото символизирует деньги. И ещё он является гербом императорской семьи. Ты вообще знаешь, что такое инь-янь? Фен-шуй? Даосизм?

— Немного, — кинул я.

— Том, ты же сидишь почти за соседней партой со мной на истории!

— И что? — засмеялся я, — я просто не вдавался в подробности мифологии Китая.

— Инь — это тигр, царь зверей. Но он властелин только на суше, у него земная энергия. А янь — это дракон, у него небесная энергия, он появляется из воды и управляет погодой. Боже, Том, я лично отправлю тебя на первый уровень по истории.