Мятеж

Люфир отметил про себя, что и здесь Оника продолжила оплетать все паутиной ложных мотивов, и словом не обмолвившись об истинной цели их поисков.

— А что Сапфировая Маска? Когда нас привели к нему, он снял жука и кандалы, и говорил с тобой так, будто вы хорошие старые знакомые, — Фьорд устало тер виски. — Что, существует какое-то тайное общество магов двух стихий? И сколько вас таких?

— Несколько найдется, — уклончиво ответила Оника. — Да, можешь называть нас обществом. Только постарайся более нигде об этом не упоминать. Тогда твои союзники проживут долгую, вероятно даже, счастливую жизнь, не раз оказав тебе посильную помощь.

— Что с Убежищем? Ты видела его?

— Мы почти дошли, когда появились церковники. Пришлось быстро возвращаться, чтобы не отвечать на их вопросы. Через третьих лиц мятежники должны были организовать нападение на наш эскорт, чтобы снять подозрения с Люфира, но их опередили, — Оника, прищурившись, посмотрела на Мелиссу. — Где ты была все это время? И как выследила нас?

— Не у одной тебя есть секреты, — девочка широко улыбнулась, не скрывая гордости за саму себя. — Я следовала за вами до той огромной темной крепости, а оттуда к каньону, выжидая удобного момента. Идея Фьорда разделиться, чтобы кто-то вытащил вас из проблем, оказалась довольно хороша.

В пещере повисла тишина. Люфир закончил ощипывать птицу, и Мелисса поторопилась сделать подставку под длинную тонкую каменную спицу вертела.

— Хорошо, у меня остался всего один вопрос. Почему он здесь? — Фьорд указал на Люфира, умащивающего тушку ягнятника над огнем.

— Я же сказала: мы вдвоем направляемся к побережью, чтобы отыскать Небесных Кочевников. Большего от меня не жди. Помнишь: поменьше говори о союзниках? Я всецело доверяю ему. Как поступать тебе — уже твое решение. У вас обоих время до утра.

Фьорд погрузился в размышления, не задав больше ни единого вопроса, как и обещал. За пару дней мир, который он знал и в который верил, раскрыл свою истинную суть: обманчивую, двуликую, скрывающую подлинные стремления, будь они светлыми или темными. Потеряв вмиг старые ориентиры, юноша блуждал во тьме сомнений, и единственным, что связывало его с реальным миром, остались выхваченные из сумерек пламенем лица трех магов и заполнявший каменный грот запах жареной птицы.

* * *

Люфир тронул рукой бедро Оники, уснувшей у него на плече. В пещере царила кромешная темнота, подосланная холодным ночным воздухом. Храня молчание, лучник увлек Онику к кромке пещеры, освещенной звездами и желтой луной.

— Куда-то собрались? — позади пары вспыхнуло пламя, резкими мазками бликов вырисовав силуэты Фьорда и Мелиссы, и очертания каменного свода, сомкнувшегося низко над ними.

— По всей видимости, они с нами, — подытожил Люфир. — Граница между вторым и третьим каньоном такая же узкая, как и второй каньон. Быстрее и безопаснее будет пересечь его по воздуху и пробить в камне ход.

— Да, он узок, но ближе к тому краю я не смогу удерживать контроль над каменной плитой — слишком большой вес — так что от меня помощи не будет, — Мелисса оправила рубаху, явно великоватую ей, найденную в своих самостоятельных скитаниях.

— Разве я говорил о плите?

Следуя указаниям лучника, Мелисса высекла из камня недлинный тонкий прут, за который можно было легко ухватиться руками и продержаться, пока тот не будет перенесен на другую сторону каньона, на заранее оговоренный выступ, достаточный, чтобы уместить всех магов.

У Мелиссы ушло чуть меньше двух часов на то, чтобы пробить и затем заложить за собой ход в породе. Проведя спутников сквозь скалу между двумя ущельями, Мелисса была полностью истощена, измотанная перемещением огромных объемов почвы, прослойку которых девочке удалось найти среди крепкого камня. Солнце уже взошло, и голубое небо плескалось в огромной трещине меж двумя берегами каньона. Синь лилась из десятков пор в скалах, заполняя ущелье гулом водопадов, сливающихся воедино в полноводной реке.

— Так вот, что это был за шум, — Мелисса утерла испарину со лба. — И откуда взялось столько воды в скале?

— Глубоко под нами водоносные слои. Под давлением вода поднимается вверх и ищет себе выход, расширяя трещины, превращая их сначала в небольшие щели, после вымывая целые туннели, — Оника с удовольствием вдохнула влажный воздух.

— Я без сил, — пожаловалась Мелисса. — Я точно уроню кого-то в реку внизу, а о том, чтобы повторить подвиг с копанием горы в ближайшее время и речи быть не может. У меня даже руки дрожат!

— Не беспокойся об этом, — Оника положила руку на плечо девочки. — Дальше я сама.

— Нужно добраться до противоположного края и подняться наверх — ландшафт позволит скрыться от преследователей, если таковые найдутся, — Люфир прищурился, смотря на далекую верхушку ущелья: третий каньон Спасения был наиболее широким из всех семи, беспрестанно размываемый неудержимой водной стихией.

Оника в предвкушении потерла руки, разогревая ладони: в родной деревне приходилось уходить глубоко в лес, чтобы испытать свои силы, но даже там нужно было следить за тем, чтобы не выйти за дозволенные границы осторожности.

Девушка заняла уверенную стойку на самом краю обрыва, выставив одну ногу немного вперед, готовая принять на себя сопротивление стихии. Разведя и опустив руки, Оника потянулась к энергии, что наполняла ближайшие к ней водопады: срывающиеся вниз потоки воды стали изменять направление, следуя зову мистической силы в одну точку — прямо перед ногами укротительницы. Водные массы извивались, пытаясь вырваться из-под власти мага, собираясь в толстые жгуты в одних местах и истончаясь в других.

Когда первые капли оросили сапоги Оники, ее спутники, кроме лучника, невольно сделали шаг назад, опасаясь формирующегося перед ними гигантского шара, внутри которого царило буйство малых и больших течений — такой поток воды мог с легкостью смыть всю четверку в воды каньонной реки.

Оника отступила, продолжая отбирать воду из водопадов, и притягивая шар к себе. Когда край обрыва оказался погруженным в сферу, девушка сделала резкий выпад вперед, выбрасывая руки навстречу воде, которая, словно испуганная охотником лань, устремилась к противоположной стене каньона. Горизонтальный поток, протягивающийся через каньон, разбрасывая капли, жадно пил из собранного ранее водного шара. В тоже время водная стихия сверкающей в лучах солнца лужей покрыла край прохода, от которого лучник все же отступил в сторону, дабы вода не коснулась его.