Мутное дело

Доран не стал даже вести наблюдение, а быстро спустился вниз и отправился на проверку своей нычки на южных складах.

Результат оказался не утешительным: еще не подходе его встретила цветная метка в обговоренном месте. Пацаны отработали свои деньги и когда увидели посторонних на его складе, оставили метку. Удивительно честные ребята для трущобных волчат, или скорее глупые — могли бы продать эту информацию подороже. Видимо не додумались.

Доран зло сплюнул на разбитую мостовую и ушел.

Вор механически пережевывал толстый бургер, совершенно не ощущая вкуса сочной мясной котлеты, слайсов свежайших овощей и аромата фирменного соуса. В бытность, когда Дорана не искала половина Империи, он любил сюда захаживать, съесть бургер и запить его стаканчиком слабого светлого.

Если вдуматься, совершенно идиотский поступок: посещение места, в которым ты часто бывал, резко увеличивает шансы быть обнаруженным. Но у Дорана кончились мысли что делать, и сейчас он находился в прострации, действуя на автомате.

Кассирша за прилавком сегодня с утра поругалась со своим парнем и совершенно игнорировала окружающий мир, поэтому (объективно) несовершенный грим и образ вора обманул её. Перед Вероникой привычно мелькнул значок подковы, обозначающий аномальное стечение обстоятельств.

Вор же не знал об этом, молча ел и размышлял.

Он двигался в столицу (тут бы глава столичной стражи довольно улыбнулся — «крысы всегда бегут в свою нору»), не знал куда же еще можно пойти. Все его сбережения, все его артефакты и эликсиры, все его связи, да вся его жизнь находились в Арконии.

А что в итоге?

Сбережения в банках. Да, на анонимных счетах, но банковские гномы или карлики сдадут его властям при первой же возможности.

Артефакты и эликсиры? Глупо было думать, что следователи не обнаружат все его нычки.

Связи? Сейчас его связи помогут только быстрее отправиться на встречу с умелыми палачами. Веры нет никому.

Жизнь? А жизнь медленно и верно подходила к концу.

В голове мелькнула малодушная мысль про самоубийство, но воспоминания про сестру развеяли её словно утренний туман. К тому же есть чёртовы некроманты: тем смерть пациента не помеха, а подспорье. Способов убить себя так, чтобы упокоиться навсегда, вор не знал. Крайне специфическое знание. Конечно, свидетельства мертвых не подходят для суда, но кому в текущей ситуации нужен суд?

Еще выбивало, что Император вроде как жив и здоров, даёт какие-то публичные выступления. Может, нет никакой охоты на него? И всё это его паранойя? Вот только воспоминания о том, что в поместье прибыл змей Фериш, да и факт. что все его точки прошмонали и обложили, разбивал пустую надежду в пух и прах.

Что делать?

Время утекало.

Вор устало потер переносицу. Даже если он не наследил, то скоро артефактам, скрывающим его от поисковых заклинаний, потребуется подзарядка. И опять же легальная дилемма: честные маги начнут задавать вопросы, откуда у него такие артефакты, и зачем они ему нужны, любители «грязных» денег сдадут в ту же секунду.

И сестра? Сколько прошло времени с начала задания? Два? Три месяца? Через полгода, максимум восемь месяцев, сестра должна получить новую порцию эликсира Лаларуса. Вот только кто его теперь продаст, даже если бы были деньги.

Сдаться? Вот только кому? Доран прекрасно понимал, что при определенных политических игрищах для кого-то его живая тушка — лишь досадная помеха.

Как же не хватает информации!

Безумная мысль! Может, записаться в Проклятый Легион? Десять лет и новое чистое гражданство! Вор никогда не слышал, чтобы Проклятый Легион сдал кого-нибудь из своих легионеров, правда и историй, чтобы кто-то успешно прошел эти десять лет и вернулся, вор тоже не слышал. В смысле достоверных историй не слышал, сказок среди пьяни ходит достаточно. Да и вопрос с сестрой…

Всё упирается в сестру! Если бы не её болезнь-проклятье, то они бы уже давно плыли на корабле на восток. Далеко-далеко. Куда-нибудь в Вольные Баронства. Вот только с тем же успехом можно мечтать о том, что лично сам Триединый спустится и поможет вору.

Монастырь какой-нибудь церкви? Сестра! Доран был уверен, что смог бы скрыться и начать новую жизнь.

Но сейчас ему нужны деньги, а вместо денег у него дорогая уродливая статуэтка, которой эликсиры Лаларуса не купишь!

Неужели придется идти в гильдию посредников? Но это просто разновидность самоубийства.

***

— Ваша Светлость? — дверь на террасу аккуратно приоткрылась.

— Заходи, — Темный Герцог небрежно махнул рукой, приглашая просителя войти.

— Ваша Светлость, надеюсь я вас не побеспокоил, — вежливо произнес Астарес, руководитель направления специальных операций в средиземном регионе.

— Иначе бы ты сюда даже не дошел, — не повернув головы ответил герцог Арис, продолжая наслаждаться заходящим за горную гряду солнцем.

— Я кратко, Ваша Светлость, я хочу запросить Вери Два Вздоха для проведения одной операции. Требуется аккуратно устранить слишком несговорчивого идиша.

— Вери Два Вздоха? — Герцог оторвался от заката и посмотрел на Астареса.

— Да, Ваша Светлость.

— Как удачно, — татуировки на лице герцога пришли в завораживающее движение.

— Что, Ваша Светлость?

— Вы сможете справится без неё? — герцог проигнорировал вопрос.

— Конечно, Ваша Светлость. Увеличатся соответствующие риски, но всегда есть альтернативный путь.

— Тогда не стоит позволять удаче настолько ему помогать. Пусть Вери остается в своем заслуженном «отпуске».

— Как скажете, Ваша Светлость.

Астарес незаметно выскользнул, а герцог вернулся к созерцанию заката.

***

Неаккуратный вор — мёртвый вор. Это Джи вбил в своего ученика накрепко.

При каждом возвращении Доран тратил минимум час для наблюдения за гостиницей с дальней дистанции. Мало ли что. Сегодня его паранойя дала результат.

Вроде бы всё как обычно: совершенно типовые посетители, никаких резких движений, замаскированных силовиков или чего-то подобного.

Но одна деталь перечеркнула всю маскировку засады. На террасе перед гостиницей сидел молодой парень в обычных штанах из некрашеного льна, темно-бордовом поло и пил кофе. На первый взгляд — обычный помощник из какой-нибудь ближайшей лавки или конторы. Вот только на его правой руке находился хронометр Барх Константин стоимостью в пару сотен золотых.

Вор не был разведчиком или аналитиком, но стоимость элитных брендов и драгоценностей знал лучше многих аристократов. Профессия обязывала.

Во рту пересохло.

Сердце ушло вниз.

По спине потекли липкие капли пота.

Пальцы рук задрожали.

Только не паника, сейчас бы принять эликсир подавления эмоций, но нельзя!

Уйти!

Доран встал и деревянной походкой двинулся прочь от ставшей опасной гостиницы.

В три часа дня вор обнаружил себя в одном из скверов, в парализованной задумчивости сидящим на каменном бортике фонтана.