Мутные воды

— «Скорая» уже на набережной, готовится шлюпка, чтобы перевезти медиков к нам, — проинформировал капитан. Его голос стал спокойнее.

— Хорошо, продолжайте так же все, что вы делаете до прибытия их на борт. Как раненый выглядит сейчас?

— Он все еще очень бледен, но уже не так мечется… Он устал, Чак.

— Я буду на связи с вами, капитан, пока не прибудут медики. Продолжайте то, что вы делаете. Я знаю, что ему больно, но это все, чем мы можем пока ему помочь.

Тристан похлопала Чака по плечу и ободряюще улыбнулась:

— Хорошая работа! — шепнула она.

Тристан прошла в соседнюю кабинку и набрала Камерону Хьюзу.

— Мистер Хьюз, вы в курсе чрезвычайного происшествия на «Ахиллесе»? — ей пришлось умолкнуть, потому что Хьюз завалил ее кучей вопросов. — Парамедики будут на борту с минуты на минуту. Мы на связи с капитаном судна, и в данный момент ситуация под контролем. Я сразу сообщу вам, как только его перевезут в больницу.

Тристан ответила еще на несколько вопросов и вернулась к Чаку, который продолжал висеть на телефоне. Наряд медиков уже прибыл на судно.

— Отличная работа, Чак. Иди проветрись, выкури сигаретку…

Затем она обратилась к остальным координаторам:

— Пожалуйста, не сообщайте семье пострадавшего до тех пор, пока мы не будем знать, куда его перевезут. Если его родные не в городе, то организуйте их транспортировку. Клэр, могла бы ты лично проконтролировать доставку родных?

Сделай это, как можно быстрей, и неважно, сколько это будет стоить.

— Не беспокойся, мы позаботимся об этом сразу же, как только будем знать, откуда он и кто из близких приедет, — заверила ее Клэр, когда Чак вернулся с перекура.

Когда пострадавший матрос был на пути в больницу, Клэр и ее команда приступили к работе. Они договорились, что его молодая жена и родители прилетят в аэропорт Батон-Руж. Когда Чак и Тристан вернулись, Клэр предоставила им план полета. Она была довольна, что ее коллеги сработали так оперативно.

— Зайди ко мне в офис, когда будет свободная минутка ладно? Я должна позвонить мистеру Хьюзу и доложить ему обстановку. А затем мне нужно поговорить с тобой.

Когда Клэр увидела, что Тристан закончила телефонный разговор с Хьюзом, она присоединилась к ней в ее кабинете.

— Клэр, я на самом деле хочу вечером поужинать с тобой, но мне нужно быть в аэропорту, когда прилетит его семья. Хочешь, перенесем все на другой день? Или давай устроим поздний ужин?

— Как бы я ни хотела провести этот вечер с тобой, но я понимаю, что работа есть работа… Почему бы тебе не позвонить мне, когда ты все уладишь с ними? И если ты будешь голодна, я буду рада покормить тебя. Ну, а если уж ты будешь уставшая, то перенесем все это на другой вечер.

— Звучит отлично, как по мне. А теперь я отправляюсь в больницу… Я позвоню тебе попозже вечером, — с этими словами Тристан собралась и поспешно покинула диспетчерский центр.

Клэр проводила ее взглядом. Несмотря на то, что ее уважение и восхищение Тристан сильно выросло за последние часы, она продолжала страстно желать эту холодную красоту. И это сводило ее с ума. Никогда еще она не встречала столь обворожительную женщину, которая занимала бы все ее мысли. Никто еще не вызывал в ней такой жажды обладания, как это сумела сделать Тристан за столь короткое время. Клэр молилась про себя, чтобы ей хватило сил приструнить разбушевавшееся либидо и не испортить зарождающиеся отношения.

Остаток рабочего дня Клэр провела, гадая, скрасит ли Тристан ее вечер своим присутствием? Она выдохнула с облегчением, когда наконец-то пришло время идти домой.

Клэр нарезала круги по квартире, словно зверь в клетке, ожидая, что вот-вот раздастся звонок, и Тристан скажет, что едет к ней.

В девять часов вечера, когда она уже совсем было отчаялась, телефон и впрямь зазвонил.

Голос Тристан был усталым, и сердце Клэр сжалось:

— Прости, что так поздно звоню, Клэр. Но я считала, что должна быть с родителями парня, пока они не будут готовы ехать в гостиницу. Надеюсь, я не побеспокоила тебя?

— Нет, нисколько, — говоря это, Клэр изо всех сил старалась не выказать своего разочарования. — Я приготовила спагетти. Их легко разогреть, если ты хочешь есть.

— Я умираю от голода. Все, что мне удалось проглотить за то время — это шоколадный батончик… Я вообще-то обожаю домашнюю стряпню… Ну… если это не сильно тебя затруднит…

— Так приежай! Я накрою стол к твоему приходу.

Сердце Клэр учащенно забилось: они с Тристан будут наедине!.. Пусть даже если это будет и совсем ненадолго.

Когда Тристан приехала, по ее лицу было видно, как она устала. Большую часть времени она провела в больнице, не присев ни на минутку: разливала кофе обеспокоенным родственникам матроса, который провел день в хирургическом отделении. Вместе с Кэмероном Хьюзом они сделали все, чтобы быть уверенными, что семья пострадавшего будет устроена наилучшим образом.

По дороге к дому Клэр, Тристан чувствовала, как адреналин улетучивается из ее крови.

— Уверена, что тебе не сильно хлопотно все это? Я могу прихватить тарелочку спагетти с собой и уйти, а ты сможешь отправиться в кровать, — предложила Тристан ожидавшей ее Клэр.

— Нет уж, садись. Ты нисколько меня не затруднишь.

Клэр поставила бокал красного вина рядом с дымящейся тарелкой спагетти с фрикадельками. Она нарезала французский батон, и пододвинула все это к Тристан.

Ее гостья, казалось, готова была уснуть прямо за столом.

— Трис, я хочу, чтобы ты осталась здесь на ночь, — сказала Клэр, жестом прерывая протест Делакруа, готовый сорваться с ее губ. — Я вовсе не имею в виду секс. Ты измотана, и я беспокоюсь о том, как ты будешь возвращаться назад. Пока ты ешь, я приготовлю тебе горячую ванну, и дам тебе одежду, в которой ты сможешь спать. Ты можешь лечь на моей кровати, а я с удовольствием лягу на диване.

Большие карие глаза Тристан, подернутые сеточкой кровяных сосудов, на мгновение пристально смотрели на нее.

Делакруа на самом деле была измучена. Горячая ванна — это было то, что нужно, но ей не хотелось выгонять Клэр из ее собственной постели. Она было хотела возразить, но стоило ей открыть рот, как Клэр снова жестом заставила ее молчать.

— Не желаю даже ничего слышать! Ты провела день в заботах о семье раненого, и теперь настало время, когда ты должна позволить кому-то позаботиться о тебе. Ну так, ради разнообразия… — решительно заявила она.