Мышка для Сердцееда

Я задумался. То, что она шарахается от прикосновений, я и сам заметил, но не придавал значения. Просто девушка пугливая, стеснительная, новенькая в коллективе. А то, что мышка ничего о себе не рассказывает? Наверное, тоже из-за стеснительности… Или всё-таки не всё так просто?

По инерции уже включил программу с камерами и начал искать глазами свою мышку. Она в это время отправилась выносить мусор, а там… Вадик! Вот приставучий! Курит и смотрит на неё так, будто собирается приготовить на десерт. Не дождавшись, когда он её окончательно мысленно сливками обольёт и шоколадом присыплет, я вылетел на улицу, направившись на задний двор. И что я услышал? Этот бессмертный поварёнок завал её на свидание! Уволю на фиг, не утихомирится никак!

Успел прогнать Вадика на рабочее место, а Аня, молодец, вежливо ему отказала. Значит, не мне одному она отказывала. Уже легче! Может, вообще на свиданиях никогда не была? Ну, на нормальных, конечно, точно нет, но парень у неё наверняка был в школе. Все девушки в старших классах встречались, а такая красавица, как она, точно одна не оставалась. Или, может быть, она сюда с парнем приехала и живёт с ним? Да что ж на самые простые вопросы нет ответов! Но когда Аня сказала, что ни на свидание, ни замуж не хотела, отпустило и стало чуть легче на душе. Тогда я и решился сделать свой хитрый ход.

– У меня есть предложение для вас, – мягко проговорил я, стараясь звучать непринуждённо и легко.

– Какое? – заинтересовалась она, приподняв брови, словно уже готовилась к какому-то неожиданному повороту сюжета.

– Могу предложить вам другую работу. У моего друга в офисе всегда нужны сотрудники. Не будете со шваброй бегать, да и зарплата выше. Работка поприличнее, – старался подбирать слова так, чтобы не прозвучало обидно.

Аня уставилась на меня, как будто она сама сейчас в офисе сидит, лениво перебирая бумажки и изредка зевая, а я предлагал ей швабру в руки взять.

– Спасибо большое, Глеб Викторович, но меня всё устраивает, – ответила мышка.

– Как может устраивать мыть полы, Аня? – нахмурился я, не понимая, как эта девушка могла так спокойно воспринимать свою работу. Внутри меня боролись два чувства: желание помочь и недоумение, как можно отказываться от чего-то более лёгкого.

– Я же не всегда буду их мыть, – гордо вскинула подбородок, и её глаза заиграли яркими огоньками. – Вот выучусь, найду достойную работу. А пока мне эта подходит.

Я был в замешательстве. Я же предлагал ей хорошее место с более высокой зарплатой. Да любой другой, кому бы я ни предложил это, с радостью бы отбросил тележку в сторону и побежал на новую должность.

– Ну я же уже предлагаю вам лучшее вот прямо сейчас и ждать не надо. Почему отказываетесь? – продолжал настойчиво уговаривать, словно сам себе работу выпрашивал.

– Глеб Викторович, спасибо большое, но меня всё устраивает. Можно я пойду? – повторила она.

Смотрел на неё, как на сложную головоломку, заполнившую мой мозг, и никак не мог понять, что не так говорил или делал, чтобы хоть немного начать понимать её. Как нащупать верное направление, если ничего не подходило?

– Хорошо, Аня, идите, – сдался я, отпуская её, и тяжело вздохнул.

Я так долго не выдержу. Может, ну её, маленькую, зачем она мне? Всё равно поиграю недельку и отпущу в свободное плавание, зачем на такие сложности время тратить?

Смотрел, как она удаляется от меня мелкими шажками, толкая перед собой тележку. Спина прямая, головой по сторонам вертела, будто боялась, что кто-то из-за угла выскочит. Хрупкая, нежная, не такая. А какая не такая – сформулировать не мог.

Вдруг перед дверью она обернулась и посмотрела на меня прямо, как будто заглянула в самую душу. Её большие серые глаза сияли, а в них, казалось, был целый другой мир, в который отчаянно захотелось окунуться с головой. В этот момент я понял: нет, хочу её, не отпущу, добьюсь. И недели с ней, вероятно, мало будет. От этого понимания, что летят к чертям правила, мною же установленные, годами отточенные, начало нервировать.

И вновь у меня не было плана, как осуществить задуманное. Предложение о новой должности не сработало, значит, буду добиваться, чтобы сама ушла. Может, нагрузку ей увеличить? Точно! С Дашей надо поговорить, пусть она что-то придумает. Она же у нас коварная, а если мне угодить захочет, а она точно захочет, то что-то придумает!

Паршиво такое замышлять, но выбора не осталось. Я ведь по-хорошему хотел. Ничего, уволится мышка – я её и утешу, и новую работу найду, лучше той, где сейчас. Она сама рада будет!

Глава 8. Аня

Не знаю, что я успела сделать не так на работе, но факт оставался фактом: Дарья Константиновна следила за мной словно коршун за добычей. Как только я появлялась в поле видимости, её глаза впивались в меня так, будто я украла у неё любимый рабочий планшет. Я честно старалась выполнять все поручения, которые за последние два дня свалились на меня неожиданно и с лихвой. Казалось, что на прошлой неделе мне просто дали осмотреться, а теперь решили показать, как выглядит реальная работа. Настоящий цунами задач. Но, как бы я ни старалась, ни какое усилие не могло смягчить сурового выражения лица Дарьи Константиновны.

Один раз она даже сделала замечание по поводу баночки с мылом. Оказывается, та стояла «не с той стороны», где должна была быть. Я в этот момент чуть не рассмеялась. Мыло? Серьёзно? Где стояло мыло в туалете было действительно важным? Но, разумеется, вслух ничего не сказала. Только мысленно упрекнула себя за невнимательность. Хотя, если честно, разве это имело значение? Главное же, чтобы мыло было в наличии, а где оно расположено – вопрос уже десятый. Но правила есть правила. А с Дарьей Константиновной лучше не спорить, она же всё-таки коршун, а не какая-нибудь мышка.

В такие моменты мне приходилось напоминать себе, что работа, тем более такая, мне очень нужна. Тома, впрочем, не раз пыталась меня утешить. Она говорила, что это временное явление и что у Дарьи Константиновны просто привычка «тестировать» новеньких. Проверка на выдержку была её любимым развлечением с вновь прибывшими. Так как терпеть меня научили, с этим у меня всё в порядке, а вот с вопросом, почему Дарья Константиновна недолюбливала меня, были проблемы. Скорее всего, что дело тут не только в работе. Мне всё больше начинало казаться, что я ей не нравлюсь лично. Но зачем тогда было меня принимать на эту должность?

Беспокойство усиливала и недавняя встреча с Глебом Викторовичем. Я снова оказалась в его кабинете, и он вновь предложил мне другую работу. А я, как и ранее, отказалась. На этот раз он настаивал хотя бы съездить к его знакомому и посмотреть на то место, которое я игнорирую. Его логика была понятна, ну вдруг бы я согласилась. Но я, недолго думая, отказалась и от этой затеи. А зачем, если я всё равно туда не пошла бы работать?

Глеб Викторович, однако, этого не ожидал. Он вдруг резко вышел из кабинета, хлопнув дверью так, что на мгновение мне стало жаль дверную ручку. Что его так обидело? Я ведь отказалась вполне вежливо, без намёка на агрессию или пренебрежение. Может, он просто не привык к отказам? Как бы то ни было, с тех пор я его больше не видела.