Моя воля

— У тебя есть чем сразиться с птицами? — крикнула. Лунар внимательно осмотрелся, взглянул вопросительно. — На всякий случай! — объяснила Сафира.

— Найдётся! — отозвался он.

Однако искать необходимости не возникло: впереди уже показались и стремительно приближались стены города. Перед ними пришлось снизиться и войти пешим ходом.

Видя, как Лунар держит подругу, как та обнимает его, чтобы не упасть, Сафира снова поспешила вперёд по булыжной мостовой. В голове мелькнула мысль, что, наверное, Китилье точно так же больно смотреть на неё с Лунаром. Но легче от этого не становилось.

Дома, при помощи и под нескончаемую болтовню Мирры Сафира быстро привела себя в порядок после лесных ночёвок. Перед погружением в ванну задумалась. Браслет с ноги сняла, а Фааров решила оставить: вспомнилось, как он сказал, что при снятии связь оборвётся. Вдруг из-за этого не сможет отследить очередное появление Адама? А Сафира, как обычно, окажется виноватой.

Одежду отдала чистить, пришлось надеть домашний пеньюар. Наскоро перекусила и решила искать спутников с твёрдым намерением поговорить. Кадима тоже позвала: к нему возникли вопросы. Ругнувшийся мараг начал выбираться из ванны.

По привычке попыталась нащупать фитарель Лунара, но где он и чем занят, определить не смогла. Предводительница почти было собралась отправляться по дому на поиски, когда в голову пришла мысль послать Мирру. Спустя четверть часа служанка чуть смутившись сообщила, что господин у себя, но велел передать, что скоро будет в приёмной. Туда Сафира и направилась, стараясь не размышлять о том, куда эта Мирра могла влезть в рвении исполнить поручение.

Лунар тоже появился в каком-то домашнем одеянии, под мокрыми волосами — полотенце.

— Непривычно? — не удержалась Сафира. Воин усмехнулся в ответ. Не успела она ощутить неловкость, оставаясь с ним наедине и не зная, что сказать, как пришёл мараг.

— Вы больше гнаранов по камням водите, — проворчал. — Может, остатки копыт постирают.

Сафира бросила на него удивлённый взгляд, однако ответил Лунар:

— Лошадей подковывают. А для гнаранов такие переходы, конечно, тяжелы. Нужно будет что-нибудь придумать.

Предводительнице очень хотелось поинтересоваться, планировал ли Лунар и их тащить в свой мир, однако она сдержалась. Ещё заподозрит что-то… Повернулась к Кадиму, но тут отворилась дверь, пропуская Китилью.

— Ну что, объявляю совещание открытым, — хмыкнула та, обведя всех взглядом. Умостилась в свободное кресло. Сафира отметила, что как-то непроизвольно собеседники оказались на больших расстояниях друг от друга, словно чтобы иметь возможность охватывать одновременно всех. Талим сказал бы, наверное, что это говорит об отсутствии доверия. — С чего начнём?

— Давайте с Адама, это важнее. Что ты выяснила о камнях? — откликнулся Лунар.

— Ладно, — согласилась подруга. — Вы знаете, почему камень называется изначальным?

Сафира положила на столик перед собой браслет, который так и не вернула на ногу. Цветные камни почти не отражали свет, зато притягивали взгляд. Снова мелькнула ассоциация с фитарелью, но Сафира предпочла промолчать. О фитарелях она ещё расспросит Лунара. Ведь именно это предлагала сделать Китилья?

— Мне удалось связаться с Густом, — продолжила та. — Он сказал, изначальные камни здесь ценятся едва ли не превыше всего остального. Считаются основой мира, и тот, кто обладает определённой силой, якобы может вложить в изначальный камень любые свойства, какие только пожелает. Насколько я поняла, чем их больше, тем более сложное пожелание можно воплотить.

— И если у Адама есть накопитель, вроде милой штучки во дворе Густа, — пробормотал Лунар, — то понятно, для чего ему в комплекте Сафира.

— По мне, отдали бы и то, и другое, и не мучились, — буркнул Кадим. Три пары глаз так на него взглянули, что мараг замолчал — впрочем, похоже, оставшись при своём мнении.

— У вас в Роге предводителем может стать любой? — неожиданно обратился к Сафире Лунар.

— Наверное…

— Ты не уверена?

— Ну… Талим говорил, что не знает, становились ли когда-нибудь трёхцветными одноцветные. С другой стороны, они иногда становятся двухцветными, значит, обрести и третий цвет возможно.

Воин задумчиво кивнул.

— А что? — поинтересовалась Сафира.

— Дома я тоже порылся в архивах, — отозвался воин. — Дело в том, что… когда создавался ваш мир, он весь подчинялся определённой структуре. Хранителями, в частности, могли стать лишь те, в ком имелась энергия дривов.

— Это как? — не поняла предводительница.

— Я же тебе говорил, что их энергия использовалась для создания вашего мира. Именно благодаря… или из-за?.. их энергии возможно подчинение через фитарель.

— Но как же… — Сафира пыталась сформулировать вопрос, однако тот не хотел облачаться в слова. Кадим тоже казался заинтересованным и в кои то веки помалкивал без ехидных ухмылок.

— Видимо, после войны с Хранителями энергия в вашем мире каким-то образом перераспределилась.

— А как до этого она передавалась?

— Видишь ли, подозреваю, что никак. Ваш мир создавался в качестве временного рубежа, никто не планировал запирать вас там навечно. Оставалась связь и возможность возвращения.

— Но почему же тогда случилась война?

— А это и мне интересно. Полагаю, ответ нужно искать у вас.

— То есть в нас… в предводителях… течёт кровь Хранителей?

— Насчёт крови не знаю, а энергия точно течёт.

— Но Кадим тоже может… любой может управлять фитарелями.

— Интенсивность отличается. Хотя её, наверное, тоже можно развить.

Сафира поражённо взглянула на него, пронзённая внезапной догадкой:

— Выходит… и в тебе?

Лунар кивнул со своим обычным спокойствием:

— Большинство семей нашего мира, наделённых силой, тоже так или иначе связаны с их энергией. Дривы — это энергетическая мощь, мало что в исследованных мирах способно сравниться с ними.

— Но как такое возможно?

— Мы воевали, — пожал плечами Лунар. — Если хочешь победить врага, используй его же оружие… или мощнее.

— И чем это может нам помочь? — подала голос Китилья.

— Пока не знаю, но необходимо во всём разобраться. А это определённо звенья одной цепи. Этот мир, я имею в виду этот, — Лунар показал вниз, обозначая, какой именно, — был следующим проектом. Я уже говорил тебе, — взглянул на Сафиру, — учёные очень много сюда вложили. Он должен был заменить ваш форпост, освободить Рога от необходимости денно и нощно блюсти ДЭМов. Но после вашей войны с Хранителями его так и не удалось встроить на расчётное место, появилась Блуждающая Препона, а сам мир теперь мотается по неясной траектории — так что даже просчитать портал, и то проблема. Он давно уже стал автономным, сами видите, понемногу обживается. Знаю только одно: ДЭМы здесь находиться не могут.