Н 6
Шрифт:
– Я готов…
Через сорок минут, сидя на корточках рядом с аккуратно сложенными вещами и лежащими поверх них стопками серебряных овальных крон, я оттирал пальцы от подсохшей крови пучком жесткой травы и глядел на сидящего у стены тощего азиата, похожего на почти сдохшую ящерицу. Сидит себя столбиком гордым, между ног зажат чуть изогнутый меч в темных ножнах, скуластое лицо опущено к земле, темные поблескивающие глаза неотрывно смотрят на стопки монет, урчание живота разносится на пару метров.
– Твое уродливое хлебало
На шумящую в нескольких метрах толпу, что жадно насыщалась очередным боем, я не обращал внимания. Заработал пятьдесят крон – и хватит. Временный источник легкого бабла найден.
Сидящий у стены азиат отлепил одну лапу от меча и показал мне ладонь с четырьмя оттопыренными пальцами. Подумав, показал еще раз и снова опустил лицо к земле.
– Точно знакомо – подытожил я – И че ты мне четыре пальца тычешь? Тебя столько раз сегодня трахнули? Или это цена твоей жопы?
И в третий раз мне показали явно оскорбительный жест и смутно знакомый знак.
– Твое лицо так знакомо, что мне хочется убить тебя – продолжил я монолог, закончив зашнуровывать ботинки и взявшись за футболку – Но я ведь не знаю тебя. А ты меня?
Лицо приподнялось, темные глаза впились в меня, голова неуверенно качнулась из стороны в сторону.
– Ты герой?
Покачивание…
– Ты претендент?
Кивок.
– Группа?
Покачивание.
– Потому что ты тупой и немой?
Четыре оттопыренных пальца… затем три пальца сложились и остался один – средний и гордый.
– Хм…
– Эй, гоблин! – вывалившийся из толпы Эйжоп лихо взъерошил одинокий клочок волос на скальпированной башке – Ну ты лют! Последнего едва откачала – ты ему дыхалку отключил нахрен! Глаза пучит, а вдохнуть не может… еще бой?
– Не.
– Да давай!
– Не.
– Слушай! Такое предложение хочу тебе…
– Уймись, Эйжоп.
– Карл!
– У меня к тебе предложение получше.
– Какое?
– Ты мне передаешь прямо сейчас пятьдесят крон. А минут через десять сюда подойдет один одноглазый громила с виноватой харей и нравом бешеного кабана. Зовут Рэком. Представишь как Рэка-орка. Он, как и я проведет три боя. За это ты ему заплатишь всего пятнашку.
– Да пошел ты!
– Ну смотри…
– Стой ты! Че такой торопливый и злой? А боец стоящий?
– На фоне того говна что у тебя есть? Стоящий.
– Победит?
– Победит.
– Сейчас дам двадцатку тебе…
– Иди нахер, Эйжоп.
– Стой! Сорок!
Вместо ответа я защелкнул ремень поясной сумки, подобрал игстрел и отвернулся.
– Ладно! Пятьдесят! Сейчас принесу!
– Уже шестьдесят.
– Ты… хрен с тобой! Шестьдесят! И орк Рэк будет здесь через десять минут.
– Ага. О! Чуть не забыл – еще с тебя две бутылки хорошего самогона и пара банок персиков.
– Слушай… уже наглость, нет?
– Сколько ты заработал на мне со ставок?
– Не так уж и много. Первые два боя я считал, что ты наглое мясо.
–
Зато про Рэка ты знаешь, что он боец.– Ладно! – повернувшись, Эйжоп махнул прилипшему к стене старичку и повелительно рявкнул – Две бутылки самогона и две банки персиков. И живо!
– Только у Жабы не покупайте лучше – заметил я.
– Почему?
– Просто у Жабы настоящим героям покупать позорно и непростительно.
– Да почему? Вроде нормальные товары… знаешь, что нехорошее про Сэма?
Я пожал плечами. Кивнул на толпу.
– Молчишь и киваешь? Ну хрен с ним. Так… Персики и бухло щас будет. С Рэка пять победных боев, если будет в состоянии. Толпа только завелась после того твоего приема, когда ты снес локтем благородный нос трахнутого викинга… как ему теперь жить?
– Три боя обязательно. Пять боев... Если будет в состоянии. И если захочет. И еще, Эйжоп…
– Карл!
– Рэк не такой терпеливый как я. И не такой мирный.
– Это ты-то мирный?
– Разговаривай с ним спокойно. Не провоцируйте. Бухла и наркоты не предлагать.
– Это твой боец?
– Мой. Наколешь или подставишь его – подставишь меня.
– И много вас?
– А че?
– Боевитые бабы есть?
– А че? Эйжоп что ты как жопа запорная? Все из тебя выдавливать приходится…
– Я даже понять не могу почему еще не свистнул парням, чтобы они из тебя котлету сделали…. Может, потому что я очень добр?
– Потому что ты просто хитрый зазывала мечтающий стать во главе крупного дельца. Тебе срать на Зомбилэнд и статус героя. Ты здесь чтобы зарабатывать бабло. И готов стерпеть многое, если чуешь запах денег.
– Хера себе… - опешил Эйжоп, отступив на шаг – Ну знаешь… так что насчет боевитой бабы?
– И даже красивой. Рыжая, шикарная и безумная.
– Как раз! Те же условия?
– Дороже – усмехнулся я – Но заплатишь уже ей. И не могу обещать, что она придет – сама решит. Но если увидишь спрашивающую Эйжопа ослепительную красотку – это она.
– Карла, сука, Карла! Постарайся, Оди. И с меня еще один весомый подарок, пахнущий персиками и спиртом. Чем не праздник?
– Только не от Жабы.
– Да почему?
– Я же сказал.
– Настоящим героям у него покупать позорно и непростительно. Да. Слышал. Но почему? Че он такое сделал?
– Персики заберу по дороге – улыбнулся я и шагнул к азиату у стены – Эй, голодный. У меня чувство, что твою харю – только более сытую и гордую – я видел совсем недавно. Но ведь мы не встречались…
Молчание… молчание…
– Жрать хочешь? Если да – пошли со мной к первому бараку. Без всяких условий. Пожрешь – и можешь сваливать. Захочешь остаться – поговорим.
Азиат легко и быстро выпрямился, меч словно сам собой оказался на поясе, спина гордо выпрямилась, подбородок взлетел вверх. Голодный и гордый готов бесплатно пожрать. Без всяких условий.
– Осторожней с ним – ничуть не стесняясь азиата, буркнул Эйжоп – Клаппабайм проклят.
– Как-как? – поразился я.
– Проклят.