На дне

— Я никакой ни король, уймись, — он отмахнул её руки и схватился за забрало.

— А чего глаза не покажешь? Да не бойтесь, ваше высочество, я за вас… ах-аха-ах — она снова закатилось смехом. Просто не могла поверить своей удаче.

— Ты что не попытаешься меня убить? Я думал тут все только этого и хотят, — удивился Олдор.

— Они тупые идиоты, которые винят во всём короля. Я не такая. Уж, если кто и виноват в моём положении, то только я сама, или боги, — после этого она взглянула на Хмошэ.

— Еже ещё и еретичка, ух… — огрызнулся храмовник, словно его кто-то оскорбил.

— Они думают, что во всех их бедах виноват я? — спросил Олдор. Ему сложно в такое поверить.

— Конечно! Так что глазками тут не стреляй, — она снова рассмеялась. Но улыбка быстро слезла с её лица, и она заговорила абсолютно серьёзно: 

— Посмеялись, хватит. Меня зовут Даффи. Вы поможете мне, и мы разойдёмся. Если повезёт, то никто не сдохнет. Идёт?

— Кто твою игрушку отобрал? — стараясь подражать её саркастической манере разговора, спросил Олдор. 

Он даже был в какой-то мере рад, что храмовник указал на обещание. Падший король, по-прежнему, не мог открыто признать, что действительно видел в опустошённой смертельную угрозу; понимал, что она сильнее его команды.

— Скоро узнаешь. Пока нам нужно выждать и всё продумать.

— И что нам за это полагается? — спросил Олдор.

— Издеваешься?!

— Конечно. На самом деле я помню, что ты не сорвала охоту, как и наши черепа… бла-бла-бла. Скажи честно, ты это заранее заготовила? — Олдор уже не пытался откреститься от своих обещаний, но и поиздеваться над Даффи был не против.

— Это не важно. Теперь мы должны бежать к бочке.

— А...

— Храмовник, заткнись. Вон сколько волков дохлых, Выр уже бежит сюда, пора сваливать!

— Какой к чёрту бочке? — спросил Олдор, но она притворилась, что не услышала вопроса.

* * *

Даффи шла первой, она хорошо ориентировалась в Цыплятнике. Знала практически каждое дерево, каждый кустик. Она вела новых «друзей», которых завела весьма экстравагантным способом, к своему излюбленному месту. Все четверо, также, как и обычно, двигались по лесу с серыми деревьями и не менее серыми листьями. Зелень встречалась очень редко.

— Почему ты всё время кривляешься? Меня это раздражает, — грубо произнёс Олдор.

— Моя сущность — это притворство. Значит, я буду настоящей, только, если буду притворяться кем-то другим. А, если перестану, то и настоящей не буду.

— Каво?! Ты зубы то нам не заговаривай, коварная, — вмешался в их разговор Хмошэ. Он шёл сзади, рядом с трёхглавым Жуликом.

— То, что ты говоришь какая-то глупость… Скоро мы придёт в… а куда? — Олдор раздвигал ветки руками, чтобы они не били по лицу.

— Осталось недолго, потерпите, зайка. И крыска, и ослик — сказала она и побежала.

— Жул, следуй, — хозяин нежить-зверя указал на девушку. Думал, что так будет проще не потерять её из виду. Бежала она быстро.

— Не нравится она мне… ежвить разбойница кака-та, — шепнул Хмошэ. Но Даффи, которая не успела убежать далеко, его услышала:

— Храмовник тролльев дерьмоприёмник! — в излюбленной манере ответила она.

— Напросишься! — выкрикнул Хмошэ.

Она бежала по лесу, словно самая ловкая кошка. Казалось, что Даффи проделывает это каждый день, настолько грациозно и уверено давалось ей каждое действие. Чего нельзя сказать о Олдоре и компании. Впрочем, крысу хватало ловкости, чтобы не спотыкаться о каждый торчавший корешок, но даже он не мог догнать Дафии. Через какое-то время она вовсе скрылась из виду.

Жулик остановился и дождался своего хозяина со спутником. Два скелета смотрели по сторонам, пытаясь найти Даффи, или хотя-бы её следы. Но ничего не выдавало её присутствия. Кругом были только деревья с серыми облезлыми стволами и «мёртвыми» листьями, колючие кусты. Даже следов в грязи не видно. Будто бы она по деревьям скакала, как белка.

— Она сама нас бросила, значит мы больше ничего ей не должны, — радостно констатировал Олдор. Хотел предложить прекратить её искать и заняться своими делами…

…шпш-шп…вжикх…

С дерева кто-то резко спрыгнул прямо на Олдора. Он устоял на ногах, и попытался скинуть нападавшего. Но, когда поднял глаза, то понял, что на его плечах сидит Дафии, мило посмеивается.

— Куда-то собрался, зайчик? Думал от меня так легко отделаться? — она спрыгнула с его плеч, сделав заднее сальто. От толчка Олдор шагнул вперёд и поскользнулся на грязи. Но не упал.

— Говорю вам, ненормальная, бесовщица, — храмовник пригрозил ей костяным кулаком.

— Сейчас это была вовсе не моя причуда. Я проверяла вас.

— И как мы? — поинтересовался Олдор.

— Ужасно. Просто отвратительно, хуже некуда. Если вы так будете бегать, то вас догонят и... Но меч то будет у меня, так что плевать я хотела, это в ваших интересах. Может вам мотивации не хватило? А? Или я недостаточно красивая? А может вам мышц нарастить стоит? Хм…

— А ну хватит, — Хмошэ снова заворчал.

Успокоившись, они пошли дальше. Даффи больше не пыталась сбежать или подшутить над своими спутниками.

— Знаешь, а ведь мы здесь не самые сильные. Почему ты выбрала именно нас?

— Дело не в силе, а в доверии. Я следила за вами, видела тех трёх скелетов, которые были готовы друг друга придать ради одной акши… А здесь ведь все такие ублюдки, верить можно только себе. Вы, хотя бы, доверяет друг друга. Да храмовник туповат, крыс так вообще зверюга… А связываться с тобой, всё равно, что обмазаться кровью и нырнуть к акулам. Но все упирается в доверие.

— Ясно, — кивнул Олдор. Он понял, что сейчас она говорит правду, не пытается уйти от ответа или юлить.

— А, чтобы доказать вам, что и мне можно доверять я виду вас к Бочке, тайному месту. О нём знаю только я.

— Бочка?

— Смотри туда — она показала пальцем, — видишь?

— Ага, похоже на скалу или вулкан.

— Верно. Мы проберёмся в кратер. То место, вам покажется настоящим раем. А, слышишь хреновник?

— У нас разные еже представление об рае… я не ты ежвить, — всё продолжал спорить Хмошэ.

— Ну-ну. На самом деле все мы хотим одного. Тебе понравится там.

— Сомневаюся я, — Хмошэ потряс головой.

Дальше они шли молча. Небольшой и уже давно потухший вулкан был совсем рядом. Кажется, что оба скелета даже видели его раньше, но не приближались. Оно и понятно, кто бы мог подумать, что в потухшем жерле есть что-то полезное. Тем более рай, как сказала Даффи.